«Безопасность — состояние защищенности» — это управленческая бессмыслица

Русранд 29.03.2018 23:06 | Политика 98

В стране нет отчётливой ясности даже по поводу такой важнейшей категории, как национальная безопасность. Понятийная каша закреплена в доктринальном документе, в производных законах и воспроизводится в иных документах. Совершенно ясно, что если нет центрального понятия, то никакое количественное содержание всей последующей практики, никакие управленческие выводы, рекомендации, рефлексии просто невозможны. Мне кажется, очень важно попробовать зафиксировать изначальную категориальную точку отсчета, в которой уже будут искомые, востребуемые за столом проекции — количественные и управленческие.

Официальное определение сегодня следующее: «безопасность — это состояние защищенности», дальше идет: личности, общества, государства.

Говорится о чем? Что безопасность — это некое состояние (вот корень дефиниции). Еще возникает апелляция к неким субъектам. Но, все-таки, безопасность — это что? Прежде всего, корень дефиниции — это состояние, это свойство, это характеристика? Если это состояние субъекта, о чем тоже в докладе в ответе на вопрос четко было зафиксировано, то тут кто субъект? Субъект — личность, общество, государство? Готов согласиться. Но тогда что за субъект еще возникает — защищенность?

Я задаю вопрос: что такое «защищенность»? Кто такой «защищенность»? Написано: «состояние защищенности», которое не определено и которое вставляется между определяемым субъектом и дефиницией.

Это абсолютно неработоспособная конструкция; в дефиниционном смысле она просто бессмысленна, потому что безопасность — это, конечно, не состояние. Это сродни чему, если следовать по пути этимологии? Мощность, способность, устойчивость, направленность, сохранность и т.д. Это свойство, свойство субъекта или характеристика субъекта. Если говорить о состоянии, то — как о сложносочиненном свойстве-характеристике субъекта. Кто же субъект? Можно обсуждать. Получается, что первое, бесспорное в этом категориальном строительстве обстоятельство — это наличие субъекта. Дальше, что тоже бесспорно, возникает представление о том, что у него, у этого субъекта, есть состояние. В этом случае безопасность проявляется как способность сохранять свою бытийность или сущность субъекта.

Тогда что такое угрозы? Угрозы и риски — суть опасность, о которой тоже говорилось. Что это такое, как ее прилепить к этому понятию? Это вероятность воздействия некоторых факторов, которых может быть много, стремящихся воздействовать на субъект с целью поменять его состояние, его сущность. Здесь возникает количественная материя. Если мы говорим о состоянии и желаем сохранять это состояние, оно измеряется. Любой субъект, личность, государство, система, институт при этом подходе имеют показатели, количественно описывающие это состояние. Другое дело, что тут есть развилка.

Первое — это экспертно или субъективно определяемый допустимый коридор изменчивости состояния. А второй подход — это вопрос жизни и смерти, когда предел прочности субъекта может быть по этому показателю перейден, и он разламывается, исчезает как система. Вот тут такая развилка. Есть еще два существенно различающихся угла зрения на объекты самой понятийной конструкции. Во-первых, это априорная или предфактумная ситуация, когда мы говорим об угрозах и рисках как о вероятности наступления действия неких вредоносных факторов, стремящихся изменить состояние субъекта. А во-вторых — это постфактумный подход, когда мы говорим о том, что вероятность реализовалась, негативное воздействие наступило. Возникает понятие ущерба. Возникает управленческое целеполагание о минимизации и предотвращении этого ущерба. Здесь же речь идет о минимизации вероятности.

Управленческое строительство в этих двух случаях — совершенно различно. В том числе, совершенно различно по затратам, чего в официальном подходе в принципе нет. Где здесь управленческая проекция возникает? Она возникает, когда мы говорим о том, что безопасность — это способность субъекта сохранять свою сущность, определяемая состоянием (тут слово «состояние» становится ключевым) систем, которые минимизируют вероятность наступления вредного воздействия, предотвращают или минимизируют ущерб при наступлении вредного воздействия.

Возникает понятие системы. Система — это некая уже институциональная среда — организационная, функциональная, финансовая и т.д. Это уже управленческое пространство, в котором многочисленные факторы, влияющие на величину ущерба или на вероятность наступления негативного воздействия, получают управленческое воздействие. Воздействие может быть управленческое, материальное, финансовое, пропагандистское, психологическое, информационное и еще какое угодно.

Раскрою маленький секрет цеха: мы собираемся изготовить Доктрину национальной безопасности Российской Федерации. Доктрину не в смысле юридической доктрины, а в том смысле, который разработан у нас же — доктрину как высший нормативный документ, специализированный в какой-то сфере, задающий содержание государственно-управленческой политики и создающий механизм запуска этого управленческого механизма. Мы, естественно, не можем начать строительство этого документа, называемого доктриной, без преодоления понятийной каши, которая сейчас существует и в праве, и в головах чиновников и управленцев.

Я надеюсь, что выход на системное построение базовой категории с управленческой проекцией все-таки может состояться.

Степан Сулакшин


Автор Степан Степанович Сулакшин — председатель Партии нового типа, руководитель Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор.

Выступление в рамках научного семинара «Проблемы современного государственного управления в России» по теме «Экономическое, социальное, региональное, внешнесредовое измерения государственного управления и национальная безопасность» (Выпуск № 1 (22), Москва, 2009).

#ПрограммаСулакшина


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Безопасность. Передача «Обретение смыслов»

Безопасность. Передача «Факторы возрождения»

Национальная безопасность: научное и государственное управленческое содержание

Авось пронесёт?

Поборы и смерть: как система создала условия для пожара в Кемерово

Техническое регулирование. Правовые аспекты реформы

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...
Партия нового типа
Центр сулашкина