Знакомая ситуация еще с советских времен: маленький урожай – плохо. Большой еще хуже. Но нынешние проблемы большого, рекордного урожая имеют свою, рыночную, специфику: падение цен на зерно, приводящее к убыткам производителей.

В Минсельхозе РФ задумались о решении проблем перепроизводства этого года.

Растениеводство в России развивается динамично. Настолько, что для многих наших аграриев уже актуален вопрос: а надо ли дальше наращивать объёмы? Вот и уходящий сезон заставил вспомнить грустную примету: рекордный урожай – сигнал к подсчёту убытков. Не случайно конференция, посвящённая предварительным итогам в растениеводстве и ближайшим перспективам отрасли, собрала во вместительном конференц-зале выставки «Золотая осень – 2017» так много народа.

К сожалению, подобные мероприятия у нас изобилуют длинными приветствиями посланцев ветвей власти, после чего разговор о деле идёт в режиме цейтнота. Конференция в павильоне ВДНХ в этом смысле была традиционной. Но сквозь распирающую гордость и вдохновляющие призывы просочилось несколько важных сигналов для агробизнеса, которыми мне и хотелось бы здесь поделиться.

Зерно для сотни стран мира

Экспортный потенциал российского зерна в наступившем 2017-2018 сельхозгоду директор департамента растениеводства, механизации, химизации и защиты растений МСХ РФ Пётр Чекмарёв оценил в 45 млн тонн – на 8 млн тонн больше, чем в предыдущем сезоне 2016-2017 года.

– 45 млн — это ровно столько, сколько наши порты, железные дороги, автотранспорт могут переправить за пределы нашей страны, – добавил Чекмарёв, давая понять, что ведомство взяло цифру не с потолка, а просчитало возможности отечественной инфраструктуры. Похоже, нам действительно не нужны внутри страны такие объёмы. Ведь для хлебопечения России достаточно 15-16 млн тонн пшеницы. А животноводство в стране слабо развито. Вот если мясное и молочное производство выйдут на уровень потребностей населения, тогда для ферм и птицефабрик потребуется дополнительно 13 млн тонн зерна. Но эта перспектива, похоже, неблизкая. И пока без импортных говядины и молочки нам не обойтись.

Пётр Чекмарёв предлагает крестьянам запастись терпением и не сбывать выращенную пшеницу по дешёвке. А удешевление произошло на этот раз впечатляющее, несоразмерное с ростом урожайности. Как заметил гендиректор компании «Щёлково Агрохим» Салис Каракотов, «урожай вырос на 7%, а цена упала на 30%». Заверявший крестьян, что зерна много не бывает, министр Александр Ткачёв теперь вынужден искать новые рынки сбыта. Как было сказано на конференции, накануне он проводил очередные переговоры с иностранцами о расширении поставок российской пшеницы. Между тем география этих поставок уже перевалила за 100 стран.

– Спад цены сегодня всех, безусловно, волнует. Но надо понимать, что вот эти 45-50 млн тонн зерна в один день не продашь, — разъяснил Чекмарёв. – В месяц мы можем продать 5 млн тонн зерна. То есть сорок пятый миллион только через 9-10 месяцев продадим. Поэтому партии зерна нужно готовить, хранить и готовиться к экспорту.

Дольше всех своей очереди, очевидно, будут ждать аграрии центральных, поволжских и сибирских регионов, которым Минсельхоз обещает упростить доставку урожая к южным портам по железной дороге. Во-первых, как отметил на конференции директор ИКАР Дмитрий Рылько, не хватает вагонов, а во-вторых, «у экспортёров нет особого интереса вывозить пшеницу и другое зерно из дальних регионов, если есть под рукой, на юге России». Так что крестьянам нашего «аграрного треугольника» опасаться в этом смысле серьёзной конкуренции, видимо, не стоит.

Отсюда.

Как я писал ранее, с длительным хранением у производителей проблемы: элеваторы за свои услуги берут немалые деньги, а потому все стремятся хранить у себя, что приводит к большим потерям и засоренности зерна к следующему году.

Буркина Фасо