Два лица Кремля

Русранд 20.06.2018 18:45 | Политика 79

1.

У древних римлян был бог Янус (в честь него, кстати, назван месяц январь). Он считался хранителем дверей, входов, проходов, и его изображали с двумя лицами. Одно лицо — молодого безбородого человека — было обращено к будущему, другое — бородатого, сморщенного старца — к прошлому. Орел, изображенный на гербе нашей Родины, тоже, как известно, имеет две головы, одной он смотрит на запад, другой — на восток.

Современная российская власть, как показала, между прочим, недавняя прямая линия президента с гражданами страны, оказывается, тоже не одноликая. У нее одно лицо — для российских олигархов и элит Запада и совсем другое — для российского народа. Судите сами.


2.

Сказать, что тема повышения цен на бензин волнует россиян — значит не сказать ничего. Социальные сети переполнены проклятиями в адрес торговцев топливом, интернет кишит расследованиями, пытающимися объяснить необыкновенный феномен: падает, мол, цена на нефть или растет, бензин у нас все равно дорожает. Накал эмоций столь высок, что достиг прямой линии с президентом.

Водитель из Санкт-Петербурга Алексей Караваев прямо из кабины своего, судя по всему грузового, автомобиля, задал недавнему земляку терзающий всех вопрос. В конце вопроса прозвучала даже нотка недоумения: «Мы 18 марта сделали такой большой выбор, вся страна за вас проголосовала, а цены на бензин не можете вы остановить». Попрошу своих читателей обратить внимание на это «не можете остановить». Фактически этот сторонник Путина из народа спрашивает своего кумира: «Вы что, в своей стране не хозяин? Нет, что ли, сил и возможностей обуздать алчность нефтегазовых баронов?» Вероятно, он рассчитывал на то, что «царь» стукнет кулаком по столу, вскрикнет зычно: «А подать сюда главу «Роснефти» и «Лукойла», я сейчас им устрою!..» Но не тут-то было. «Царь» не стукнул и не вскрикнул. Пряча глаза, стал путано объяснять, что нефтяные компании хотят получить прибыль, упущенную за счет того, что часть нефти они не продали за рубеж, и что угрожать он им не хочет, потому что «у нас конструктивные отношения с нефтяниками и газовиками».

Левопатриотическая оппозиция уже 18 лет объясняет: никакой Путин не «надежда России», борющийся за интересы державы и народа в постельцинском «либеральном царстве». Он — такой же ставленник олигархов, как и Ельцин. Только времена изменились. Оказалось, что Запад не так уж любит Россию — даже либеральную, так что нужно немного позаботиться об обороноспособности страны. Да и народ нельзя так откровенно третировать и презирать, и поэтому желательно хотя бы сделать вид, что заботишься о нем. Поэтому и понадобился Путин — на словах патриот и народолюбец, обещающий и Россию поднять, и народ к благополучной жизни привести, но так, чтоб счета Абрамовича и Вексельберга ни на цент не уменьшились…

Вот и 7 июня президент еще раз подтвердил свою верность интересам российского крупного бизнеса, за которую его, собственно, и«назначил» президентом России его политический «крестный отец». Отвечая на вопрос, «будет ли руководство России поддерживать крупных российских бизнесменов, попавших под западные санкции», Путин пожурил олигархов за то, что они держали деньги в британских и швейцарских банках, а потом рассказал занимательную историю десятилетней давности.

«В 2008 году, когда мы столкнулись с известными событиями кризисного явления в мировой экономике… многие наши крупные компании попали в сложную ситуацию, поскольку набрали большое количество кредитов в западных финансовых учреждениях… Что мы сделали тогда? Мы докапитализировали Внешэкономбанк специальным законом, забрали себе их кредиты, хотя многие из них тогда готовы были за рубль отдать свои предприятия, и я, будучи председателем правительства, сказал: нет, мы вам поможем на определенных условиях, заберем ваши кредиты, и вы будете иметь возможность их потом выкупить у нас. Так и произошло. Когда ситуация стабилизировалась, они выкупили и остались собственниками предприятий…»

Мораль сей басни проста и понятна даже обнюхавшемуся кокаина на собственной яхте тупоголовому сынку олигарха. Президент и правительство Российской Федерации в лице Путина, Медведева и их команды один раз помогли российским олигархам в трудной ситуации — помогут и во второй раз. Конечно, на «определенных условиях», о которых можно только догадываться. Я бы только заострил внимание читателей на одном обстоятельстве.

Президент гордится тем, что не приватизировал предприятия олигархов, когда последние готовы были отдать их государству, как он сам изволил выразиться, «за рубль». Ну правильно: ведь если бы нефтяные месторождения, нефтеперерабатывающие и металлургические заводы олигархов перешли государству, то они стали бы пополнять бюджет, а значит, позволили бы поднять зарплаты бюджетникам, обеспечить жильем тех, кто в нем нуждается, сдержать цены на продукты и тот же бензин. Короче, все преференции достались бы простым людям, народу, а не бюрократам высшего уровня, покрывшим народными бюджетными деньгами кредиты олигархов, полученные ими в западных банках. Есть чем гордиться страдальцам и борцам за народное благо.

Затем президент посмотрел по сторонам, где на экранах светились сообщения от пользователей интернета, увидел вопрос, где Абрамович и другие олигархи назывались ворами, и глубокомысленно заметил, что среди супербогатых «новых русских» есть и те, кто заработал свои капиталы честно, и те, кто, так сказать, наоборот, совершив «какие-то правонарушения». И тут же заявил: «И тем и другим лучше быть в России. Тем более что мы объявили уже, причем дважды, амнистию капиталов».

Тем гражданам, которые не любят наших олигархов, но неизменно голосуют за В. В. Путина, потому что «он страну поднял с колен и буржуинов прижмет», объясняю по-простому: амнистия капиталов — это такой бонус буржуинам. Они переводят свои богатства из западных в российские банки, платят налоги в России, а российское государство во главе с Владимиром Путиным обещает не преследовать этого буржуина, даже если он в 1990-е «приобрел» заводы мошенническими схемами. При этом простого человека за мешок картошки то же российское государство не задумываясь упечет за решетку, и ни на какие амнистии ему рассчитывать не придется. Это не ради красного словца. В ходе прямой линии слово «амнистия» звучало дважды. В первый раз — в начале, когда Путина спросили, готов ли он провести в честь своего избрания президентом амнистию для тех, кто не совершил тяжких преступлений. Путин однозначно отказался, да еще посмеиваясь и шутя. Правильно, это же не «собратья по классу» со счетами и домами в Лондоне, это простые нищеброды, которых даже не разглядишь из тонированного автомобиля — чего их жалеть!


3.

Таково было лицо Кремля, обращенное к олигархам. Внимательное, дружелюбное, уважительное, чтобы ненароком не обидеть, не спровоцировать конфликт… Примерно такое же, но с небольшими, чуть заметными изменениями оно было и когда спрашивали о Западе.

Путина у нас по телевидению и радио превозносят как бескомпромиссного борца с Западом, который заставил Европу и Америку уважать «возродившуюся Россию». Мне уже приходилось писать, что на самом деле это не более чем пропагандистский миф. Политико-экономическая элита современной России вовсе не собирается претендовать на статус мировой сверхдержавы и устраивать с Западом настоящую «холодную» и уж тем более «горячую» войну. Ее вполне устраивает место на полупериферии мирового капитализма. Она собственно и живет тем, что продает в Евросоюз углеводороды, а на вырученные деньги строит в России и за рубежом особняки и дворцы, обучает статусных детей в Гарвардах и Принстонах и готовит им теплые места в Лондоне и Нью-Йорке (где уже живут дети многих VIP-персон). Просто определенной части российской элиты, которая взяла верх в 2014 году, хочется быть не простым вассалом Запада, а вассалом, имеющим особые права, могущим устанавливать свои порядки в регионе. Западные же элиты это не устраивает. Остальное — предмет торга. Если он будет успешным — останется Путин, если нет, его каким-нибудь образом «уйдут». Тогда к власти придет другая, «либеральная», часть элиты, которая согласна на меньшее.

Конечно, это я описываю восприятие ситуации элитами России и Запада, которым и в голову не приходит третий вариант — когда народ России поднимется и заявит о своих планах, не совпадающих с интересами российских олигархов и западных банкиров.

Глядя прямую линию, я еще раз утвердился в своем мнении: лейтмотивом заявлений Путина по внешней политике была фраза «Мы ищем компромисса».

Наших заклятых врагов, которые спят и видят, как бы ослабить Россию, а лучше вообще стереть ее с карты мира (вот только не решили, целиком ее лопать или по частям), Путин, по своему обыкновению, добро и ласково называл их «наши западные партнеры». А про австрийцев вообще сказал: «наши западные друзья». Наверное, если в НАТО и красную кнопку нажмут, он и тогда мягко, по-братски журя натовских генералов, скажет в обращении к нации: «Наши западные оппоненты осуществили неожиданный ядерный удар». Естественно, они ему и его команде партнеры. По выкачиванию из наших недр и перекачке на Запад минеральных богатств, которыми могли бы жить еще несколько поколений россиян. По окончательному разрушению советской социальной инфраструктуры, чтоб настоящая вторая мировая сверхдержава уже никогда не возродилась на этой территории. По дебилизации великого русского народа и народов, попавших на орбиту его цивилизационного влияния, чтобы никогда больше не ставили на место зарвавшегося агрессора, чтобы наши танки не громыхали по улицам Берлина и никогда бы немецкие ребятишки в синих галстуках не пели по-русски «Катюшу». Nicht wahr, Herr Prеsident?

4.

Лицо, обращенное к простым россиянам у Кремля, — совсем другое. Протокольно вежливое, но заметно скучающее, местами с пробегающей иронической полуулыбкой, а местами даже растерянное…

Конечно, когда посыпались вопросы о проблемах простых людей, Владимир Путин пытался соблюсти приличия. Он сочувствовал, говорил правильные слова, обещал помочь. Но без того пафоса, который у него был, когда он рассуждал об амнистии бизнеса для олигархов или о компромиссе с «западными партнерами».

Показательным был его ответ на вопрос жителей города Струнино (Владимирская область), которые обратились к нему со своей бедой. Струнино — город небольшой, всего около 14 тысяч жителей. При Советской власти (еще в 1919 году) там была построена больница, где имелись самые разные отделения, был даже свой роддом. При власти «реформаторов», в согласии с программой «оптимизации российской медицины», несколько отделений было закрыто. Жители вынуждены теперь возить больных детей в больницу ближайшего районного центра — города Александрова — это от Струнино надо ехать на электричке. Струнинские мамочки и бабушки просили президента вернуть им полноценную больницу.

Путин, конечно, заявил, что он всегда выступал за сохранение «первичного звена медицинской помощи» в населенных пунктах с населением не меньше 2000 человек (пункты, где от 100 до 2000 человек, президент посоветовал обслуживать мобильными фельдшерско-акушерскими пунктами, а про те, где 100 человек и менее, он промолчал — понимай так: пусть выживают как могут). При этом президента сразу связали с губернатором Владимирской области, и сия облеченная властью дама с телеэкрана заявила, что это явление временное. На ремонт больницы в Струнино, мол, было выделено 40 миллионов рублей, кроме того, там уже построен новый центр скорой помощи. Куда ушли 40 миллионов рублей?.. Зрителям показали обветшалые стены, и журналистка сказала, что внутри примерно так же… Но Путин сделал вид, что не заметил этого нюанса…

Жители попытались сообщить корреспонденту, что новый центр скорой помощи также не соответствует требованиям, но у них отобрали микрофон. Путин важно обратился к министру здравоохранения Веронике Скворцовой и попросил проконтролировать ситуацию. Та услужливо кивнула.

От этой сцены повеяло сговоренностью. Кому, как не Путину, знать, что именно министр Скворцова — исполнительный куратор реформы по «оптимизации медицины», твердый и безжалостный проводник ее в жизнь. В 2014 году она прямо заявила журналистам, бравшим у нее интервью и спросившим, до каких пор у нас будут сокращаться койко-места в больницах: «За этот год сокращено уже 50 тысяч коек в стране, а за прошлый год — 35 тысяч… И это правильное решение, потому что не должно быть пустующих коек, на которые государство тратит деньги».

А в 2017 году возглавляемое ею министерство через свою пресс-службу объяснило сокращение койко-мест «переходом на более эффективное использование коек и переводом пациентов в дневные стационары — больницы, в которых человек также получает все необходимые процедуры и обследования, но при этом не остается на ночь». («Более эффективное использование» — в России сократилось количество коек, госпитализаций и больниц.)

Собственно, именно это и произошло с маленькими пациентами из города Струнино. Им сократили количество койко-мест в их городской больнице и предложили ездить в Александров, чтобы там лежать в дневном стационаре (то есть чтобы больные дети, находящиеся на лечении, каждый вечер возвращались на электричке домой, а утром на электричке же снова ехали в больницу в райцентр). Так министерство экономит бюджетные средства, выделенные на здравоохранение. Причем чиновники города Струнино, которые принимали решение о ликвидации отделений в Струнинской больнице, уверен, руководствовались предписанием, подписанным министром Скворцовой. А теперь Путин, который эту Скворцову утвердил на должность министра, просит ее же «разобраться с ситуацией». Чего он от нее ждет, спрашивается? Чтоб она закрыла все оставшиеся отделения?

Члены Струнинского инициативного комитета, заикаясь от волнения, на вопрос журналиста: «Чего же вы хотите?» — ответили просто: «Чтобы нам помогли восстановить всё, что разрушили!» Это, конечно, можно понять. Труднее понять, почему они обращаются с такой просьбой именно к тем, кто все разрушил.

Такая же ситуация, только не с больницей, а со школой, в деревне Старая Суртайка Алтайского края. У них закрывают школу и предлагают каждый день возить детей учиться за 7 километров в другую деревню. Понятно, что дороги в крае плохие, зимой с детьми что угодно может случиться… В общем, родители решили: если школу закроют, они из деревни уедут. Но уезжать не хочется — все-таки малая родина, поэтому решились на крайнюю меру — пасть в ноги «царю».

Президент сразу проявил осведомленность, употребив термин «малокомплектная школа». Действительно, кому, как не ему, знать об этом. Ведь под его руководством была разработана программа сокращения «малокомплектных школ» в сельской местности, которую проводили и проводят в жизнь назначенные им же министры образования. Только вот у деревенских жителей по всей России существует ложное убеждение, что виноваты во всем местные чиновники, а Путин, мол, ничего об это не знает. Он обязательно поможет, нужно только ему открыть глаза! «О, святая простота!» — так говорят в подобных случаях. Поймите же наконец жители деревни Старая Суртайка и тысяч других деревень, оставшихся без школ: Путин об этом знает. Он одобрил и продвигает эту «реформу». Он даже не постеснялся в ответе вам озвучить ее главную причину: «Малокомплектные школы, мы знаем это хорошо, они довольно затратные». Это значит, что мы с вами платим из наших скудных зарплат налоги. Они копеечка к копеечке текут в бюджет, превращаясь в миллионы и триллионы рублей. А Путин и его чиновники из Министерства образования решили, что тратить наши деньги на наших же детей — слишком жирно (миль пардон — неэффективно).

У чиновников свои дети есть. Папы и мамы оплатят им дорогие частные школы из тех премий, которыми власть их осчастливит за «эффективное расходование бюджетных средств». Вот и весь сказ.

Конечно, Путин отбрил при вас губернатора, взял с него обещание, что именно вашу школу в этот раз не закроют. Но про все остальное безжалостно отрезал: мол, есть программа «Школьный автобус». Иными словами, все остальные малокомплектные сельские школы обязательно закроют. А потом и до вашей черед дойдет — не каждый же год удается дозвониться до прямой линии с президентом.

Впечатлил меня также вопрос преподавателя училища Михаила Вагапова из Якутии (возможно, потому что я тоже преподаватель и тоже попал в схожую ситуацию). Перед выборами президента ему и его коллегам подняли зарплату до 60 000 рублей — «во исполнение майских указов». Но через три месяца (то есть аккурат после окончания выборов) надбавку убрали. Чиновники честно объяснили: было указание сохранять высокую планку зарплаты лишь в первый квартал 2018 года (то есть на период выборов). Михаил Вагапов возмущен этим. Но он, в отличие от меня, сторонник Путина, голосовал за него и желает ему «успехов в его нелегком деле» (по мне, такое пожелание, если оно сбудется, вообще оставит Вагапова без зарплаты, ведь «нелегкое дело» нашей власти — не что иное, как добивание советской системы образования). Преподаватель лишь интересуется: а может, Путин не знал об этом безобразии и разберется?

Путин с важным видом рассуждает о том, что необходимо повышать благосостояние граждан и что он поставит этот вопрос на одном из ближайших госсоветов. В отношении данного конкретного случая Путин предположил, что это связано… с началом нового финансового года. Объяснение странное, ведь в России финансовый год начинается 1 января, а Вагапов сообщил, что с января по март надбавки как раз исправно платили и перестали это делать с апреля. Но ведь президенту надо что-то сказать, и кроме того, эти его слова, вероятно, обращены даже не к преподавателю из Якутии, а к врио главы Якутии Николаеву, лицо которого тут же появляется на экране.

Николаев намека высокого начальства не понял и ответил: «Повышение заработной платы у нас в республике произошло, никаких уменьшений быть не должно…» Иначе говоря, начало финансового года ни при чем… Путин бровью не повел, велел разобраться и перешел к другим вопросам. Дальнейшее нетрудно предсказать: губернатор позвонит в министерство, из министерства позвонят в училище, там Вагапову и коллегам еще месяца на два назначат зарплату с повышением, а потом скажут, как водится: «Денег нет, но вы держитесь». Звоните на прямую линию президента в следующем году!

Причем журналист, который выбрал этот вопрос, не скрывал: такие случаи повсеместны и в Новочеркасске, и в Омске, и в Амурской области, и в Петербурге. Я сам писал об этом в рассказе «Еще один день Ивана Денисова», который опубликовала «Советская Россия». Везде перед выборами президента бюджетникам подняли зарплату, а после выборов надбавки убрали самыми разными способами. Ибо перед выборами из Москвы поступил приказ: поднять зарплаты, но за счет «внутренних резервов»… Президент об этом, безусловно, знает. Но чтобы сохранить лицо, выдумывает что-то о начале финансового года…

Но больше всего меня удивил диалог с беженцами с Донбасса. Несчастные женщины, чудом избежавшие смерти от снарядов и пуль ВСУ, рассказали президенту, что много лет живут в России, пытаются получить гражданство, а чиновники занимаются волокитой, и закон, увы, не на стороне беженцев.
Президент в ответ: «Мы уже неоднократно обращались к этому вопросу, и я уже давал поручение Миграционной службе обратить на это внимание, сделать соответствующие предложения, отрегулировать эти вопросы, если требуется, и в действующем законе. Это все нужно сделать. Я еще раз об этом говорю и министру внутренних дел, и руководству самой Миграционной службы. У нас есть всякие проекты законов на этот счет, но, к сожалению, они до сих пор не реализованы. Постараюсь сделать так, чтобы в вашем случае проблемы были закрыты. Но проблема носит более широкий характер».

Я понимаю, что президент, несмотря на имидж «всесильного диктатора», на самом деле не контролирует экономическую часть правительства. Экономический блок и в прежних, и в новых правительствах представлен либералами старой гвардии, и они делают то, что решат в ясинских центрах и на гайдаровских форумах (а там в свою очередь озвучивают то, что решили в аналитических центрах «западных партнеров»). Поэтому Путин на прямой линии так уклончиво и неуверенно отвечал на вопросы о налогах и повышении пенсионного возраста. Возможно, ему это не очень-то и нравится, но ничего поделать здесь он не может. Но я всегда думал, что силовой блок под контролем президента и его окружения. А оказывается, президент дает поручения министру внутренних дел и руководителю Миграционной службы, а они много лет этих поручений не выполняют — и ничего… Тогда какой смысл просить президента?.. Просите сразу руководителя Миграционной службы и главного полицейского страны!

Так вот и выходит: помочь олигархам, попавшим под санкции, наш «народный» президент и может, и хочет. Искать компромисс с «западными партнерами» наш «несгибаемый борец с Западом» будет вновь и вновь, хоть до тех пор, когда министру иностранных дел будут плевать в лицо на встречах с «партнерами». Помочь же беженцам, учителям, врачам, пациентам, оказавшимся без больницы, жителям умирающего села — это он «обсудит на госсовете», «даст поручение правительству», «попросит разобраться министра», ну в крайнем случае — «в вашем конкретном случае поможем, а вообще — вопрос шире»… Не очень внимательно и ласково то лицо Кремля, которым он обращен к бедствующему народу…

Общее же впечатление было таково, что все труднее играть роль «народного заступника» в условиях, когда антинародные неолиберальные реформы все углубляются.

Рустем Вахитов 

Источник


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

ИТОГИ НЕДЕЛИ со Степаном Сулакшиным ◄08.06.2018►

«Прямая линия»: возможны ли перемены в России?

Прямая линия с Путиным. И пронёсся над Россией всенародный стон и плач

Геноцид пенсионеров. Занавес после общения с президентом

Блого-заменители народа России на прямой линии: кто это придумал?

Россия без героев: почему вместо них нам подсовывают дегенератов

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...

Популярное за месяц

Партия нового типа
Центр сулашкина