Как водится, есть две новости – плохая и тоже плохая.

Первая заключается в том, что уже меньше, чем через 40 лет примерно 35 млн взрослых здоровых россиян окажутся без работы в её нынешнем понимании. Если, конечно, не найдут себе другую сферу приложения своей рабочей силы и получения дохода.

Вторая состоит в том, что подобные тектонические сдвиги на рынке труда могут произойти не так быстро, как предсказывают пессимисты, и растянуться на дополнительные 20 лет.

Что в этом плохого?

Ну, хотя бы то, что искусственная задержка с повальной автоматизацией существующих рабочих мест закрепит отставание стран-аутсайдеров и обернётся снижением в них жизненного уровня для всех. Кроме того, у проигравших эту гонку уже не останется никаких шансов догнать лидеров.

Итак, это снова сага об автоматизации нового типа, основанной на искусственном интеллекте, роботах и биотехнологиях. Свежее исследование McKinsey Global Institute раскрывает новые грани, казалось бы, набившей оскомину темы триумфа машин.

По данным исследователей, в среднем в мире к 2055 году будет полностью автоматизировано примерно 50% профессий – в каждой стране и практически в каждой отрасли. Индивидуальные различия не столь важны: страновой потенциал автоматизации колеблется в нешироком диапазоне 45-60%.

Automated_Global

И по числу высвобождаемых рабочих мест Россия находится в группе риска.

AutomatisationPotential

Интересующиеся могут взглянуть на потенциал автоматизации вместе с возможным количеством высвобождаемых рабочих мест.

AutomatisationSectors

Конечно, это не первая в истории человечества волна технологических усовершенствований, коренным образом влияющая на занятость. Прогресс в агротехнологиях и широкая механизация вытеснили миллионы крестьян в города – на заводы и фабрики. Затем уже промышленных рабочих новая технологическая революция перевела в разряд производителей услуг, цифрового контента и виртуальных ценностей. Каждый такой переход становился вызовом для простых тружеников, но в итоге всё как-то устаканивалось. Пусть и не без протестов луддитов.

Но нынешняя волна автоматизации, во-первых, фронтальна: нет ни одной существующей отрасли, ни одной сферы, которую бы она не затрагивала. И, во-вторых, пока не просматривается нового функционала для лишних людей. Автоматизация может создать некоторые новые функции для отдельных высококвалифицированных рабочих, но другие, особенно работники с низким уровнем квалификации, благодаря ей будут уволены без каких-либо альтернативных позиций на рынке труда.

И если ответом на аграрную, промышленную или научно-техническую революцию был спад рождаемости, уменьшивший давление на рынок труда со стороны предложения рабочих рук, то теперь и этот ресурс исчерпан в развитом мире. Разве что сознательная пропаганда чайлд-фри...

Вот почему идея перехода от трудовых зарплат к безусловному основному доходу сейчас встречает всё больше сторонников не только среди потенциальных безработных, но и в среде бизнесменов, политиков, капиталистов. Причём расчёты показывают, что по мере повышения эффективности производства и роста производительности труда вследствие внедрения автоматизации будет снижаться стоимость базовой потребительской корзины, и затраты государства на выплаты БОД будут ниже, чем кажется ныне. С другой стороны, падающая производительность капитала создаст дополнительные сложности чисто финансовым аспектам внедрения БОД. Особенно в странах со слабо развитыми финансовыми рынками, неэффективными институтами и низким качеством госуправления.

В любом случае проблему предстоящей трансформации рабочих мест и предотвращения социальных взрывов лучше начинать широко обсуждать уже сейчас. Не дожидаясь, когда объективные обстоятельства вынудят искать экстренные решения. Но кто сейчас в России способен думать на 20-30 лет вперёд?

Или будем оптимистично надеяться, что не доживём?