КАКУЮ ИНФОРМАЦИЮ ЗАПРЕЩАЮТ В РОССИИ?

gala_gala15 28.04.2018 0:59 | Общество 122

Что происходит в России весной 2018-го, после выборов и перед инаугурацией президента?
Власть закручивает гайки, не то, чувствуя свою полную безнаказанность после получения «мандата доверия от народа» на «самых честных и прозрачных выборах», не то, напротив, ощущая, как горит под ногами земля.

Дым Отечества, валящий от пожаров в ТРЦ и мусорных свалок, изношенная инфраструктура как мина замедленного действия, больное и нищающее население, которому все меньше остается что терять, кроме своих цепей, чиновники, грабящие страну «как в последний раз», будто желая «надышаться перед смертью» — картинка становится все более апокалиптической.

А тут еще дурной пример по соседству, направляющий мысли постепенно прозревающего и крайне недовольного населения в совершенно ненужную сторону.
И весьма негативные прогнозы развития ситуации, получившие широкое хождение в рунете…

Что делает власть? Пытается решить проблемы, вал которых захлестывает, грозя накрыть с головой?
Может быть, прекращает #геноцид2018?
Нет, она идет по другому пути — ускоренными темпами создает цифровой концлагерь и стремится заткнуть рот тем, кто говорит об «оранжевом уровне опасности», по ее разумению: «нет информации — нет проблемы, убей гонца, несущего дурные вести»…

Запрещенная в России информация
Инициатива о наказании за распространение недостоверных сведений укладывается в общую логику «самозащиты» властей

Однако эксперты считают, что эффект может быть обратным.

В последнее время мы наблюдали целый ряд ограничительных инициатив в Интернете: от запрета Telegram до новых законов — о немедленной блокировке сайтов, содержащих сведения, «порочащие честь и достоинство гражданина или юридического лица», а также о наказании за размещение «недостоверной информации». С чем связано такое направление деятельности властей, и к чему это приведет?

Валерий Соловей, политический аналитик, доктор исторических наук:

«Попытка блокирования Telegram — это „проба пера“ в деле отключения Интернета. То есть оценка технической возможности в данном направлении. Пока что эта оценка выглядит крайне неудовлетворительно. Но в принципе выделение России в мировой Сети планировалось и, думаю, планируется на рубеже 2019—2020 года. К этому моменту должны были быть подготовлены, согласно предшествующим планам, все технические условия.

И запрет Telegram, и разработка законов о пресечении „недостоверной информации“ являются частью общего процесса регулирования информационного — не медийного, а именно информационного — пространства с целью нейтрализации, ликвидации всех мало-мальски потенциальных политических угроз».

Роман Романов, социолог, политолог:

«Мы сейчас видим некую активизацию запретительной деятельности наших законодателей. Она базируется на иллюзии, что можно путем юридических запретов всерьез регулировать текущую российскую жизнь. Отчасти это верно — но лишь отчасти, потому что сразу вырисовывается много логических и юридических проблем.

В случае с предложением наказывать за „недостоверную информацию“ непонятно, как эта информация будет признаваться недостоверной: на основании судебного решения или без него, на основании каких-то экспертных заключений? Я с текстом законопроекта еще не знаком. Но, судя по публикациям в СМИ, когда сенатор Ирина Гехт рассказывает про этот законопроект, то приводит в пример выступления „антипрививочников“. Она говорит, что хоть научные исследования доказали безопасность прививок, люди продолжают рассказывать про их вред. Вот будет ли достаточно при вынесении решения о наложении штрафа какого-то мнения и ссылок на то, что „давно доказано“? Это большой вопрос механики правоприменения.

Кроме того, сложно запретить гражданам высказывать свое мнение, и непонятно, как отличить мнение от факта. Одно дело — сказать, что такой-то чиновник — коррупционер. Другое дело, если я высказываю оценочное суждение, предполагаю, что чиновник похож на коррупционера. Есть ли здесь предмет для судебного иска или штрафа?

Все эти инициативы выдвигаются сейчас по следам трагедии в Кемерово, где действительно распространялись различные фейки. Но такого рода законы, принимаемые на горячую голову, приведут в первую очередь к тому, что гайки в возможности высказывания собственного мнения закрутятся еще больше — а это вызывает риск, что резьбу рано или поздно сорвет. С другой стороны, люди все равно научатся запреты обходить, потому что русский человек в этом плане изобретателен.

И самое главное — это не спасет от недостоверной информации, потому что все равно найдутся способы ее распространить. Просто государство будет уверено, что оно создало регулирующий механизм, и начнет его применять. Но то, чего оно боится — информации, нагнетающей панику во время катастроф, сложных социальных ситуаций, — по-прежнему будет распространяться, только неким новым теневым способом. В итоге жертвами закона станут, скорее всего, простые люди, которые что-то не то сказали, не то репостнули.

Мне кажется, что ни к чему хорошему это не приведет — ни для государства, ни для граждан. В ситуации, которую мы имеем сейчас, каждое такое наступление — это маленький камешек в корзину общественного недовольства. Сколько бы ВЦИОМ ни отчитывался какими-то рейтингами, я бы на месте людей, выступающих с такими инициативами, десять раз подумал — а стоит ли лишний раз раздражать людей. Сама по себе такая инициатива к протестам не приведет, но, поскольку их в нашем обществе накапливается все больше, они дадут мультипликативный эффект».

Анна Очкина, руководитель Центра социального анализа ИГСО, социолог:

«Вообще непонятно, зачем понадобились такие законы, как „наказание за распространение недостоверной информации“. Существует закон о клевете, есть законы, защищающие деловую репутацию. Почему решили, что их недостаточно? Законы не должны специфицироваться и изобретаться специально для того, чтобы пресечь какое-то возможное правонарушение. В итоге мы просто запутаемся и станем заниматься только тем, что будем плодить все новые законы и ограничения.

Далее — что значит „недостоверная информация“? У любой общественной организации — экологической или правозащитной — всегда ограниченный доступ к информации, но она имеет право изложить свою версию, потребовав от государства объяснений. А предлагаемый закон может вообще всех заткнуть, сделав „единственно верной“ ту версию, которую представляет государство, и любые попытки ее опровергнуть будут преследоваться. У общественных организаций окажутся полностью связаны руки, потому что любое их действие может быть пресечено простым объявлением любого их заявления неверным. Пока они будут судиться, ничего делать не смогут, и все их акции придетсяна это время прекратить.

Удивительно, что нашим законодателям больше нечем заняться, кроме как давить последние ростки свободы слова или вообще хоть какого-то гражданского движения».

Михаил Шимановский, политтехнолог:

«С наказаниями за недостоверные сведения будет так же, как сейчас со статьями за экстремизм, под которые подводят политических оппонентов.

Во-первых, что значит — „недостоверные сведения“? Зачастую „официальные“ СМИ распространяют вообще фейковую информацию манипулятивного свойства. Во-вторых, любая „неугодная“ инициатива задевает чьи-то интересы, и мы увидим очередные попытки подвести неугодного человека под готовую статью.

То, что разработчик законопроекта акцентирует внимание именно на проблеме экологических движений, даже наводит на мысли о лоббизме. Владельцы вредных производств действительно сталкиваются с противодействием людей. Вот сейчас в Новгородской области собираются строить цементный завод, и жители ближайших районов собрали подписи против проекта. Получается, что если они будут и дальше продолжать свою активность, то могут попасть под действие этого закона».

Андрей Бабушкин, член Совета по правам человека при президенте РФ, социолог:

«Вряд ли возможно в административном порядке защититься от недобросовестного использования информации. Есть другие гражданско-правовые механизмы, а „распространение недостоверных сведений“ — это чрезмерно широкая трактовка, и не думаю, что наказание за это — хорошая идея. Мы видим, как идея борьбы с терроризмом привела к тому, что блокировали Telegram и вывели из строя часть Интернета. То же и здесь. Начинаем бороться с недостоверной информацией, а потом станем требовать, чтобы каждый, кто публикует информацию, имел подтверждающие документы. В результате сужается сфера тех, кто получает и распространяет информацию, пострадают люди, которые по какой-то причине не взяли подтверждающих документов или утратили их. Возникает целая система новых мер репрессивного воздействия.

Например, был человек обычным гражданином, блогером, даже не знал, как у нас называются правоохранительные органы, писал про свой район, про то, как плохо помойку убрали или подъезд отремонтировали. Пройдет год, и к нему придут и скажут: а помойка-то хорошо была убрана, вот фотографии и пятьсот свидетелей. А ну-ка докажи, что ты сообщил достоверную информацию… Как он сможет доказать? Да никак. Презумпция добросовестности в случае принятия такого закона работать, скорее всего, перестанет.

Поэтому намерение принять подобный закон, может, и хорошее, а последствия будут негативные и дадут прямо противоположный результат, чем планируют инициаторы. Они-то хотят, чтобы распространитель недобросовестной информации оказался в худшем положении, а он наоборот окажется в лучшем. У манипулятора, который занимается распространением недостоверной информации как видом деятельности, может быть мощный штат юристов, база данных, деньги. Получится, что честные люди не смогут доказать достоверность информации и попадут под молот репрессий. А те, кто занимается распространением недостоверной информации как промыслом, — окажутся в выигрыше».

Борис Кагарлицкий, директор Института глобализации и социальных движений, политолог:

«Рано или поздно все запреты рухнут. А вот как быстро и в какой форме это произойдет — большой вопрос. Как и то, рухнут ли запреты или сначала рухнет сама власть. Вообще наращивание запретов — очень нехороший знак, потому что это ставит крест на развитии. В условиях современного общества, в том числе так называемого „информационного общества“, это экономически очень серьезный удар государства по себе самому.

Кризис Советского Союза и его отставание в соревновании двух систем связан вовсе не с какими-то фундаментальными пороками советской системы планирования, а, в первую очередь, с комплексом запретов, которые должны были гарантировать господствующую роль КПСС и которые, в конечном счете, эту КПСС и погубили. Вместе с запретами, как мы прекрасно помним, рухнула и сама партия.

Проблема очевидна: мало того, что вы вызываете недовольство, вы еще и проигрываете технологическую гонку, потому что в условиях запретительной информационной политики в ней невозможно добиться успеха. Причем это не значит, будто в условиях определенной информационной открытости не могут быть проведены некоторые авторитарные меры. Мы можем наблюдать это отчасти в Китае и в ряде других стран, не говоря уже о том, что пресловутое „западное общество“ тоже не является образцом безграничной свободы. Но российские власти не просто стремятся контролировать общественное мнение или общественную дискуссию. Они пытаются делать это методами даже не XX века, а, скорее, позднего XIX века. Они абсолютно не принимают во внимание современную технологическую среду. Поэтому такие действия будут, в конечном счете, саморазрушительны.

Смогут ли власти такими мерами консолидироваться, или, наоборот, эти методы подорвут их позиции? В долгосрочной перспективе ответ понятен. Как это сработает в краткосрочной перспективе — пока сложно сказать. Но есть еще один момент: это явный признак слабости. Так себя ведут те, кто чувствует свою беспомощность и пытается хотя бы заблокировать информацию о том, что происходит в реальности».
источник

Что пишут независимые и при этом антилиберальные(!) патриотические СМИ?

Сенатор Гехт против Конституции: чиновники предлагают штрафовать россиян за любые «недостоверные сведения» в интернете

Власть предержащим представителям т.н. «глобальной элиты» в свете проводимой «унификации» мира не терпится заполучить полную монополию на информацию, в том числе – распространяемую в интернете. Причем ответственность за распространение «нежелательных сведений» впервые предлагается перенести на простых граждан. 24 апреля «Известия» сообщили, что в Совете Федерации разрабатывают поправки в КоАП, предусматривающие штрафы за распространение недостоверной информации.

По сути, это дополнение к законопроекту «о контроле социальных сетей», о котором «Катюша» недавно рассказывала. Только в отличие от инициативы депутатов Сергея Боярского и Андрея Альшевских, предусматривающей штрафы для владельцев сетевых ресурсов, сенатор Ирина Гехт считает необходимым наказывать за недостоверные сведения любой тематики непосредственно физлиц – на сумму 50-100 тыс. рублей. Аргументы в поддержку законопроекта у госпожи Гехт весьма своеобразные…
По словам сенатора, эта новация призвана «защитить граждан от паники», которую вызывает трансляция непроверенных данных, а сама идея разработки документа возникла из-за «участившихся случаев так называемого экологического экстремизма». Также Гехт считает, что наказывать россиян надо «за призывы отказаться от прививок из-за якобы угрозы инвалидности и пропаганду ВИЧ-диссидентства» и за высказывание личного мнения во всех прочих сферах.

«Мы с экспертами и общественниками сейчас обсуждаем, как прописать эту норму в Административном кодексе, чтобы люди взвешивали, что говорят, и лишний раз не играли на эмоциях, а давали объективную оценку. Для физических лиц штрафы в пределах 50–100 тыс. рублей были бы достаточно серьезным наказанием, которое заставит людей задуматься. Сейчас юристы ищут способ не ущемить права и свободы граждан в рамках законопроекта», – заботливо сообщила Гехт, добавив, что отслеживать и оценивать достоверность распространяемой информации должны «органы власти, курирующие ту или иную тематику». В плане ответственных контролеров – это полная калька с законопроекта Боярского-Альшевских. Документы-близнецы будут рассматриваться депутатами в середине-конце мая нынешнего года, что подтверждает их идейное родство.

На данный момент текст законопроекта еще не опубликован, поэтому придется ограничиться теми сведениям которые есть в печати. По словам директора одной из ведущих юридических фирм в области защиты информации и персональных данных, «Юридическое бюро Юрьева» Родиона Юрьева «Первая реакция, конечно, говорит о том, что предложенная инициатива противоречит Конституции. Однако в ней можно найти некое здравое зерно, если ограничить ответственность только теми случаями, когда достоверно доказан факт намеренного распространения заведомо ложных панических сведений. Конечно, расследование таких дел будет требовать больших усилий правоохранителей, но в конечном счёте само установление ответственности должно предупредить граждан о недопустимости таких действий. Скажем, действия блогера, намеренно распространявшего ложные сведения о численности погибших в Кемерово, в настоящее время не являются наказуемыми. Также свобода слова может быть ограничена в период военных действий. Следует отметить, что до сих пор в Уголовном кодексе отсутствуют какие-либо нормы, рассчитанные на период войны. В частности, нет норм, устанавливающих ответственность за распространение «панических слухов» (если использовать терминологию времён ВОВ), в нашем законодательстве нет. В случае наступления каких-то чрезвычайных обстоятельств придётся принимать какое-то чрезвычайное законодательство, на что будет тратиться время»

Таким образом, есть большая вероятность того что авторы нынешней инициативы намерены не только лишить граждан возможности свободного распространения информации в интернете, гарантированной Конституцией РФ, но и наказывать за любые сведения, которые представители власти либо т.н. «элиты» (финансовой и политической) сочтут нежелательными/опасными для огласки и назовут их недостоверными. Такими темпами российское информационное общество скоро дойдет до полного абсурда: «достоверной» будет считаться только информация официальных органов и структур, «официальных» СМИ и блогеров в соцсетях. Любые сведения, компрометирующие чиновников и выстраиваемую ими глобальную систему материального и идеологического контроля, будут признаваться «вбросами», а их распространители – отслеживаться и караться. Именно об этом, кстати, говорил недавно инициатор законопроекта о контроле соцсетей депутат Боярский, отмечая, что для освещения резонансных новостей вполне достаточно позиции «Первого канала» (который, судя по транслируемому контенту, давно и упорно служит разрушению всех традиционных российских ценностей ), а ресурсы с альтернативным взглядом на происходящее можно смело причислять к фальсификаторам и «фейкометам».

Удаляя неудобные компроматы и штрафуя их распространителей, власти тем самым наносят удар по самой мощной составляющей гражданского общества, его опоре – родителям-патриотам, православным, патриотическому большинству и, в конечном счете – по каждому, кто живет мечтой о сильной, благополучной и независимой России. Простой пример – акции гражданского протеста против законодательного закрепления ювенальной юстиции, против безграничных полномочий главного лоббиста «нового мирового порядка» , главы Сбербанка Германа Грефа и его коллеги из ЦБ Набиуллиной, против людоедских инициатив Алексея Кудрина, прозападных членов кабмина Голодец, Топилина, Шувалова, Скворцовой и т.д. будет гораздо сложнее организовывать, если обрубить сетевые каналы распространения независимой информации. Инициаторы жесткой цензуры в интернете как-то вдруг запамятовали, что любой компромат, добываемый блогерами и общественниками на свой страх и риск, по определению является неофициальным. А значит – изначально «недостоверным».

Вот господин Боярский призывает: «не надо нагнетать!» В этом и заключается вся соль новых законопроектов. Независимые сведения, ведущие к праведному народному гневу, негативному отношению к жирующим компрадорам – теперь все это должно быть вычищено из соцсетей. Обратите еще раз внимание на вот эти слова сенатора: «на митингах с экологическими требованиями граждан запугивают непроверенной информацией, обещая, например, массовый рост онкозаболеваний из-за работы фабрики или завода». Она даже использовала термин – «экологический экстремизм». И далее последовала критика противников прививок, которых эта самая Гехт фактически приравняла к «медицинским экстремистам». Логика просто потрясающая – аналогичный подход применялся и в скандальном ФЗ №482 о создании единой системы биометрической идентификации россиян, загоняющей всех в электронное рабство и отменяющей государство в угоду ростовщикам-глобалистам. Между прочим, ряд его положений вносились в качестве поправок в ФЗ №115 «О противодействии финансирования терроризма».

То есть любой гражданин, отказывающийся сдавать биометрию банкстерам и не желающий получать госуслуги (быть полноценным членом общества) только после оцифровки своей личности и заведения «единого идентификатора» (пожизненного личного номера), по такой логике также смело может быть назван «опасным экстремистом». По мере прохождения данного законопроекта в Госдуме и Совете Федерации «Катюша» и ряд других независимых СМИ и общественников били в набат, раскрывая всю суть замысла глобалистов. При этом с голубых экранов и передовиц газет мы могли наблюдать лишь улыбки главы ЦБ, чиновников из Минкомсвязи, «передовых» депутатов и банкиров вроде Тинькова и Грефа, заливающих народу одни и те же байки о «невероятном комфорте и удобстве» и «скором электронном рае», который ждет нас после сдачи радужки и отпечатков пальцев. Значит, все, кто способен копнуть поглубже, предупредить других и самоорганизоваться, теперь могут быть причислены к «распространителям недостоверных сведений».

Об экологах-экстремистах сенатор заговорила неслучайно – в настоящее время жители Подмосковья активно протестуют против губительных для здоровья мусорных свалок, а в Татарстане жители Казани массово выходят на улицы, не желая заполучить в черте города мусоросжигающий завод с канцерогенными выбросами. Известно, что вывоз отходов – очень прибыльный бизнес, давно распределенный между представителями той самой прозападной «элиты», которой нет никакого дела до здоровья русского народа. И если бы люди в том же Волоколамске и Балашихе не имели доступа к соцсетям, не говорили бы правду о происходящем – вряд ли бы кто-то наверху начал к ним прислушиваться. Разве «Первый канал» или «Россия-24» сообщают о том, что в Волоколамске сейчас на несколько часов переносят начало школьных занятий, чтобы проветрить классы и дети могли худо-бедно учиться, не падая в обморок? Напротив, местные жители в интервью на «неофициальном» «Ютубе» рассказывают, что врачи ставят пострадавшим от токсичных газов какие угодно диагнозы, только не связанные с химическим отравлением. И признаются при этом, что получили соответствующую команду сверху. Неужели нам хотят оставить вот такой уровень «достоверности»?

Впрочем, ягодки еще ждут впереди. Штрафы «фейкометов» могут оказаться лишь первым этапом на пути к созданию «рейтинга социального доверия», как данная система реализуется, к примеру, в Китае. «Катюша» уже рассказывала, что с 1 мая 2018 г. в КНР будет введен запрет на пользование поездами и самолетами для лиц с пониженным «социальным кредитом». Граждане, уличенные в общественных проступках, оппозиционных высказываниях, либо просто «инакомыслии» в соцсетях, не говоря уже о неплательщиках штрафов и кредитов, будут поражаться в правах во всех сферах жизнедеятельности. Вот так незаметно перекидывается мостик – группа лиц на вершине пирамиды власти сначала определяет за всех, какая информация является истиной, а потом начинает раздавать кредиты доверия непосредственно каждому человеку. На горизонте маячит жуткая утопия, не снившаяся именитым фантастам и футурологам. Не согласные с инициативой Гехт могут отправлять письма и телеграммы в адрес спикеров Государственной Думы и Совета Федерации. Как только законопроект появится в открытом доступе, юристы Координационного совета патриотических сил Санкт-Петербурга и области сделают образец такого заявления
http://katyusha.org/view?id=9787

А что народ, люди, из тех, что мыслящие, находящиеся вне пропагандонской матрицы?
Народ, прикидывая свои перспективы, все чаще припоминает некоторых классиков, да еще едко и мрачно шутит, пока еще — только добродушно шутит:

Татьяна Бородина
27 апреля 2018, 09:29:06
На фоне недавно подписанного П. закона…
«Сенатор предлагает наказывать за распространение недостоверных данных физических лиц и некоммерческие организации. Гехт заявила, что идея разработки документа у нее появилась из-за участившихся случаев «экологического экстремизма». По словам сенатора, на митингах, посвященных экологическим вопросам, россиянам предоставляют непроверенную информацию. Так, по мнению Гехт, работают «псевдоэкологические» НКО, преследующие на самом деле политические цели»
https://www.kommersant.ru/doc/3613172?query=%D0%93%D0%B5%D1%85%D1%82
https://newdaynews.ru/chel/634133.html
С чего всё началось? То самое выступление соловьёва (ой, сейчас, наверное, нужно следить за написанием фамилий уважаемых людей с заглавной буквы, и дописывать «два раза ку») в Совбезе…
Похоже, что и митинги скоро запретят.

Sergey_Istomin_
27 апреля 2018, 14:13:50

Самых зловредных власти знают безо всякой идентификации. Писали же о разработке программ для анализа активности в соцсетях. Некоторые и так давно развиртуализовались. Им надо , чтобы в тырнете потише стали выражать свою точку зрения простые обыватели. Но это не приведет ни к какому положительному для них результату. Опять начнется титаническая борьба с Тором, VPN и прочей подменой IP. Ситуация с Телеграмом наглядно показала, что запреты легко обходятся. Перейдут, если совсем закрутят гайки, на спецсборки Линукса. Уже существуют сборки, которые превращают любого малограмотного пионэра-радиолюбителя в профессионально хакера- грозу соседского wifi и способного положить на лопатки многие сайты. Причем и делать-то особо ничего не надо, сборка сама анализирует сайт, определяет движок , подгружает список уязвимостей для него и внедряет в обреченный сайт зловредов. Аналогичные есть сборки и для полной анонимности в сети. Грузится с флешки и не оставляет следов за собой. Понятно что и они не всесильны, но хоть какое-то успокоение для «кто свидетели?» дадут. Пионэры же начнут выходить через Госуслуги под данными древних стариков и старушек.
«Говорят, что невозможно коммунистам, особенно же рабочим коммунистам-хозяйственникам, овладеть…..техническими знаниями. Это неверно, товарищи. Нет в мире таких крепостей, которых не могли бы взять трудящиеся и большевики. Не такие крепости мы брали в своей борьбе с буржуазией». (с) из доклада Сталина «О работах апрельского объединенного пленума ЦК и ЦКК» 13 апреля 1928 г. на собрании актива Московской организации ВКП(б)

shatun_s_urala
27 апреля 2018, 22:05:56
«В истории человечества всегда бывает так, что умирающие силы реакции бросаются в последнюю судорожную схватку с силами революции, и отдельные революционеры часто бывают на известное время введены в заблуждение видимостью мощи, под которой скрывается прогнившее нутро, и не умеют разглядеть суть врага: враг скоро будет уничтожен, а сами они скоро победят.» Мао.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...
Партия нового типа
Центр сулашкина