Кто и как создавал «кремлёвский список»

Валентин Катасонов 31.01.2018 7:45 | Политика 184

В российских СМИ уже несколько недель фигурирует «роковая дата» — 29 января 2018 года. В этот день, как отмечают многие журналисты и некоторые эксперты, должен быть обнародован так называемый кремлёвский список

Так популярно называют документ, который должны подготовить Государственный департамент, Минфин США, американские спецслужбы в соответствии с требованиями закона о противодействии противникам Америки (CAATSA), принятом в начале августа прошлого года. Речь идёт о подготовке списка лиц, находящихся в ближайшем окружении президента Российской Федерации Владимира Путина и подозреваемых в коррупции, «отмывании» грязных денег, причастности к вмешательству в выборы президента США в 2016 году, «аннексии» Крыма, «агрессии» против Украины (Новороссия) и других «грехах». На подготовку доклада было отведено полгода, после чего он должен быть представлен конгрессу США. Видимо, замысел законодателей, которые включили в закон параграф о «кремлёвском докладе», состоял в том, чтобы потом против фигурантов списка объявить санкции.

«Кремлёвский доклад» как «проверка на вшивость» для российской элиты

С моей точки зрения, некоторые российские СМИ создавали и продолжают создавать «избыточную» сенсационность вокруг темы «кремлёвского списка».

Начну с самого простого. Почему именно 29 января? Министр финансов США Стивен Мнучин в начале января называл другую дату — 2 февраля. Если у наших журналистов появились какие-то новые сведения о дате представления «кремлёвского доклада» (кажется, первым вбросило в информационное пространство дату 29 января агентство РБК), то было бы неплохо дать ссылку на источник.

Впрочем, понедельник (29 января) или пятница (2 февраля) — не так уж важно. Принципиально важнее то, что списки в Вашингтоне составлены уже давно. И не только на ближнее окружение Путина, подозреваемое в разного рода «грехах» и «преступлениях» против демократии, свободы, прав человека и т. п. Но и на многих тех, кто с Путиным никогда в жизни даже не встречался. Эти списки составлялись и постоянно уточнялись на протяжении многих лет. Они являются секретной информацией. Я бы назвал такие списки «санкционным резервом» или «листами ожидания», из которых Белый дом, Государственный департамент и другие компетентные ведомства США черпают новые имена, которыми пополняются официальные санкционные списки. Так, в июне 2017 года список был расширен на 17 человек. Последний раз пополнение официального санкционного списка произошло 26 января, администрация США добавила в него 21 человека (часть из них — граждане Российской Федерации, часть — граждане ДНР и ЛНР). Санкционные списки физических лиц можно найти на сайте Минфина США, ими занимается Управление по контролю за иностранными активами.

Санкционные списки Вашингтона носят смешанный характер. Они состоят как из физических, так и из юридических лиц. Но дело в том, что попадание в санкционный список юридического лица фактически ставит под удар и тех физических лиц, которые напрямую связаны с соответствующим юридических лицом (руководители, топ-менеджеры, акционеры и др.). Эти физические лица не де-юре, а де-факто также оказываются в зоне риска. Вот, в частности, 26 января в санкционный список попала 21 компания, в том числе «Силовые машины» и «Технопромэкспорт», а также 12 дочерних структур «Сургутнефтегаза» (сама компания числится в списке секторальных санкций с 2014 года).

А в чём заключаются санкции для физических лиц — фигурантов «чёрных списков» — и риски для руководителей и иных физических лиц, ассоциированных с юридическими лицами-фигурантами «чёрных списков»? Это запреты на въезд в США и замораживание банковских счетов (не только в американских банках, но и в банках тех стран, которые Вашингтон в добровольно-принудительном порядке заставляет участвовать в санкциях). Формально санкции на недвижимость и иное имущество не распространяются. Однако в случае продажи такого имущества возникнут проблемы с переводом полученных от сделки денег за пределы США.

Белый дом
Фото: www.globallookpress.com

Кстати, следует напомнить, что санкционные списки Вашингтон начал составлять в отношении граждан России ещё до событий, связанных с Крымом и Новороссией (весна 2014 года). Эти списки появились в 2012 году, когда конгресс США принял закон, получивший популярное название «Акт Магнитского». Вслед за законом появился так называемый список Магнитского. В первых рядах в этом списке оказались следователи СКР, МВД, сотрудники ФСБ, судьи и сотрудники налоговой службы. Сейчас в нём всего около 70 человек.

А если отсчитывать от марта 2014 года (когда Вашингтон начал вводить санкции против России в связи с Крымом и Новороссией), то санкционные списки дополнялись до конца прошлого года 17 раз. На начало 2018 года они включали 160 физических и 413 юридических лиц. С учётом расширения списка 26 января получается, что в них уже 181 физическое лицо (включая не только граждан РФ, но также ДНР и ЛНР) и 434 юридическое лицо.

Сбор, обработка и систематизация информации о «подозрительных» физических и юридических лицах Российской Федерации ведётся на плановой основе разведывательным сообществом США, включающем 17 ведомств и организаций, в первую очередь такими, как Центральное разведывательное управление (ЦРУ), Агентство национальной безопасности (АНБ), финансовая разведка.

В настоящее время в разведывательном сообществе США ключевым ведомством, отвечающим за формирование базы данных по «подозрительным» физическим и юридическим лицам, подготовку списка «санкционного резерва», является финансовая разведка США. Официальное её название — Управление контртеррористической и финансовой разведки (Office of Terrorism and Financial Intelligence — TFI).

США
Фото: www.globallookpress.com

В структуре министерства финансов США разведывательное подразделение появилось в 1961 году и тогда называлось Управлением национальной безопасности (Office of National Security). В 1977-м оно было переименовано в Управление разведывательного обеспечения (Office of Intelligence Support), а в декабре 2004-го получило своё нынешнее название. Сегодня это одно из крупных подразделений министерства финансов США. В соответствии с законом № 12333 от 4 декабря 1981 «О разведывательной деятельности Соединённых Штатов», указанное подразделение включено в состав разведывательного сообщества США. Задачами управления определены сбор информации и подготовка экспертных оценок по экономическим и валютно-финансовым вопросам, изучение экономического положения иностранных государств, предупреждение о событиях и тенденциях в финансовой сфере, которые могут затронуть интересы безопасности США. В 2004 году круг задач Управления TFI был существенно расширен: приоритетами в её деятельности стало отслеживание финансирования террористических групп, финансирования распространения оружия массового поражения в странах, не входящих в «ядерный клуб», и другие ключевые угрозы национальной безопасности США. С этого времени важнейшим направлением деятельности Управления TFI стала подготовка списков «санкционного резерва». В настоящее время в состав Управления TFI входят следующие подразделения:

1) Управление по финансовым преступлениям и финансированию терроризма (англ. Office of Terrorist Financing and Financial Crimes); 2) Информационно-аналитическое управление (Office of Intelligence and Analysis); 3) Управление контроля иностранных активов (Office of Foreign Assets Control); 4) Сеть контроля преступности в сфере финансов (Financial Crime Enforcement Network); 5) Исполнительное бюро конфискации активов (Treasury Executive Office for Asset Forfeiture).

Руководит Финансовой разведкой (Управлением TFI) чиновник в ранге заместителя министра финансов, который назначается на должность президентом США с согласия Сената. Дональд Трамп в марте прошлого года рекомендовал на этот ответственный пост даму по имени Сигаль Манделкер (Sigal Mandelker). По своему образованию и опыту работы она юрист. После долгих проволочек Сенат 21 июня утвердил Манделкер на этом посту, правда до сих пор она — лишь «исполняющий обязанности» заместителя министра финансов. До этого должность заместителя министра финансов, курирующего финансовую разведку, занимала другая дама — Сара Блум Раскин (Sarah Bloom Raskin), которая до прихода в 2014 году в министерство финансов входила в состав управляющих Федеральной резервной системы США. На примере Сары Блум Раскин хорошо просматриваются связи между ФРС США и финансовой разведкой США.

Финансовая разведка ведёт активную работу по многим странам мира. Но приоритетными для неё на сегодняшний день являются, кроме России, Иран и Северная Корея. В отношении Ирана Вашингтон составлял санкционные списки ещё в конце прошлого столетия. В период президентства Барака Обамыпроизошло некоторое потепление в отношениях двух стран, и на некоторое время санкционные списки исчезли. Но на очень короткое. Во исполнение закона о противодействии противникам Америки (CAATSA) в октябре прошлого года США ввели новые ограничительные меры против Ирана. В обновлённый санкционный список вошло ещё 41 физическое и юридическое лицо: представители военно-воздушного подразделения Корпуса стражей исламской революции (КСИР), а также связанные с ним служащие и учёные. В январе нынешнего года в санкционный список были добавлены ещё 14 физических и юридических лиц Ирана.

По Северной Корее также составляются и постоянно расширяются санкционные списки. Последнее расширение произошло 24 января 2018 года: в список были добавлены 16 физических лиц, девять компаний и шесть морских судов КНДР.

Среди тех стран, которые не включены в закон о противодействии противникам Америки (CAATSA) и на которые Вашингтон также оказывает давление с помощью санкционных списков, можно назвать Венесуэлу, Кубу и даже Китай. В ноябре прошлого года Вашингтон обнародовал список китайских компаний и морских судов, которые были заподозрены в нарушении санкционного режима в отношении Северной Кореи. В списке оказался даже один гражданин Китая. Торгово-экономические и военно-политические противоречия между Пекином и Вашингтоном обостряются, и нельзя исключать, что в нынешнем году Вашингтон может составлять более обширные санкционные списки в отношении физических и юридических лиц Китая.

Но вернёмся к «кремлёвскому списку». Запланированный доклад конгрессу США, как отмечают американские консультанты и эксперты, причастные к его разработке, будет иметь открытую и закрытую части. И совсем не факт, что даже «открытая» часть будет сразу же обнародована. Она будет открыта лишь для «народных избранников», которые будут решать, кого из списка «казнить» (немедленно перевести в официальный санкционный список), а кого «помиловать» (но не навсегда, а придержать до лучших времён). Еще раз повторю, что списки, составляемые финансовой разведкой совместно с другими ведомствами, можно представить в виде «матрёшки». Самая большая «матрёшка» — список «санкционного резерва». Он очень широкий — по некоторым оценкам, там около 50 тысяч физических лиц российского происхождения (именно такую цифру однажды назвал Дэниэл Фрид, который до недавнего времени был главным координатором по вопросам экономических санкций в Государственном департаменте США). Сравнительно небольшая «матрёшка» — список, который будет положен в основу доклада конгрессу США. Эксперты говорят, что такой список может включать от 50 до 100 человек. А вместе с членами семьи (они также попадают в круг «подозреваемых» лиц) может получиться человек 300. Самая маленькая «матрёшка» — официальный санкционный список, одобренный администрацией и конгрессом США.

Конгресс США
Фото: www.globallookpress.com

Последний список — верхняя часть гигантского айсберга. Его подводная часть нам не видна, но её хорошо видит финансовая разведка и те лица из администрации США, которые имеют доступ к базе данных финансовой разведки.

Хотелось бы также обратить внимание на то, что закон о противодействии противникам Америки (CAATSA) уполномочивает финансовую разведку мониторить деятельность юридических лиц РФ и при необходимости включать их в корпоративный список «санкционного резерва». Хотя, если посмотреть на нынешний санкционный список, видно, что добрая половина всех ведущих компаний России уже фигурируют в нём. Это и дочерние структуры «Роснефти» и «Газпрома», и «Сургутнефтегаз», и оборонные предприятия, и ведущие банки и т. д. Особое внимание должно быть уделено так называемым полугосударственным организациям. Поставлена задача — определить круг таких организаций, их происхождение, роль в экономике России, руководящие структуры и бенефициаров, объёмы зарубежных активов. Также ставится задача выяснить масштаб проникновения российских лиц, имеющих политическое влияние, и полугосударственных организаций в ключевые сектора американской экономики.

Наши наивные олигархи и чиновники-клептоманы думают, что если их не окажется в ожидаемом «кремлёвском списке», то можно вздохнуть с облегчением и вернуться к прежней жизни. Нет, не получится. Закон о противодействии противникам Америки предусматривает, что финансовая разведка и иные компетентные ведомства и организации США должны представлять подобные доклады конгрессу США каждый год. Вашингтон действует изощрённо. Зачем вываливать на свет всю информацию о российских клептоманах? Лучше делать это дозированно. Для того, чтобы держать многотысячную армию так называемой российской элиты на коротком поводке и использовать её в качестве пятой колонны.

Наши действия в подобного рода неприятной ситуации должны быть предельно простыми и понятными. Нам необходимо составить собственные списки тех воров и предателей, которые сегодня фигурируют в базе данных финансовой разведки США. И действовать с опережением: вместо того, чтобы с трепетом дожидаться публикации «кремлёвского списка», самим обнародовать подобный список, а воров и предателей судить по всей строгости закона.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...

Популярное за месяц

Партия нового типа
Центр сулашкина