Высокие технологии. Высокие технологии. Высокие технологии. С некоторых пор из каждого утюга раздаются мантры о необходимости стремительного обновления. Биткойн, блокчейн, искусственный интеллект, интернет вещей — все эти страшные термины подкарауливают каждого, кто не успел перегруппироваться, и грозят оставить миллионы ни в чем не повинных граждан за бортом уплывающего прочь корабля современности. "Изменись или умри", "инновации или нас сомнут" — под такими лозунгами развернута очередная кампания по борьбе за всё хорошее против всего плохого.

Главной площадкой для оглашения тревожных докладов стал Екатеринбург и расположенный там мемориальный комплекс, построенный в память о либеральных реформах и реформаторах. Было бы странно, если бы либералы и реформаторы избрали своей трибуной какое-то другое место.

Самое главное — употреблять как можно меньше русских слов, чтобы ни одна собака не догадалась, о чем идет разговор. Таким образом, оставаясь в тренде, можно аккумулировать хайп, демонстрировать транспарентность и в то же время завидную для окружающих смысловую ригидность.

ГРЕФ (ИЗ ВЫСТУПЛЕНИЯ В ЕЛЬЦИН-ЦЕНТРЕ):
Ничего нельзя будет спрятать, просто невозможно. И это принципиально новый тренд, к которому мы абсолютно не готовы.
Будут грандиозные противоречия. Любая властная организация будет отставать от этих трендов, и у нее будет возникать желание отрегулировать их с помощью вчерашнего инструментария. Если общество развитое, это проходит с меньшим объемом противоречий. Если же одновременно формируются институты, это происходит с большим количеством перекосов.

Если отбросить Эзопов язык — цифровая эпоха несет такую прозрачность и доступность данных, что любая власть будет пытаться её подавить. Поэтому к миру, где вкалывают роботы, а не человек, труднее всего адаптироваться странам с развивающейся демократией. Ну например, России. А проще всего — обществам демократически зрелым. Ну например, Америке. То есть надо не изобретать велосипед.

ГРЕФ:
Не нужно ничего придумывать. Нужно просто брать лучшие практики и внедрять. И все.

Договорились. Брать и внедрять. Давайте для начала обратим внимание на лучшие практики компании Амазон — лидера глобального информационного рынка, разработчицу систем искусственного интеллекта, пионера информационных технологий, постоянно приводящуюся нам в пример. Начнем с того, что с 2013 года Амазон и её основатель миллиардер Джефф Безос владеют газетой "Вашингтон Пост", газетой на этой неделе выступившей с редакционной статьёй следующего содержания.

WASHINGTON POST:
После того, как мы узнали, что сын Дональда Трампа был бы рад получить помощь от российского правительства, было указано, что Россия является врагом Америки. Это абсолютная правда... Враждебность в данном случае не означает, что Россия и США вот-вот начнут войну. Враждебной Россию делает приверженность мистера Путина ценностям, которые полностью противоположны основополагающим американским ценностям.

Ну а теперь об основополагающих американских ценностях в области высоких технологий. Принадлежащий Амазон медиахолдинг "Вашингтон Пост" до сих пор остается единственным в мире СМИ, которое пытается добиться уголовного наказания для своего собственного источника. В статье "Нет прощения Сноудену" редакция потребовала самых суровых мер и самых тяжких кар для человека, публикации о котором вообще-то в 2014 году принесли "Вашингтон Пост" Пулитцеровскую премию. Это так, на заметку ценителям транспарентности в цифровую эпоху.

WASHINGTON POST:
Самое страшное — среди прочего Сноуден допустил утечку данных о вполне законных действиях американских спецслужб, например: о сотрудничестве США и скандинавских разведок против России, о слежке за женой Осамы Бен Ладена, и о некоторых наступательных мероприятиях в Китае.

Вопрос от анонимных русских хакеров — какие-такие законные действия предпринимались американскими спецслужбами на территории Китая и России? Но вернемся к инновациям. В 2013-м компания Амазон, обойдя конкурентов из IBM, получила контракт от правительства весом в полмиллиарда долларов на разработку облачной среды C2S для семнадцати разведывательных служб. То есть четыре последних года оператор крупнейшей электронной биржи, производитель гаджетов, разработчик дронов по доставке пиццы, создатель роботов и искусственных интеллектов является главным системным интегратором для следующих безобидных организаций: Разведки ВВС, военной разведки РУМО, ЦРУ, разведки Береговой Охраны, Оборонного Разведывательного Агентства, разведки Министерства Энергетики, Агентства Внутренней Безопасности, разведки Государственного департамента, разведки федерального Казначейства, Департамента по борьбе с наркотиками, ФБР, разведки корпуса Морской пехоты, агентства геопространственной разведки, Национального разведывательного управления, АНБ, разведки ВМФ, и офиса Директора Национальной Разведки. Новая облачная среда, созданная по распоряжению директора национальной разведки Джеймса Клэппера в 2011 году, функционирует как параллельный интернет, в котором форточкой в реальную сеть выступает формально частная компания Амазон. В действительности, конечно, она давно является неотъемлемой частью американского военно-промышленного комплекса, прямой соучастницей войн и конфликтов, количество которых с каждым днем лишь увеличивается.

IBTIMES.CO.UK:
Джон Эдвардс — директор информационного управления ЦРУ - заявил, что сделка с компанией Амазон стала лучшим решением, которое когда-либо принималось этой спецслужбой.

Одним из преимуществ, предложенных Амазон, стал уже опробованный компанией в обыкновенном мире интернет-аукцион новых приложений, позволяющий пользователю сначала опробовать программу, прежде чем платить за нее. Если учесть, что ежегодные расходы американской разведки только на хранение и обработку информации составляют 8 миллиардов долларов, легко понять, какую экономию сулят новые методы. Ну и наконец работа в облаке — после досадных утечек — позволяет радикально укрепить безопасность, поскольку каждый фрагмент разрозненной информации теперь маркируется, а при попытке скачивания большого объема данных Амазон тут же бьет тревогу. Грубо говоря, сегодня у Снодена, Брэдли Мэннинга и Джулиана Ассанжа уже не было бы никаких шансов на демократичность и транспарентность. Самое интересное, что первоначально серверы Викиликс контролировались именно Амазоном и были вырублены по первому требованию властей, как только в ноябре 2010го года появились разоблачительные публикации.

За каждой невинной шуткой иннновационно подкованных миллиардеров скрывается простая и суровая истина, очень неудобная для наших реформаторов. Все модные и прорывные технологии являются вовсе не достижением малого и среднего бизнеса, а результатом работы крупных структур, связанных с обороной и разведкой. Если уж совсем начистоту — с войной. Неспроста кампания Амазон заключила договор с Пентагоном о проведении стажировок и курсов для действующих военнослужащих.

ИЗ ПРЕСС-РЕЛИЗА АМАЗОН:
Программа дает уникальную подготовку офицерам, которые не просто постиагают искусство войны, но также стратегические проблемы, решаемые Пентагоном и организационные и операционные возможности, становящиеся возможными благодаря революционным изменениям в высоких технологиях.

А вот и недавний министр обороны Эштон Картер — в гостях у инновационной сказки прошлой осенью. Сплошная свобода, абсолютная транспарентность, стартап на стартапе, стартапом погоняет. В ходе визита было решено создать при Пентагоне совет по оборонным инновациям. Кто в него вошел?

Да все поголовно кумиры наших реформаторов — Эрик Шмидт из Гугл, уже знакомый Джефф Безос.

ЭШТОН КАРТЕР:
Задача совета — поощрять инновационную культуру в наших людях и наших структурах, а также обеспечить наше преимущество в этой области над всеми потенциальными противниками.

Какими-такими противниками? Вряд ли имеются в виду террористы из сирийской пустыни. Одновременно с этим и вроде бы совершенно случайно Амазон размещает свой новый центр по управлению интернет-приложениями всего восточного побережья США в городе Херндон, штат Вирджиния. Это в 20 минутах езды от штаб-квартиры ЦРУ. Через тот же самый штат, к слову, проходит 70% мирового интернет-трафика. Какой мелкий бизнес? Какая самозанятость? Какие права работников и профсоюзов? Забудьте. Инновации на службе у крупных корпораций, крупные корпорации на службе у войны — отменить эту схему не сможет никакой искусственный интеллект. Ведь корпорация это и есть война. И абсолютно неважно, как выглядят роботы, какого размера мобильник и какой президент сидит в Белом Доме.

И вот здесь очень трудно не обратить внимание на то, насколько различны в своих рассуждениях и своих предложениях их инноваторы и наши, доморощенные бизнес-инноваторы, чья инновационность заключается как правило в восторженных поездках по офисам американских корпораций. Все, что они привозят оттуда — рассуждения по поводу российской отсталости, единственным рецептом от которой может быть... приватизация. Продажа государства с молотка.

КУДРИН:
Один из шагов - это приватизация. Мы считаем, что возможно добиться приватизации на уровне примерно полпроцента ВВП доходов от приватизации ежегодно. Шаг за шагом, постепенно, уменьшать долю государства.

Троянские кони не испортят выбранной в 90-е борозды. Но есть большие сомнения в том, что старые неолиберальные рецепты, сопровождающиеся гигантским облаком из труднопроизносимых слов, помогут стране сократить технологическое отставание, появившееся именно благодаря либеральным реформам. Искусственный же интеллект — и у нас, и за океаном — всё чаще используется как пугало для тех, у кого проблемы с естественным.

ЭДВАРД СНОУДЕН, ИНТЕРВЬЮ 20 ИЮНЯ:
Ведущий: мы не можем не спросить вас об антироссийской истерии, захватившей нашу страну. Честно говоря, я не видел ничего подобного с начала 70х, когда я был ребенком.
Сноуден: Я не помню Холодную Войну. Я был слишком мал. Вы должны понимать — в любом обществе всегда есть структуры, которым необходим враг. Это позволяет получать финансирование. Если бы русским захотелось взломать серверы демократической партии, в этом не было бы ничего удивительного. Все правительства вмешиваются в дела других правительств. Для этого и держат разведку. Мы видим, как напряжение по всему миру нарастает. Главный вопрос для меня — куда мы идем?

Ответы на вопросы