Кровавые события октября 1993 года имели двойное дно. Мы, рядовые участники тогда многого не знали. И сейчас осталось много пятен, но кое-что всё, же всплывает, как мазут из танков затонувшего корабля. Двадцать четвёртая годовщина подходящий повод, чтобы рассказать о том, что стало известно позднее.

Об организационных способностях наших «вождей» и «вождят» говорилось много. Ни Руцкой, ни Хасбулатов опыта руководства хоть какой-нибудь хозяйственной единицей не имели. Поэтому организационный бардак в Доме Советов и, в особенности на баррикадах вокруг него был вполне органичным для работы обоих. Но среди не пуганых идиотов, были и «засланные казачки». Они сознательно занимались среди защитников советов вредительством по заданию негласного начальства и не бесплатно.

Не стану повторять достаточно известные истории о предателях и шпионах в окружении Руцкого. Это известно. А вот вопросы оружия у ополчения, вернее его отсутствия, очень интересны. Мне ещё в 1994-м представилась возможность поговорить с человеком, который весной 1993 года работал в комиссии Верховного Совета, инспектировавшей мобилизационный запас вооружения в Доме Советов. Весной в подземных уровнях парламента были противотанковые управляемые ракетные комплексы, РПГ, 9000 стволов автоматического оружия и соответствующее количество боеприпасов. Почти всё было вывезено. Осталось 12 автоматов. Ещё 62 АК было у отряда милицейской охраны Верховного Совета. Были ещё 5 или 6 ручных пулемётов. После катастрофы в Доме было обнаружено 173 автомата, 372 пистолета, те же 5 или 6 ручных пулемётов, 1 один РПГ-7 и очень мало боеприпасов. Прибавка оружия произошла примерно в 16 – 17 часов 3 октября. Большую часть отобрали у вурдалаков в мэрии (бывший СЭВ), ещё 10 автоматов изъяли активисты «Трудовой России» в 11-м отделении милиции, что у метро «Баррикадная».

Ополченцев в мотострелковом полку по охране Верховного Совета было по разным данным от 600 до 1000 человек. Многие из тех, что пришли в первые дни, смогли прорваться на баррикады 3 октября. Они были организованным ополчением, потому что знали кто командиры, а они знали их. В ходе прорыва к этим организованным группам прибилось несколько сот человек. Вместе с ними всего Верховый Совет располагал примерно полутора тысячами относительно организованных ополченцев, но подавляющее их число было безоружным. Без поддержки вооружённых формирований МВД и Министерства Обороны рассчитывать на успех было нельзя. Даже самые наивные сторонники Верховного Совета поняли, что Ельцин не остановится перед кровопролитием, ради удержания власти. Нам нужны были воинские части, а их не было. Разговоров почему никто не пришёл было много. Известно лишь об одной группе из 23 военнослужащих ВМФ, которых возглавлял капитан Остапенко. Группу перехватили и Остапенко, освобождая своих товарищей от обязательств, застрелился.

Однако достоянием гласности стал факт, что не только вожди Верховного Совета призывали военных на помощь. Оказывается, что и.о. министра внутренних дел Дунаеву обращались командиры подразделений милиции, предлагая вывести к Дому Советов свои части. Но этот…. Этот засланец, по другому его назвать нельзя, всех этих офицеров завернул, сославшись, что де нельзя допустить кровопролития… Вот оказывается кто был одним из организаторов кровавой резни. Конечно, он был не один. Сейчас нет свидетельств, что аналогичную задачу имел Руцкой. Eго пассивное поведение в ходе всего кризиса и откровенная паника 4 октября наводят к размышлениям. Очень показательным стал приход Руцкого на похороны Ельцина. Сам по себе этот факт не доказывает, что Руцкой действовал по указке Ельцина, но он не в его пользу. Подозрения в отношении истинных целей Руцкого в событиях осени 1993 года остаются. 

Важной для исторической правды, и не только, является группа вопросов по прорыву 3 октября. «Министерство правды» все эти годы продвигает версию, что де все действия сторонников Советской Власти были спланированы силовиками Ельцина, и всё было предопределено заранее. Могучие силы демократии по команде расходились в разные стороны, пропуская «подлое быдло» в ловушку.

Ничего этого не было. Как было на самом деле, я уже рассказал. Но со временем мне удалось сложить более полную мозаику событий. План кровавой провокации 3 октября у ельциноидов был. Изложу кратко, что планировалось: Примерно в полдень 3 октября планировалось запустить по телевидению залп истерических «сообщений» и «репортажей», что три-четыре тысячи боевиков – сторонников Белого дома прорвали оцепление и по Садовому Кольцу вышли к Белому дому. Потом, что боевики Хасбулатова-Руцкого штурмуют «Останкино» и «творят беспредел». И поэтому Ельцин «вынужден» объявить Москву на осадном положении. Потом, под этим соусом будет объявлено о взятии под контроль Белого дома и т.д.

Пока «Министерство Правды» окучивало обывателей, силы генерала Панкратова должны были вывести участников митинга оппозиции с Октябрьской площади к Крымскому мосту, прижать к главному ходу ЦПКиО имени Горького, загнать их на территорию парка и там, специальные отряды должны были всех «уконтропупить» в ручную. Место подходящее – хоть и центр, но лес и река. Никто не увидит. Потом трупы на баржи и за город. После уничтожения защитников Дома Советов, которое планировали закончить к вечеру 3 октября, трупы тоже планировалось грузить на баржи.

Утверждают, что составил сей гениальный план широко известный когда-то «генерал Дима» – адвокат и авантюрист Дмитрий Якубовский. Реальность вошла в противоречие с амбициями этого деятеля. Протестующих оказалось не три-четыре, примерно сто двадцать тысяч и были это в большинстве мужчины 25-45 лет. Удержать их было очень трудно. Да и задействован был вместо подготовленных сотрудников МВД сброд. С одним из тех вурдалаков, бившихся с нами на Крымском мосту, мне случилось поговорить в 1996 году. В 1993 –м ему было 18 лет. Он рассказал мне интересную историю: Он с друзьями работал в охранной фирме «Герат», созданной ветеранами Афганистана. Они никакими ветеранами не были. Молодые гопники били бомжей и пьяниц у ларьков на вокзалах. Перед 3 октября в фирму позвонили из ГУВД и ссылаясь на Якубовского потребовали отправить на Крымский мост отряд из самых крутых ветеранов Афгана. Фирма «Герат» отряд отправила. Но ветеран Афгана был только один – он командовал отрядом из гопников. Увидев клокочущий людской вулкан на Октябрьской ветеран выронил изо рта сигарету и сказал: «Мне надо пппаззванить…» Больше его никто не видел. А гопники остались. Бежать им было некуда. Я уже описывал, что было на Крымском мосту. Молодой человек закончил свой душестрадательный рассказ энергичным пассажем: Сначала мы дрались, потому что страшно, а потом нас заломали и мы побежали. И как побежали! На полном скаку из бронежилетов выпрыгивали и сразу в метро – к маме…

Параллельно демократическое телевидение призывало демократическую общественность выйти на Тверскую улицу и Бульварное кольцо для защиты демократии. А чтобы выходили шустрее, в указанных районах произошёл аттракцион «раздачи слонов». Один из моих знакомых после уроков пошёл на Пушкинскую. На всей территории Бульварного кольца были разбросаны поддоны с колбасами, уже выпотрошенные упаковки сигарет «Филипп Морис», ящики из под водки и ещё много всего вкусненького на халяву. Среди этого богатства бродили, затариваясь, пьянчужки и немногие пока бомжи. Кроме них народу защищать демократию вышло немного. Построенные из централизованно завезённых мэрией заборчиков баррикады стояли пустые. Для молодых людей захватывающая прогулка закончилась у забора американского посольства. Подростков тогда едва не расстреляли пьяные защитники демократии. Домой они вернулись затемно.

И самое последнее. Сколько погибло людей в ходе трагических событий. Власть в этом вопросе ловчит. До сих пор нет единой официальной цифры погибших, совпадающей с официально подтверждённым их списком. Называют 123 убитых и 863 раненых. Но есть цифры в 147 и 175 убитых. Военных и сотрудников МВД погибло или 17 или 25. Из них ни один не был убит огнём ополченцев. В момент обстрела колонны сторонников Советской власти был тяжело ранен подполковник милиции Шахтман. Его пытались ещё тогда списать на нас, но я сам видел, что стреляли только с пандуса башни СЭВ, а там были вурдалаки. Через полчаса расстреляли четверых солдат-срочников, но они нашим товарищам из группы Макашова уже сдались. Стрелявшие были в штатском и убежали вверх по Девятинскому переулку. В «Останкино» первым был убит пулемётчик «Витязя» Ситников. Но… Снайпер «Витязя» из противоположного здания телецентра ранил в ногу ополченца, державшего единственный гранатомёт РПГ-7. Он упал и падая случайно нажал на спуск. При этом с гранаты не был свинчен предохранительный колпачок и она вышла из трубы неактивированной. Попала в стену, облицованную мрамором, не взорвавшись выбила несколько крупных осколков мрамора. Один из них перебил позвоночник Ситникову.

Общее число жертв защитников конституции точно не известно. Заявляемые публично цифры состоят из погибших вне здания Верховного Совета, а его много часов расстреливали из танковых орудий 125-мм осколочно-фугасными снарядами (ве 22 кг.), орудий и пулемётов БМП и БТР. По воспоминаниям тех, кто этот обстрел пережил, от людей оставалось после взрыва мокрое место или тень на стене. А ведь сотни людей были убиты в подъездах и во дворе соседних с Домом Советов жилых зданий. Расстреливали людей на стадионе «Красная Пресня» и заводоуправления ткацкой фабрики. Официальной цифры нет, но рукописи не горят. На кирпичной стене стадиона кто-то написал «В Октябре 1993 года убито 2643 человека». Кто это был? Сведения о убитых и пропавших без вести сходились в два ведомства – МВД и ФСБ. Видимо кто-то из сотрудников не решаясь рисковать написал цифру погибших на стене стадиона. Стену снесли. Даже закрашивать не решились. Просто снесли, но люди запомнили…

Было ещё много чего…

Павел Лыткин