Борцы за царство тьмы

Николай Выхин 16.05.2018 23:00 | Общество 95

​Для меня загадка – кем психологически видит себя Трамп, а главное, стоящие за Трампом. Может быть, они видят себя в «зеркале для героя» некими Гераклами, отсекающими головы бешено размножающейся Гидре. Отрубил одну голову – вместо неё две, отрубил две – четыре… Конфликты США запускает с античным героизмом или детским инфантилизмом: подобно свихнувшемуся Павлу I объявляет войну разом 10, а то и 20 иностранным державам…

Непрекращающийся хаос в Африке, пылающий Ближний Восток и Магриб, удары по Сирии, усмирение Южной Америки, торговые войны с Китаем, метафизическая битва с Россией и попытки уничтожения русских, дымящие руинами Балканы, гноящиеся раны Закавказья, борьба с Филиппинами, мятежевойны в Центральной Азии… Теперь это дополняет разрастающийся конфликт со «старыми» государствами Западной Европы, давно укрощёнными и дрессированными, но уже выходящими из терпения…

Головы Гидры в воображении атлантического Геракла множатся и множатся. Постепенно всё яснее проступает, что Гидра – это всё человечество. Америка со своим мировым господством всё глубже вползает в войну с человечеством…

+++

Основная причина довольно проста, и в общем-то, далека от конспирологии. Вспомним арифметику на простейшем, детском уровне: чтобы хлеб не кончился, нужно выращивать хлеба больше, чем съедаешь. А если скушаешь всё, что имеется, до последнего зёрнышка – то следующего урожая уже не будет. Этот аграрный пример хорош простотой и наглядностью. Но экономисты понимают, что он касается любой сферы производства. Если ты пожираешь «Х» больше, чем воспроизводишь, то «Х» истощается и в итоге исчезает.

Необходимость вводить в систему больше средств, чем выводишь – является фундаментальным законом человеческой цивилизации, от пирамид до космодромов. Он вступает в непреодолимый конфликт с экономическим либерализмом, настроенным на максимальность прибылей, то есть учением, вся суть которого в поисках способов взять себе побольше, а людям отдать поменьше (снизить издержки – повысить «чистую» прибыль).

Изощряясь в самых хитроумных и разнообразных способах «брать от жизни всё», и не отдавать, по возможности, вообще ничего – экономический либерализм с его культом частного собственника (на экономическом языке – самовольника) и культом свободы (на экономическом языке — безответственности) убивает. Убивает и производство, и науку с образованием, и культуру с цивилизацией, и человека как разумный, рациональный вид.

Он, дорвавшись до возможности – берёт, берёт, берёт… Упоённо тратит на свои прихоти наследие веков, утонув в оргии безответственного и тупого гедонизма. И остаётся там, откуда он черпает – всё меньше, меньше, меньше… Ибо – не пополняется!

Если рыбаки будут только ловить рыбу, но не зарыблять реку мальком, то рыба в реке кончится (проверено на практике!). Рыбу вычерпают самыми варварскими способами – и всё. Но штука-то в том, что личный улов – это частная выгода, а зарыбление целой реки (общего пользования) – общее и общественное дело. Его никто не хочет брать из себя – потому что, получается, будет обеспечивать не свой улов, а чужие уловы, «работать на дядю».

Как с рыбой, так и с человечеством. Его откровенно грабят, а чтобы меньше возмущалось – завязали ему глаза образовательной деградацией и умственным одичанием (озверением). Рыба в этой реке формировалась миллионы лет – а мы вычерпаем за одно поколение, и продадим максимальный улов для максимальной прибыли!

+++

Для того, чтобы понять антилогику американского капитализма (планетарного паразита) – не нужно ехать через океаны. Достаточно взглянуть на местных, отечественных рыночных либералов.

Очевидно же, что они обладают криминально-деструктивной психологией, в которой стремление к созиданию заменено алчными поисками «готовенького».

Они ничего не создают и ничего не хотят создавать, а только ищут – где можно утилизировать имеющееся и набить карманы. На их языке это называется «непопулярными реформами», причём срока у этих НР – никакого не ограничено.

В 1991 году, когда впервые заговорили о «необходимости непопулярных реформ» — я был школьником, обдумывающим житьё. Тогда – по наивности – многим казалось, что «шоковая терапия» — это на год, на три, максимум на пять… Ну, по крайней мере, она должна иметь какой-то предел, думали люди, ибо «вечная терапия» — это похороны!

Прошли годы. Я стал седой, как лунь, битый и тёртый. Всё пространство моей жизни занимают «непопулярные реформы», о «необходимости» которых либералы говорят снова и снова, как будто их заклинило.

И в итоге я понял, что «непопулярные реформы» — это просто их образ жизни и матрица мышления.

Криминально-деструктивная психология не может иначе. Она не может дать людям ничего хорошего – потому что всё хорошее ревниво припасает только для себя. Она не может избавить людей от чего-то плохого, потому что всё плохое отталкивает от себя на чужие головы, не желая пожертвовать своими интересами даже в мелких мелочах…

Суть криминально-деструктивной психологии в том, что для «хорошей жизни» гадёныша-носителя непременно нужно кого-то ограбить. Ограбил Ивана – живёшь неплохо. Но чтобы жить лучше – надо ограбить ещё и Петра. А чтобы жить совсем уж припеваючи – нужно ограбить заодно и Сидора. А когда на горизонте замаячили Фома с Ерёмой – то и их грабануть. Тут-то и жизнь хорошая начнётся!

Это не психология государственников, и не психология цивилизованных, культурных людей, для которых стремление ко всеобщему благу есть основа личности. Это психология подворотной уголовщины, гопоты, изображающей смешно и непохоже, будто она, гопота – министры, депутаты, банкиры, директора предприятий и кандидаты с академиками…

Старый капитализм – выраставший из традиционного общества, из воинской доблести постоянных войн с достойным противником, религиозный (во многом ханжески, но всё же – приученный хранить приличия) – был сложным явлением. В нём дегенеративно-звериная сторона человека смешивалась (диффузно) с восходящим потоком истории. Новый капитализм эту сложность утратил. Он не более чем «заворот кишок» у исторического процесса. Он целиком и полностью выродился в уголовщину, в мафиозные псевдо-государства, умеющих одарить тех, кто с ними «в доле», подкупить тех, кто нужен для хищений – и беспощадный ко всем остальным.

Конечно, Трамп несопоставим с Рузвельтом, Меркель с Бисмарком а Макрон – с Де-Голлем. Те, старые, были не только продуктами капитализма, но и продуктами восходящей человеческой цивилизации, общего (чуждого тёмным инстинктам) духа истории, просвещения, сложной и оптимистичной аристократической культуры. Конечно те, старые, пришли к власти через жестокую грызню, и на святых совсем не похожи. И всё же Рузвельт, Бисмарк и Де-Голль учитывали, что живут в мире, в котором главные для людей – это святые на иконах, заменявшие в жилищах семейные портреты. Хищник, каким бы хищным не был – умел остановиться перед откровенно-недопустимым.

Новый, пост-советский мир представлен отморозками. В нём не просто царит криминальное преступление, но и вообще утрачено понимание различения между добром и злом, допустимым и недопустимым. То есть преступление перестало скрываться, конспирировать себя – потому что откровенно не понимает своей преступности. Оно не боится разоблачений и действует совершенно открыто, бесстыдно, в расчёте, что «пипл схавает».

Репутация у паханов одна: их «крутизна». Никакой иной репутации они не берегут, да у них уже давно её и нет. Мир, который раньше строился и совершенствовался – ныне растаскивается, хищники повизгивают и грызутся, отнимая друг у друга отхваченные куски. Человек, который сейчас заговорит о всеобщем благе – будет воспринят как блаженный, но не в старом, церковном, а в новом, ругательном смысле. В новом мире святость свели к слабоумию, хищность же возвели в ранг вершины разума (самый крупный хищник = самая умная особь).

Восходящий поток цивилизации утрачен, распылён. Центростремительные силы, помогавшие людям удержаться от убийства друг друга в некоем единстве общественного порядка (законности) – ослабели и провисли.

Напротив, центробежные силы – нарастают, а нисходящие, зоологического происхождения, потоки мотиваций – крепнут. После 20 веков разговоров о цивилизации – человечество отреклось от цивилизационно-перспективных направлений деятельности, сводя все ресурсы к желудочно-половым удовлетворениям.

Мечта человека-творца сменилась мечтой человека-приспособленца, благоговение, порождавшее храмовые лепты в сокровищницы культуры – мародёрской страстью к расхищению храмовых сокровищниц.

+++

Захватное право частных собственников, сбивающихся в мафиозные заговоры – расползается как раковая опухоль. Имущество хищников растёт, как клетки раковой опухоли, поглощая всё своим злокачественным образованием в организме общества, перерабатывая все тонкие инструменты органов общественной анатомии в однообразную простейшую массу метастаз.

Стремясь распространиться как можно шире, раковая клетка не знает, зачем ей весь организм-донор. Она не задумывается и над тем, что вместе с гибелью организма погибнет и она сама. Финансовая Олигархия – это простейшее, амёбо-подобное злокачественное образование, и она пухнет, не думая, потому что не умеет думать. Она руководствуется инстинктами, причём инстинктами простейших существ.

Копаясь в сумерках психологии этого «бычьего цепня»[1] цивилизации, я, как мне кажется, обнаружил мостки его перехода от человеческого к простейшему. Это в меньшей степени азарт имущественной неопределённости (когда человек увлекается успехом и теряет всякое чувство меры и разумных приделов в приобретательстве), а в большей степени – страх перед чужим азартом. Страх быть уничтоженным – порождает превентивную агрессию «олигарха», стремящегося, чтобы обезопасить себя, всё поставить под личный контроль. Ему вполне хватило бы половины или четверти его имущества, но – очень важно! – в мире неопределённых доходов всякая отделившаяся половина (украина) – вступает в борьбу с тем, от кого отделилась.

То есть: откажись олигарх от чего-либо – оно не просто уйдёт на сторону, но превратится в оружие уничтожения конкретно-этого олигарха. Чтобы не быть «терпилами» — олигархи идут вперёд и вперёд, в итоге захватывая всё сущее, вытесняя всё инородное себе.

В наши дни этот процесс принял совершенно патологический характер, когда вся планета оказалась в руках 60 семей! А всё, что миллиарды жителей Земли делают под их руководством – призвано закрепить беспредельную, террористическую и уголовную (ибо она вне закона) власть этой «всё захватившей» «могучей кучки»…

+++

Когда в СССР человек получал фиксированную ставку, его психологическая агрессивность успокаивалась, порой даже поневоле. Выше головы не прыгнешь, а ниже – упасть не дадут, таковы правила игры. И люди были (о чём сейчас все вспоминают) – улыбчивыми, отзывчивыми, радушными. Не было ни азарта с выгодой придушить ближнего, ни страха, что ближний зарежет тебя, повернись ты к нему незащищённым боком. Монастырская матрица!

Разбудив азарт подняться выше высших и страх упасть ниже низших – новый мир убил человеческое благодушие и взаимовыручку. Бескорыстную солидарность человека с человеком заменяет уголовная солидарность между членами банды.

Люди стали злые и жестокие – потому что они видят в тебе одновременно и пищу, и врага. Они прикидывают, как сожрать тебя, и одновременно прикидывают, как бы ты их не сожрал.

Потому что если общая сумма делится на неопределённые доли, то у каждого есть шанс хапнуть долю побольше, и у каждого – шанс «пролететь в пролетарии», остаться без ничего, обобранным до нитки.

+++

Отношения между народами и государствами строятся по законам той же неопределённости долей, как и между отдельными людьми. Оттого международное право сменилось злобой, жестокостью и вероломством, причём у всех со всеми.

Каждый боится, что его поглотят и сожрут – и пытается превентивно сожрать соседа. Вместо старой пары «агрессор-жертва» всё чаще сталкиваются два агрессора, их встречные потоки экспансии.

Яркий пример: при всём ничтожестве гиен Европы, восточноевропейских недотыкомок, во всех победил местечковый фашизм, и все они перессорились друг с другом. Венгры хотят «жизненного пространства» для венгров, укры – для укров, поляки — для поляков, и каждый хочет решать вопрос за счёт соседей. Мелкие хищники сталкиваются и повизгивая, кусают друг друга, пытаются отобрать друг у друга падаль. Ту, что остаётся от трапезы тигров: США, Израиля…

+++

Поскольку восходящий поток истории сейчас никак не прощупывается – все хищники парят в нисходящих, дегенеративных потоках, и хвост их теряется во мраке доисторических пещер. Выход из такой ситуации затруднителен, потому что всякая цивилизационно-перспективная деятельность[2] одновременно и сворачивается и проституируется. То есть: снижаются как её формальные объёмы (она стала неинтересной ни властям, ни обществу), так и её фактическое содержание (служение истине подменяется банальным поиском грантов).

В этих условиях торжествует как бытовой (на микро-уровне) так и геополитический (на макро-уровне) разбой. Вся человеческая жизнь сводится или к разбойному набегу или отражению разбойного набега. Вслушайтесь в голос СМИ: самими главными достижениями уходящего года из года в год называют – «сумели удержать, смогли отстоять, не дали разрушить, помешали расхитить…» и т.п. И это самое лучшее, что могло случиться в текущем году! О росте, развитии вообще давно уже речи нет.

Они, видите ли, в этом году «сдержали инфляцию», «не дали в этом году повысить пенсионный возраст», не дали закрыть библиотеку, не позволили уничтожить уникальное производство, и т.п. И это – единственное хорошее, что может в нашей жизни ныне случиться, правда, случается далеко не всегда…

А как же быть с шагами вперёд? Ведь задача цивилизации не только в том, чтобы не повышать пенсионного возраста (с ней не справились) – а ещё и в том, чтобы его снижать! Не только в том, чтобы отстоять 8-часовой рабочий день, политый кровью бесчисленных «кровавых воскресений» по обе стороны Атлантики! А ещё и в том, чтобы сократить его до 7, 6, 5 часов!

А у нас, как высшая форма подвига, преподносится то, что удалось на какое-то время НЕ СОКРАТИТЬ образовательные или медицинские программы и штаты! Подождите, но ведь вообще-то они развиваться и расширяться должны, а не застыть (и тем более сдуваться)!

+++

Это война неокапитализма с человечеством, которую начали и ведут США, но к которой примкнули все дегенераты рода человеческого, независимо от национальности и гражданства.

Эту войну нельзя закончить – если не устранить её базовую причину. И я имею в виду не США как государство, а именно неокапитализм, сделавший это государство своей центральной базой.

Вычерпывание без пополнения любой ёмкости закончится её пустотой. Утилизация всего, чего достигло человечество, конвертации всех дел человеческого гения в нолики на счетах серых и безликих существ – закончятся пустотой вместо истории.

Если подниматься по лестнице вверх – то есть шанс выйти к свету. Но спускаясь по лестнице всё время вниз – мы неизбежно упрёмся в замурованный тупик. И он уже маячит перед фонариками мысли в наши дни…


[1] Бычий цепень, (солитёр) — вид паразитических ленточных червей семейства Тенииды. Поражает крупный рогатый скот (личиночная стадия) и человека (ленточная стадия), вызывая у последнего тениаринхоз. Взрослая особь бычьего цепня растёт до гигантских размеров состоит и достигает 4—10 метров в длину, в итоге выжирая донора изнутри.

[2] К таковой автор относит профессии умственного обобщения в служении и поисках общей истины. Это наука, включая дидактику преподавания наук, философия, включая бытовую и популяризирующую, высокое искусство (взывающее к разуму, а не к тёмным инстинктам), публицистика и просветительская деятельность и т.п. То есть: серьёзность обращения человека к человечеству. Она вытесняется постоянно растущим интересом властей и общества к спорту, развлекаловке, зоологическим удовольствиям, удовлетворяя ЗАПРОС НА ПРОСТОТУ взамен необходимой цивилизованному обществу культуре сложных ответов на сложные вопросы духа.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...
Партия нового типа
Центр сулашкина