100 лет окончания Первой мировой

Александр Русин 14.11.2018 19:14 | Политика 59

«СОЮЗ НАРОДНОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ»

100 лет назад, 13 ноября 1918 года, для России закончилась Первая мировая война.

Кто-нибудь наверняка поправит меня, что Первая мировая война закончилась не 13-го, а 11-го ноября, а Россия вышла из нее на полгода раньше, 3 марта 1918 года, когда большевики подписали Брестский мир.

Но я все-таки предлагаю считать датой окончания Первой мировой войны для России именно 13-е ноября 1918 года, потому что именно в этот день был аннулирован Брестский мир и вместе с ним были отменены все территориальные уступки, в которых так обвиняли большевиков.

По существу Брестский мир был временным соглашением, которое действовало только во время войны и было отменено сразу же после. Такое соглашение правильнее называть перемирием.

Брестский мир, который до сих пор многими оценивается крайне негативно, на практике позволил сохранить тысячи, даже десятки тысяч жизней солдат, которые были бы потеряны при попытках отбить занятые немцами территории, которые по итогам войны они все равно были вынуждены вернуть.

Так нужно ли было биться лишние полгода, теряя солдат и рискуя ничего не добиться, а наоборот потерять еще больше?

Не нужно забывать, что отступление русских войск началось задолго до подписания Брестского мира и даже до прихода к власти большевиков — оно началось еще в августе 1917 года, когда была потеряна Рига и вслед за ней Моонзундский архипелаг.

Рига была потеряна вовсе не большевиками и не при подписании Брестского мира — она была потеряна Временным правительством и сторонниками «войны до победного конца» — вот такой победной была их война и таким же мог быть ее конец.

И Украина тоже была сдана немцам не большевиками — она была сдана Украинской Радой, которая подписала с немцами собственное соглашение еще до Брестского мира. И по этому соглашению Украина фактически переходила на сторону немцев, под немецкий протекторат, да еще и обеспечивая им поставки продовольствия, прописанные в соглашении. Но кто дал Украинской Раде полномочия принимать подобные решения? Опять же Временное правительство.

Так о какой «войне до победного конца» могла идти речь, если Временное правительство, составленное из сторонников этой войны, еще в августе потеряло Ригу, в сентябре потеряло Моонзундский архипелаг, а также признала Украинскую Раду, которая впоследствии перешла на сторону немцев?

Была ли возможна их «война до победного конца»?

Нет, она была невозможна.

Война до победного конца стала невозможна еще летом 1917 года, когда в армии начался процесс демократизации, приведший к ее окончательной дезорганизации и массовому дезертирству.

Еще весной 1917 года начали формироваться солдатские комитеты, а летом они перешли к обсуждению и отмене приказов. Целые подразделения отказывались идти в атаку или самовольно отступали, а порой и вовсе дезертировали — и командование не могло взять ситуацию под контроль.

Именно поэтому провалилось июньское наступление 1917 года, в результате которого русская армия не только не потеснила немцев, но на отдельных участках фронта даже отступила сама.

По этой же причине в конечном итоге была потеряна Рига и Моонзунд.

Дезертирство в войсках достигло таких масштабов, что один из генералов назвал это стихийной демобилизацией. Только по официальным данным дезертировало около 1,5 миллионов солдат — четверть от всех, которые были на фронте.

Если же учесть дезорганизацию войск, обсуждение приказов, отказ подчиняться командирам, а также перебои со снабжением — общая численность боеспособных частей к осени 1917 года составляла едва ли 500 тысяч — меньше, чем было у немцев и австрийцев на восточном фронте.

Поэтому война до победного конца стала невозможной еще летом 1917 года.

И даже раньше.

Войну до победного конца сделало невозможным отречение Николая Второго, которое и положило начало процессам стремительной демократизации — и в тылу и на фронте, подорвало дисциплину (и в тылу и на фронте), а также окончательно лишило солдат понимания, за что они воюют. Да и не только солдат — многих командиров тоже.

Что можно ожидать от солдат, если сам император, главнокомандующий, оставил свой пост во время войны, фактически дезертировал, подав тем самым пример всем остальным.

Что можно ожидать от солдат, если императора уговорили к отставке его собственные генералы, командующие фронтами, проголосовавшие за отречение и давшие тем самым пример демократии, при которой подчиненные могут голосовать за отставку командира.

Солдаты просто начали следовать поданному примеру.

Царь поступил по принципу «да не получается у меня ничего» — и ушел. Ушел, не позаботившись даже о том, чтобы власть перешла в более надежные руки. Отрекся в пользу брата, который даже не попробовал решить существовавшие проблемы, а отрекся вслед за Николаем, уже на следующий день. И тоже не позаботился о передаче власти в надежные руки, а просто бросил власть «на драку собакам», распорядившись напоследок о выборах в Учредительное собрание через полгода. Но что будет за эти полгода, да еще и во время войны?

И каким будет Учредительное собрание, сможет ли оно решить возложенные на него проблемы — об этом Михаил тоже не подумал, а ведь история показала, что Учредительное собрание оказалось неспособным решить ровным счетом ничего — еще до того как большевики примут декрет о его роспуске, на первом же заседании Учредительное собрание утратило кворум и поэтому все равно не могло принимать законных решений.

Так что можно было требовать от солдат, когда император, главнокомандующий, вместе со своим братом бросили страну и армию во время войны, подписали Россию на полгода безвластия, после которого была полная неизвестность, потому что неизвестно было, каким окажется состав Учредительного собрания, что оно решит и сможет ли вообще что-то решить.

Результат оказался вполне закономерен — полная дезорганизации на фронте и в тылу, потеря боеспособности войск и их отступление, которое удалось остановить только подписанием Брестского мира, спасшего тысячи и десятки тысяч солдат от бессмысленной гибели, а Россию в целом — от опасности военного поражения, при котором пришлось бы подписывать еще более унизительный мир.

Но что если бы Николай не отрекся — была бы тогда возможна война до победного конца, вошла бы тогда Россия в число победителей Первой мировой?

Тоже вряд ли.

Генералы не без причин склоняли Николая к отречению — они понимали, что если не навести порядок в Петрограде, то прекратится снабжение войск — в первую очередь снабжение оружием и боеприпасами, которые производились на питерских заводах.

Петроград в то время был главным промышленным центром России, производившим значительную часть заводской продукции. Наладить снабжение войск продовольствием, которое производилось по всей стране, без участия столицы еще было возможно, но сохранить снабжение боеприпасами и оружием — уже нет.

Другое дело, что отречение Николая не помогло установить порядок, наоборот — оно лишь увеличило хаос, добавив к неуправляемости тыла неуправляемость фронта по указанным выше причинам демократизации и дезорганизации армии, стихийной демобилизации.

Но если бы даже Николай не отрекся — все равно не факт, что удалось бы навести порядок в столице и сохранить его на фронте.

Антивоенные настроения в армии возникли еще в 1915-м году и к началу 1917-го так усилились, что стихийная демобилизация могла начаться в любой момент, даже оставайся Николай на своем посту.

При этом есть еще один очень важный фактор — финансовый.

Финансовое состояние Российской империи в начале 1917 года было крайне плачевным — государственный долг составлял около 200% ВВП, что в наше время считается безнадежной для погашения величиной — выплатить такой долг страна уже не могла.

Инфляция с 1914 по 1917 год составила более 300% и быстро росла — это было связано с выпуском необеспеченных золотом рублей для покрытия военных расходов. Золотое обеспечение рубля, которое до начала войны составляло 98%, было полностью отменено.

Зарплата рабочих из-за инфляции оказалась ниже прожиточного минимума, что и стало одной из причин февральских беспорядков в столице.

Фактически Россия в начале 1917 года вошла в финансово-экономическое пике, выйти из которого уже не представлялось возможным, особенно при продолжении войны.

По состоянию на начало 1917 года впереди было почти 2 года войны, а Российская империя уже исчерпала свои финансово-экономические ресурсы и влезла в долги, по которым никогда не смогла бы расплатиться.

Близились к исчерпанию и мобилизационные ресурсы — на фронт начали призывать «ратников второй категории» — мужчин среднего возраста без опыта военной службы, а главное — с сильными антивоенными настроениями и склонностью к дезертирству, что и сказалось в 1917 году.

Мобилизация лишила рабочих рук село. Кроме того, для нужд фронта были мобилизованы лошади — главный рабочий ресурс села того времени, на котором и пахали и возили продукты.

Так могла ли Россия, полностью исчерпавшая финансовые и экономические ресурсы за 2,5 года войны, успешно воевать еще хотя бы 1,5 года чтобы войти в число победителей?

Это было крайне маловероятно.

Это было маловероятно хоть с Николаем, хоть без Николая, хоть с Михаилом, хоть с любым другим главой государства.

Даже если бы Николай еще в марте передал власть генералу Корнилову, который в августе пытался установить военную диктатуру — из этого ничего хорошего все равно не получилось бы — только кровавые расправы над восставшими рабочими в столице, что привело бы к крайнему озлоблению народа и опять же кончилось бы революцией, только в другой месяц и с другим сценарием.

Ситуация была проигрышная с самого начала 1917 года.

Она стала проигрышной еще при Николае.

Даже если представить, что Россия каким-то чудом дотянула до конца Первой мировой войны — она все равно не смогла бы рассчитаться по долгам, которые за 1917-1918 годы выросли бы еще сильней и превысили 300% ВВП.

Это значит, что Россия все равно получила бы революцию — если не в 1917-м году, то в 1918-м, если не во время Первой мировой войны, то сразу после нее, столкнувшись с финансовым кризисом, переходящим в дефолт.

Избежать этого можно было только одним способом — не вступать в Первую мировую войну.

Правда история показывает, что если Россия не вступает в предписанную ей войну сама, то война вступает в Россию.

Но та же история показывает, что когда война вступает в Россию — народ относится к ней совсем иначе, как к отечественной, войне за свое Отечество — и побеждает в ней, потому что сражается за свою землю.

А за что народу предлагалось сражаться в Первой мировой, на которую Николай подписался сам?

За интересы Англии и Франции, так называемых союзников, которые на самом деле никогда не были союзниками ни для России, ни для ее народа.

Вот поэтому Россия уже к началу 1917 года оказалась в заведомо проигрышной ситуации, из которой не было ни одного по-настоящему удачного выхода.

Так получилось потому, что солдаты не понимали, за что они воюют, за какой интерес они должны сражаться целых 3 года и нести огромные потери.

Так получилось потому, что крестьяне не понимали, для чего их отправляют на фронт и почему они должны из-за войны за Англию и Францию отдавать в армию своих братьев и сыновей, терпеть иные лишения.

Так получилось потому, что рабочие не понимали, ради чего они должны стоять у станков по 12 часов, получая зарплату, которая из-за инфляции оказалась ниже прожиточного минимума.

Так получилось еще и потому, что в то же самое время, когда народ нес на себе всю тяжесть войны, буржуазия только богатела, промышленники наживались на военных заказах, землевладельцы брали с крестьян арендную плату, а банкиры зарабатывали на ссудах.

И в долги Российскую империю загнали не столько внешние заемщики, сколько собственная буржуазия, промышленники, которые поставляли русской армии оружие и амуницию по завышенным ценам.

Этот комплекс причин и сделал Первую мировую войну для Российской империи заведомо проигрышной, вопрос стоял лишь в том, каким именно будет этот проигрыш — военным или экономическим.

Если бы даже Российской империи удалось довоевать до победы — это была бы Пиррова победа — победа, доставшаяся слишком высокой ценой, которую страна не смогла бы оплатить, потому что рассчитаться по долгу, превышающему 300% ВВП, да еще и в условиях, когда экономика обескровлена, лишена миллионов рабочих рук — не было бы никакой возможности.

Такой получилась для России эта война.

Война, участие в которой принесло только потери и долги, да и не могло принести ничего иного, потому что ничего иного эта война не предполагала с самого начала.

На эту войну Россию подписал Николай Второй, который думал больше об интересах Англии и Франции, нежели о России — подписал на войну, а столкнувшись с трудностями продолжения — бросил страну на произвол судьбы, не позаботившись даже о передаче власти в надежные руки. И этого человека сегодня кто-то считает чуть ли не святым, а его смерть слишком трагичной.

800 000 погибших на войне солдат и офицеров, 3 миллиона раненых, значительная часть которых осталась инвалидами — вот, что трагично.

И особенно трагично потому, что эти потери для России не имели никакого смысла, потому что война с самого начала велась за чужие интересы, а не за Россию.

Поэтому очень хорошо, что большевики вывели Россию из этой войны еще в начале 1918 года, пусть даже не очень приятным способом, подписав Брестский мир, который поначалу казался весьма унизительным.

Подписанием Брестского мира большевики, которых часто обвиняют в кровожадности, сохранили десятки тысяч жизней — русских жизней! И при этом по итогам войны, аннулировав Брестский мир, сохранили за Россией все территории.

Через подписание и последующую отмену Брестского мира советская власть сумела вернуть занятые (!) по состоянию на начало 1918 года территории, не потеряв при этом ни одного солдата!

Большевики сумели минимизировать потери России в Первой мировой войне настолько, насколько это вообще было возможно.

Потери России в Первой мировой войне после прихода к власти большевиков практически равны нулю!

Сравните это с потерями 1914-1916 годов, когда Россией управлял Николай Второй и 1917 года, когда страной управляло Временное правительство, потерявшие в совокупности почти 4 миллиона убитыми и ранеными, но не получившие и не имевшие возможность получить от войны ничего, кроме огромных долгов, которые Россия никогда не смогла бы оплатить.

Такими получились для России итоги Первой мировой войны.

Впрочем, не надо забывать и про революцию 1917 года, про установление советской власти — это ведь тоже прямое следствие участия в Первой мировой войне, а значит и ее итоги.

Поэтому в некотором смысле Россия в этой войне все-таки победила.

Победила в том смысле, что получила в конечном итоге более прогрессивную власть, сумевшую вывести страну на новый уровень развития, что доказывается хотя бы тем, что в следующей мировой войне Россия, ставшая Советским Союзом, под управлением советской власти победила, а значит новая власть оказалась эффективнее прежней.

Как гласит народная мудрость, не было бы счастья…

Первая мировая война при всех ее тяготах и потерях помогла России избавиться от старой власти, которая была не только неэффективной, но и предательской, поскольку заботилась об интересах Англии и Франции, а не России.

Первая мировая война позволила России избавиться от абсолютной монархии, которой не было места в 20-м веке, что доказывается историей многих других стран — Германии, Австрии, Испании, Италии, а еще раньше было доказано во Франции.

Поэтому Первая мировая война принесла России не только потери, но и определенные приобретения.

Стоило ради этого воевать или можно было избавиться от монархии и перейти к новой прогрессивной власти с меньшими потерями — на это нельзя найти ответ, потому что история не знает сослагательного наклонения.

История знает только факты.

И один из исторических фактов состоит в том, что 100 лет назад, 13 ноября 1918 года был аннулирован Брестский мир и тем самым Первая мировая война для России оказалась полностью завершена.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора