Еще раз о том, кто, как и зачем пытается переименовать российский город Калининград

РИА Красная Весна 23.12.2018 13:26 | Политика 80
Дом советов — г.Калининград.
Автор фото: Сергей Карачин
Рубрика: Архитектура
Внимательно разбирая краткую историю попыток переименования Калининграда, можно выявить как западных инициаторов данной инициативы, так и впавших от них в зависимость российских сторонников этого проекта

10 декабря 2018 года оппозиционный тележурналист (сторонник А. Навального и К. Собчак) Л. Парфенов, комментируя в своей еженедельной программе «Парфенон» инициативу федеральной власти по присвоению российским аэропортам имен исторических личностей, предложил вернуть Калининграду его прежнее название — Кенигсберг.

Обратим внимание на то, что либеральный журналист озвучил точку зрения белоленточников и части отечественной элиты (готовой ради «вхождения в западную цивилизацию» на правах «официантов» к пересмотру итогов Второй мировой войны), а также представителей германского истеблишмента (все постсоветские годы работающих на культурное и экономическое обособление Калининграда от Москвы).

В предыдущих статьях, посвященных российско-немецкому сотрудничеству в Калининградской области, мы обращали внимание на то, какое значение германская сторона придает развитию (в этом регионе) финансовых проектов. Ибо за счет этого можно не только «попытаться вернуть» бывшую Восточную Пруссию (пока) под экономический контроль Германии, но и проводить на этой «временно утерянной территории» свою «культурную и образовательную политику». (А попытки переименования Калининграда и рост числа сторонников данного проекта — это и есть один из результатов такой политики.)

Причем внимательно разбирая краткую историю попыток переименования Калининграда (а также историю «мягкой германской экспансии» в регионе), можно выявить как западных инициаторов данной инициативы, так и впавших от них в зависимость российских сторонников этого проекта.

Еще в 1988 году, в преддверии распада СССР, в результате которого Калининградская область оказалась в географической изоляции, советскому правительству со стороны представителя крупнейшего транснационального банка Германии — Deutsche Bank — было сделано предложение о наделении региона неким «особым» статусом. При этом в качестве основных целей фигурировали: желание сделать Калининград «образцовым городом немецко-советского примирения» и (что более важно) местом германских «инвестиций в будущее». Тогда же, напомним, начались официальные переговоры об объединении Германии.

Идея о совместной деятельности на территории Калининградской области получила дальнейшее развитие. И летом 1990 года (как стало известно позднее из авторитетного германского журнала Der Spiegel) горбачевское руководство предложило немецкой стороне провести переговоры о совместных проектах в этом регионе.

(Позже тот же Der Spiegel сообщал о предложении, якобы сделанном в 1991 году президентом СССР М. Горбачевым (а впоследствии и президентом РФ Б. Ельциным) германскому канцлеру Г. Колю — о возможной продаже Германии Калининградской области. На что германская сторона якобы не решилась.)

Уже в 1990 году в регионе были инициированы первые дискуссии о переименовании Калининграда. В результате городской совет решил создать специальную комиссию для рассмотрения всех предложений, но тогда дебаты на данную тему не получили развитие.

Некоторые эксперты обращают внимание на ту роль, которую сыграли в инициировании дискуссии о переименовании города представители землячеств Восточной Пруссии, которые появились в области еще в самом начале 90-х годов.

Так, землячество Кенигсберг (Stadtgemeinschaft Königsberg (Pr)) из германского Дуйсбурга вместе с Евангелической общиной Восточной Пруссии (Gemeinschaft evangelischer Ostpreussen e.V.) активно включились в работы по восстановлению восточно-прусского «духовного центра» вместе с представителями калининградской общественности и при содействии областных властей. Тогда же с подачи Общества Агнес Мигель (подразделения землячества Кенигсберг) в городе была установлена памятная доска в честь поэтессы, возглавлявшей кенигсбергскую женскую организацию НСДАП (!). Более того, представителями местной интеллигенции, ратующими за возвращение городу названия Кенигсберг, началась популяризация творчества данной поклонницы Гитлера…

При этом представители Восточно-Прусского землячества начали активно устанавливать связи с муниципалитетами. Во многом в результате таких контактов районные центры Калининградской области обзавелись не только символикой, повторяющей символику довоенную… Но и страстными пропагандистами «прусского наследия родного края», воспитавшими за эти годы из (пока) небольшой части местного населения «новых кенигсбержцев», идентифицирующих себя в качестве «европейцев».

Напомним, что «наследники и сторонники изгнанных с немецких земель» по итогам Второй мировой войны объединяются в Германии в «Федерацию изгнанных», куда входит более 20 землячеств. И Восточно-Прусское землячество, сформировавшееся в конце 1940-х годов и принявшее в свои ряды достаточно много бывших нацистов, стало одним из крупнейших (и насчитывает сейчас более 200 тысяч активистов).

Широко известна позиция председателя Восточно-Прусского землячества, вице-президента «Федерации изгнанных», депутата бундестага от правой партии «Альтернатива для Германии» (AfD) Вильгельма фон Готтберга, считающего«преступное изгнание немецкого населения со своей территории… геноцидом» и ждущего на этот счет«официальных извинений от Польши, Чехии и России».

Например, в 1999 году, когда землячество отмечало 50-летие своего создания, Вильгельм фон Готтберг заявил: «Право человека на Родину должно, наконец, быть реализовано и для немецких изгнанников и их потомков… Желающие вернуться — должны иметь возможность сохранить немецкое гражданство, право на собственность и на беспрепятственный въезд и выезд. Таким же образом — таблички с указанием населенных пунктов на двух языках и национальная автономия, поддерживаемая государством».

И данная позиция представителей немецких землячеств, работающих в том числе и в Калининградской области, остается неизменной.

Например, в конце апреля 2018 года в Берлине по инициативе партии «Альтернатива для Германии» (АдГ) состоялся Всегерманский конгресс российских немцев, на котором было решено создать Народный парламент (фольксрат) этой этнической группы.

Среди участников конгресса были и представители части российских (советских) немцев, проживающих на постсоветском пространстве, ветераны «Видергебурт — Возрождение» — Всесоюзного общества российских немцев, организации, которая в конце 80-х — начале 90-х годов стояла у истоков движения «за восстановление государственности немцев» в рамках сначала СССР, потом Российской Федерации.

В резолюцию Конгресса вошло следующее положение:«Российские немцы могут сами предъявить счет за ту кровавую бойню тем, кто вину за нее распространяет исключительно на немецкий народ, причем коллективно и без срока давности».

Перед фольксратом (Народным парламентом российских немцев) была поставлена задача: «Создание реальных представительных органов — Народных Советов российских немцев в России и других странах СНГ». «Основополагающим» осталось и требование «восстановления автономной республики российских немцев в России».

По мнению некоторых российских экспертов, особые надежды в отношении «создания национальной автономии» немецкие землячества возлагают на Калининградскую область. Этим обусловлены и многолетняя «культурно-образовательная работа», направленная на «изучение и пропаганду прусского наследия» и нацеленная на «возвращение городам Восточной Пруссии исторических названий». А также нарастающая деятельность немецкого бизнеса в регионе (где работает порядка 90 германских компаний), несмотря на усиливающиеся со стороны Запада антироссийские санкции.

Обратим внимание на то, что значительную роль в поддержке российских немцев и землячеств «изгнанных» играет крайне правая партия «Альтернатива для Германии» (АдГ), основанная в 2013 году. Ядро АдГ выделилось из рядов одной из ведущих немецких партий — ХСС. При этом членами достаточно молодой политической организации (после осенних выборов 2017 года сформировавшей третью по численности фракцию в бундестаге) стали выходцы из других крупных политических структур ФРГ — ХДС, СПГ, СДПГ. Многие из них являются также членами землячеств «изгнанных».

Эксперты обращают внимание на то, что у многих представителей AfD обнаруживается стремление подвергнуть сомнению итоги Второй мировой войны. Как уже говорилось выше, глава Восточно-Прусского землячества и депутат бундестага от АдГ Вильгельм фон Готтберг выступает за возвращение Восточной Пруссии (т. е. Калининградской области) Германии.

Отметим, что фон Готтберг входит в «ближний круг» вице-председателя АдГ Беатрикс фон Шторх, урожденной герцогини Ольденбургской, связанной родственными узами с европейскими монархическими династиями (в том числе теми, кто поддержал нацистов). Так, у депутата Европарламента Беатрикс фон Шторх Ольденбургской дед по линии матери Людвиг фон Крозиг был в Третьем рейхе министром финансов.

Вместе со своим мужем Свеном фон Шторхом Беатрикс контролирует несколько организаций, выступающих за радикальные экономические реформы в либеральном духе. Это предполагает, например, сворачивание государственных программ социальных гарантий населению, возвращение ныне находящейся в государственной собственности земли в бывшей ГДР ее «настоящим хозяевам» — крупным родовитым дворянам-землевладельцам, владевшим ею ранее в течение многих веков.

Невольно возникает вопрос: как в таком контексте выглядит восторженное смакование (в некоторых калининградских медиа) аристократических родословных бывших владельцев немецких усадеб в Калининградской области, а также суета местных краеведов и защитников «исторического наследия» вокруг «сохранения и восстановления архитектурных памятников» (т. е. этих самых немецких усадьб)?

В данном случае отлично иллюстрирует ситуацию интернет-мем: «Историю переписывают для того, чтобы потом переписать имущество». Желающих переписать историю, как мы убедимся ниже, хватает не только в Германии, но и в самой в Калининградской области.

На этом поприще проявили себя либеральная научная и творческая европейски ориентированная местечковая «интеллигенция», озабоченная сохранением «исторического наследия», значительная часть региональных «патриотов», а также местные чиновники.

Но прежде чем рассказать об отечественных сторонниках переименования Калининграда, приведем «откровения» немецкого журналиста-международника Александра Рара. Отметим, что в Германском совете по внешней политике (DGAP) А. Рар является руководителем отдела Восточной Европы и стран СНГ.

23 августа 2018 года в Калининграде во время встречи с общественностью в Балтийском федеральном университете им. Канта (БФУ) А. Рар, адресуясь к представителю Торговой палаты Гамбурга в Калининграде Ш. Штайну, заявил: «…Я вспомнил прошлые времена — конец 90-х годов, начало нулевых, мы вдвоем возили сюда немцев, не вот этих ностальгирующих, которые хотели смотреть на старый Кенигсберг. Мы возили сюда молодых политиков, бизнес, экспертов… У нас был такой рабочий круг Германского совета по внешней политике, который назывался «Открытый Калининград». Цель была очень простая тогда и обе стороны были в этом заинтересованы, и Россия, и Калининградская область, и Германия. Создать вот здесь, на калининградской земле, некую такую свободную экономическую зону, куда можно было вкладывать немецкие и европейские деньги, где можно было быстро развивать бизнес».

В данном случае А. Рар предъявляет некую модель работы Германии в Калининградской области, когда рядом с «ностальгирующими по Кенигсбергу» немцами (среди которых были и те, кто (на самом деле) активно работал с местным населением в сфере культуры и образования) всегда шел германский бизнес, желающий получать не только экономическую прибыль, но и политические дивиденды. Например, в виде поддержки своего правительства, заинтересованного в помощи немецким землячествам и национальным меньшинствам за рубежом.

И в данном случае уже с начала 90-х годов представители германского истэблишмента, активисты землячеств избирательно и достаточно тонко работали с местной элитой, что и дало первые «плоды» — в виде сторонников переименования Калининграда на достаточно высоком региональном уровне.

К примеру, в 1992 году на международном конгрессе в Вайкерсхайме (Германия) первый постсоветский руководитель Калининградской области (1991–1996) Юрий Маточкин заявил:«Северная часть территории Восточной Пруссии со столицей Кенигсберг в виде автономной „Республики Пруссия“ может стать немецко-русским будущим. Я не делаю никакой тайны из того, что мы стремимся к тесному сближению с Германией, а автономную Пруссию рассматриваем в качестве свободной экономической зоны, как Гонконг на Балтийском море… Более 200 тысячам этнических немцев мы предлагаем сегодня новую родину… Вновь восстановленное городу имя Кенигсберг и Пруссия будут символизировать новое совместное будущее для русских и немцев…»

То есть тогдашний глава администрации региона Ю. Маточкин был готов расселить в потенциальной «автономной „Республике Пруссия“ со столицей Кенигсберг» практически все Восточно-Прусское землячество при населении Калининградской области на то время порядка 899 тысяч человек.

И такая провокационная позиция не получила тогда категорической оценки федерального центра, ибо она соответствовала безответственной политике Москвы в отношении регионов, выразившейся во фразе Б. Ельцина: «Берите суверенитета сколько сможете унести.» А также в безнаказанном стремлении некоторых региональных лидеров обособиться от Москвы и самостоятельно выстраивать международные коммуникации своей «вотчины».

Намерения Ю. Маточкина и его окружения избавиться от советских названий города и области в практическую плоскость так и не перешли, как не осуществились тогда полноценно и планы по строительству «общего немецко-русского будущего» на этой территории. Почему? Одна из причин — неготовность самой ФРГ, незадолго до этого поглотившей ГДР, взять на себя еще одну непосильную «ношу». Кроме того, германская элита в то время не хотела провоцировать политическую дискуссию об итогах Второй мировой войны и форсировать процесс экспансии в Калининградскую область, от которого не собиралась отказываться в будущем.

Да и предложения по переименованию города и области не встретили сколь-нибудь массовой общественной поддержки.

Более того, обнародование информации о высказываниях Ю. Маточкина, а также некоторых других калининградских политиков (на ту же тему и в том же духе) вызвало сильный негативный резонанс среди населения Калининградской области, осудившего подобную попытку «продажи суверенитета».

Так что Ю. Маточкину пришлось «уточнить свою позицию». При этом, пытаясь угодить и западным соседям и Москве, он заявил: «Мы считаем себя неотъемлемой частью Российского государства и неотъемлемой частью всего Балтийского региона». В качестве стратегической цели он обозначил«ориентацию не на какую-то одну страну, а работу со всеми государствами Балтийского региона».

На практике данная позиция оформилась (экономически) в виде закона о свободной экономической зоне (СЭЗ)«Янтарь» (1996 г.), а также (политически) в создании Балтийской республиканской партии (БРП), у истоков которой стояли все тот же Маточкин и его команда.

Таким образом, «особый юридический статус», обеспечивающий для СЭЗ налоговые и таможенные льготы, позволял привлекать в регион отечественный и зарубежный (в основном германский и польский) бизнес.

А регистрация Балтийской республиканской партии, в которую входила значительная часть региональной элиты, давала возможность (с 1993 по 2003 гг.) официально отстаивать идею «повышения статуса области до республики в составе РФ». О том, что данное требование являлось лишь первым шагом к обособлению региона от Москвы и более тесной интеграции с Западом, косвенно свидетельствуют два факта.

Факт первый — после роспуска БРП часть партийного актива оказалась в политэмиграции.

Факт второй — после ликвидации БРП часть активистов создала (в 2005 году) оппозиционное региональное общественное движение «Республика». В качестве основных задач новая политструктура провозгласила: «Достижение автономии в рамках РФ, …возвращение исторических названий городам региона, …упрощение визового режима с ЕС». (Заметим, что при реализации данных задач и усилении финансовой помощи из Германии в регионе вполне может сформироваться на первом этапе «национальная автономия» российских немцев и представителей немецких землячеств.)

Обратим внимание на то, что, несмотря на неоднократную смену местного руководства, чиновники и бизнесмены, придерживающиеся подобной установки, до сих пор встречаются на влиятельных региональных политических и экономических позициях.

После ухода с поста губернатора Ю. Маточкина члены БРП продолжали не только настаивать на переименовании города (устраивая соцопросы), на изменении статуса региона и его названия (в качестве «Балтийской республики»), но и озвучивали предложения о «размещении на территории области базы НАТО».

К 2005 году данные официальных соцопросов показывали, что процент сторонников «европейского выбора России», выхода области из состава РФ, а также возвращения немецкого названия городу составлял порядка 9%. И это было результатом не только непрерывной работы в регионе западных (в первую очередь немецких) бизнесменов, политических и общественных деятелей. На данный выбор оказывало влияние общее ухудшение социально-экономического положения населения в стране и особенно в отдаленных регионах.

На результаты данных соцопросов влияла также неспособность части местной и федеральной элиты эффективно управлять экономической и социальной жизнью регионов России, а также ничем не подкрепленные и в результате несбывшиеся потом обещания чиновников.

Например, присланный из Москвы в 2005 году губернатор Георгий Боос неоднократно заявлял о том, что собирается сделать область «нашим окном в Европу, образцово-показательным регионом, через который российский бизнес будет интегрироваться в европейские структуры».

В результате губернаторства Г. Бооса социально-экономическое положение местного населения только ухудшилось. А в январе 2010-го в Калининграде прошел самый массовый протестный митинг, собравший порядка 10 тысяч человек.

Отметим, что Г. Боос также высказался за восстановление Королевского замка — символа Кенигсберга и за переименование города.

Вообще во время губернаторства Г. Бооса местные чиновники не раз высказывались за «возвращение немецкого названия Калининграду». А глава администрации городского округа «Город Калининград» (сити-менеджер) Феликс Лапин (в настоящее время президент Торгово-промышленной палаты) хотел «вернуть прежние имена» нескольким городам области.

В 2010 году в регионе в несколько этапов прошла акция «Калининград — узник Европы». Ее цель — добиться безвизового въезда жителей Калининграда в Евросоюз и такого же права — для граждан ЕС в Калининградскую область. Среди организаторов были активисты вышеупомянутого движения «Республика», владельцы некоторых региональных СМИ, общественные активисты, а также представители местного депутатского корпуса. Кроме сбора подписей и серии мероприятий непосредственно в Калининградской области, ими был проведен и пикет в Брюсселе перед зданиями Еврокомиссии и Европарламента.

Акцию поддержали региональное Министерство образования и многие представители местного политического «бомонда». А новый губернатор Николай Цуканов не только приветствовал акцию как «проявление гражданской позиции», но и заявил, что ее могла бы поддержать и партия «Единая Россия».

Напомним, что тогда шли переговоры федерального центра с представителями Евросоюза об организации «общих российско-европейских пространств» — экономического, культурного, образовательного… И вопрос о взаимной отмене виз был одним из основных. Но российское руководство в то время настаивало на их взаимной отмене, как для граждан Евросоюза, так и для российских граждан, на что европейские партнеры не соглашались.

(Отметим, что в 2019 году, согласно измененному Закону о СЭЗ, в одностороннем порядке будет смягчен визовый режим для иностранцев, желающих посетить Калининградскую область.)

Обратим внимание на то, что к 2011 году (после почти 20 лет кропотливой работы) представители немецких землячеств установили плотные связи с муниципалитетами Калининградской области. И есть основания предполагать, что «изгнанные» сыграли не последнюю роль в актуализации темы «переименование Калининграда» после 2011 года.

В 2012–2013 гг. активность сторонников переименования Калининграда непрерывно нарастала. Кроме уличных акций, тему постоянно обсуждали в региональных медиа, проводились многочисленные опросы, велись дискуссии. В тот период калининградский социологический центр приводил данные, согласно которым резко против переименования неизменно выступало порядка 80% населения области.

Тем не менее тема была разогрета настолько, что для обсуждения «вопросов переименования» в середине декабря 2012 года из представителей областной думы и регионального правительства была образована «совместная рабочая группа».

При этом на круглом столе по данной теме, организованном в марте 2013 года местной редакцией «Комсомольской правды» (с участием нескольких довольно статусных элитных фигур), сторонники переименования сокрушались по поводу того, что«находятся в глухом, глубоком, дремучем меньшинстве». И это меньшинство сконцентрировано большей частью в самой так называемой элите.

Так что этому «элитному меньшинству», обладающему административным, финансовым и организационным ресурсом, очень хочется (вопреки мнению большинства населения региона), чтобы «Кенигсберг» во всех его проявлениях был доминантой культурно-исторической среды, формирующей идентичность населения региона!

В 2012 году по инициативе членов Совета по культуре при губернаторе был запущен градостроительный проект под названием «Сердце города», предусматривающий восстановление кенигсбергского Королевского замка. Оргкомитет возглавил лично губернатор области Н. Цуканов.

При этом обратим внимание на то, что данный проект, активно продвигавшийся региональной интеллигенцией и бизнес-элитой еще с 2005–2006 годов, был плотно завязан на немецких «партнеров», прежде всего на Немецкое общество технического сотрудничества (Deutsche Gesellschaft für technische Zusammenarbeit (GTZ), с 2011 года — Германское общество международного сотрудничества — Deutsche Gesellschaft für Internationale Zusammenarbeit (GIZ) GmbH).

Связь между идеей восстановления Королевского замка (символа Кенигсберга) и сменой названия города очевидна.

Надо отметить, что активность «переименователей» несколько поутихла после событий на киевском Евромайдане, где было достаточно ярко продемонстрировано — кто на самом деле объявил беспощадную войну советскому периоду нашей истории и к какому кровавому конфликту в постсоветском обществе это может привести.

Но для части калининградской элиты и ее сторонников в регионе и за рубежом вопрос переименования города по-прежнему не потерял своей актуальности и периодически поднимался в местных и федеральных СМИ.

Так, в 2014 году появилась информация о телефонном опросе, якобы проведенном ВЦИОМ среди жителей Калининградской области на эту «горячую тему».

В 2015–2016 годах активность в этом вопросе, после установления широких связей с правыми ФРГ и Польши, стала проявлять в области неонацистская радикальная организация «Балтийский Авангард Русского Сопротивления» (БАРС), связанная с РПЦЗ и (по некоторым данным) западными спецслужбами.

И если пропагандистские акции, нацеленные на переименование города, несколько поутихли в связи с событиями на Украине, то проект «Сердце города» никуда не делся даже после прихода нового губернатора области Антона Алиханова.

И в данном случае опросы чиновников из «команды Алиханова» (выступающих в основном против переименования Калининграда) не являются показателем общественно-политической стабильности в регионе. Ибо еще сильны в области позиции «прогерманского лобби» в лице части местных «элитариев» и «новых кенигсбуржцев» из числа местной ориентированной на «западные ценности» молодежи.

За все постсоветские годы зарубежные партнеры сумели создать в регионе некую «группу влияния», «прикармливая» творческую и интеллектуальную элиту, некоторых чиновников.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора

Популярное за неделю