Настоящий социализм — это сложная система, а не набор заимствований, догм и пожеланий

Владимир Викторович Волк Русранд 10.07.2019 16:36 | Экономика и политика 55

Есть в сети такое сообщество — «Настоящий социализм». Администратор группы Семён Корнетов из Тулы попросил прокомментировать тезисы его видения путей спасения для России. Сразу оговоримся, что публицист, искатель правды и настоящего социализма Корнетов, с одной стороны, критически высказываясь по поводу Программы Сулакшина, тем не менее, считает, что она наиболее рациональная и прагматичная среди прочих предлагаемых социалистических концепций для будущей России.

«Я убежден, что достижима высшая общественная справедливость и твердо уверен, что путь к этому через полноценную семью, повсеместную частную собственность, заработанную собственным трудом, очень развитым торговыми (рыночными) отношениям, по законам справедливости. Только таким путем можно и нужно построить настоящий социализм, который будет не только существенно справедливее и нравственнее капитализма, но и гораздо эффективнее его», — пишет Семён Корнетов. И в противовес власти путинских временщиков и поставленных «хозяевами мира» младореформаторов девяностых констатирует, что нужно «смотреть на сегодняшнюю российскую действительность и действовать строго наоборот».

А именно:

«1. Полностью остановить инфляцию, заморозить рост тарифов и зарплат бюджетников. Наилучший пример: Южная Корея и Япония.

2. Отменить ВСЕ налоги с производства, НДС изменить в соответствии со смыслом, и сделать его как „налог на торговую наценку“, а не дополнительный налог на производство. Наилучший пример: Франция и Скандинавские страны.

3. Налоги взыскивать по прогрессивной шкале с граждан, давая существенные льготы на семью, тем самым стимулируя к рождению детей более богатых, а не самых бедных, как сейчас. Наилучший пример: Франция и Испания.

4. Предоставлять предпринимателям в приоритетных отраслях беспроцентные кредиты под гарантию их собственности. Наилучший пример: США и Канада.

5. Развивать торговые площадки (электронные биржи), через которые проводить все государственные закупки по принципу: „побеждает компания с высоким рейтингом, которая дала приемлемую цену“. Наилучший пример: Канада.

6. Для приоритетных рыночных ниш ввести временные заградительные пошлины, каждый год планомерно понижая их. Наилучший пример: США.

7. Развивать систему государственного планирования, где моделировать все возможные сценарии и через экономическое регулирование предотвращать любые негативные. Наилучший пример: Китай и США.

8. Полностью (на 100%) планомерно проверить и уволить всех сегодняшних государственных чиновников, постепенно переложить их функции на компьютерную систему, систему МФЦ, новых чиновников, которых должно быть минимум. Наилучший пример: Сингапур.

9. Почти полностью планомерно проверить и уволить руководство силовых служб, армии и флота. Изменить принцип оценки их деятельности, во главу угла поставить безопасность общества и минимизацию потерь. Наилучший пример: Израиль.

10. Перейти к „табели о рангах“ при оплате всех бюджетников. Премиальные начислять по результатам годовой работы всей страны в целом. Ввести ответственность того, кто принимал на службу и продвигал по служебной лестнице некомпетентного или коррупционера. Наилучший пример: Канада.

11. 75% доходов от продажи природных ресурсов законодательно направить в фонд национального развития (фонд будущих поколений), который разрешить тратить только на инфраструктурные проекты внутри страны. Наилучший пример: Норвегия.

12. Вернуть передовую систему образования, резко уменьшить примитивное тестирование, развивать логические, творческие и риторические способности. Наилучший пример: СССР и Скандинавские страны.

13. Избавиться от позора собирания всем миром „на лечение“, ввести обязательное медицинское страхование, покрывающее почти 100% лечения в любой клиники мира, если в своих нет возможности. Обязательно превзойти уровень медицины Германии и Израиля.

14. Пенсионный фонд и налоговую службу ликвидировать. Выплату достойных пенсий, зависящих в первую очередь от реального стажа работы, возложить напрямую на государство. Налоговую проверку на специальное подразделение полиции. Наилучший пример: Сингапур.

15. ГИБДД ликвидировать, а нынешним сотрудникам запретить переход в новую дорожную полицию. Запретить все, что снижает безопасность, навести порядок на дорогах, оценивать деятельность дорожной полиции по количеству потерь. Штрафовать только за повторные нарушения в геометрической прогрессии от количества повторов. Наилучший пример Финляндия.

16. Обязать хозяев недвижимости заботиться о её внешнем виде. Ввести систему прогрессивных штрафов в зависимости от состояния недвижимости, её внешней привлекательности. Ввести в исторических местах жесткие требования к внешнему ввиду зданий и этажности, запретить глухие заборы. Наилучший пример: немецкие страны и Польша.

Еще много всего хорошего можно перенять для развития собственной страны и её производства, руководствуясь принципом: „берем только лучшее из проверенного“. Взять лучшее, но не худшее, которого хватает даже в самых „передовых“ станах. Особенно важно не перенять замещение коренного населения приезжими, разрушение семейных ценностей и крайний индивидуализм. Перенятое лучшее и разумное российское обязательно позволит развить собственное производство. Встанет вопрос сбыта продукции, который решить не просто, ведь все мировые рынки уже поделены.

Для России единственно верное направление на максимальное качество продукции. Как в старину, когда во всём мире говорили: „если хочешь качественный товар — закажи у немцев, а если хочешь, чтоб на века — то у русских“. Для этого просто необходим возврат ГОСТов и их ужесточение, создание государственной системы улучшения качества, где самым качественным товарам обеспечивается продвижение за государственный счёт. Потому что это престиж страны!

Но чтобы стать мировым лидером, за которым следуют другие, России нужен настоящий социализм, с автоматическим антимонопольным регулированием и законами справедливости, которые в корне меняют суть частной собственности и делают общество не только существенно более нравственным и справедливым, но и более эффективным и защищенным».

Есть ли какие-то принципиальные расхождения в видении будущей России у команды Сулакшина и политического активиста, администрирующего сообщество «Настоящий социализм»? В целом — нет, в деталях, причём очень важных, есть. Собственно, в трудах учёных и экспертов Центра Сулакшина довольно часто упоминаются социалистические доктрины развитых государств мира, которые были бы при определённых условиях полезны для переустройства государственных систем России. Эти государства по привычке называют капиталистическими, но суть в том, что социалистического опыта в них накопилось не менее, чем в Советском Союзе. А в ряде случаев эти государства пошли далее. Если под социализмом, конечно, принимать идеологию приоритета общего над частным, ориентиры равенства человеческого достоинства и социальной справедливости. Но команда профессора Сулакшина рассматривает настоящий социализм под несколько иным, новаторским углом.  А именно: во главу угла трансформации государства ставится такое понятие, как успешность государства.

То есть не диктатуру, не вопросы собственности, а оптимальное сочетание интересов всех социальных групп страны, а также гармоничное и научно-обоснованное соотношение частных и государственных долей в собственности с организацией контроля общества.

Как пример: Норвегия, страна с монархической формой правления, с капиталистическим (если исходить из теории К.Маркса) формой экономического устройства, при этом демонстрирующая высокий уровень жизни, экономическую устойчивость, научный и социальный прогресс, большую продолжительность жизни, доступность образования, жилья, медицины, туристическую и инвестиционную привлекательность и т. п. То есть — успешность. И другой пример: социалистический эксперимент «красных кхмеров» в Камбодже, приведший к трагедии народа.

Не совсем лирическое отступление: нельзя сказать, что товарищ Пол Пот не понимал, что в практике строительства любого казарменного социализма есть кривая, которая приводит к тому, что партийное руководство страны превращается в замкнутую привилегированную касту, своего рода «новую буржуазию». Эта каста может состоять из верных и пламенных революционеров, но, обрастая привилегиями и соблазнами, новая буржуазия неуклонно выводит государство на путь капитализма. Да и рядовые граждане стран социализма в целом не ставят целью своей жизни строить коммунизм, а стремятся просто жить нормально, по-человечески. Но Пол Пот решил заняться созданием нового человека, и миллионы людей не вписались в эту логику. Успешного казарменного социализма в Камбодже не получилось. Буржуазия реанимировалась…

Говоря об успешности государства, профессор Сулакшин, представил и методику получения количественной агрегированной оценки состояния страны как сложной социальной системы. Собственно, это должны были делать кремлевские рулевые, постоянно кивающие на мировой опыт. А этот опыт говорит о том, что во всех экономически и социально развитых государствах научные центры разрабатывают индексы, оценивающие конкурентоспособность, инвестиционную привлекательность, социальное самочувствие и даже уровень счастья населения.

Успешность и жизнеспособность страны, по словам Степана Сулакшина, вещи не абстрактные, вычислимые. Страна — это сложный объект, его состояние описывается набором большого числа параметров. Параметры связаны между собой, причем характер этих связей может быть весьма сложным. То, что приемлемо для одного государства, может быть губительным для другого. Формула «уволить коррумпированных чиновников» или «заморозить зарплаты» — это упрощённый подход к сложнейшим проблемам государственного строительства.

С. С. Сулакшин: «У страны много показателей, описывающих ее состояние. Перечислим только некоторые из них. Что самое важное? Безопасность, народосбережение, общественная нравственность, экономический рост, его устойчивость, равное ожидание по отношению к разным состояниям, но и в предельном случае (ограниченности ресурсов, например) выбор приоритетов развития: чем-то пожертвовать, а что-то развивать. Например, сейчас нужен прорыв, подъем наукоемких отраслей, значит нужно вкладывать бюджетные деньги, стимулировать частный бизнес, вкладываться в наукоемкие отрасли, а расходы, к примеру, на инфраструктуры уменьшить».

Подробное описание механизмов создания и расчётов успешности России, являющееся составной и неотъемлемой частью Программы Сулакшина, можно изучить в книгах «Государственная экономическая политика и Экономическая доктрина России» (в 5 томах) и «Национальная идея России» (6-ти томник).

Но вернёмся к тезисам Семёна Корнетова. Можно ли построить успешное, гармоничное государство, если воспользоваться хорошими примерами других стран, не имея собственной сбалансированной, научно обоснованной платформы преобразований? Как в поговорке, что нельзя отстоять свою точку зрения чужими мыслями. Думается, что нет. Кроме того, у России во всех её исторических и территориальных ипостасях достаточно своего успешного опыта.

Не случайно профессор С. С. Сулакшин в своих работах часто говорит о движении в будущее через возвращение. Где «возвращение» — не возврат страны назад, но возвращение ей здоровья, гармонии, пропорций, смыслов, восполнение утрат и преодоление деформаций времен либерального насилия, превращение России в живой растущий организм!

Прежде всего речь идёт о возвращении России и её народу идеалов и мечты, надежды и веры, цели и целеполагания, Большого проекта развития. Есть ли сейчас у нашего Отечества мечта? А есть ли проект? Куда движемся, к чему стремимся, что строим, что будем передавать своим детям и внукам? Борьбу с санкциями? ТОРы? Миллиардеров? Крепостное право? Денег нет, но вы держитесь? Программа Сулакшина предусматривает возвращение в жизнь страны высших ценностей государства и общества как единой идеологии страны как приоритетных ценностей в жизни.

От них начнётся и эволюция государства. Решение задач экономики и материального перераспределения должно сочетаться с задачами создания условий для реализации иных сущностно обязательных запросов людей. Им нужны смыслы, правда, красота, идеалы, у них есть стремление быть настоящими людьми. А не теми, в кого превращены люди в путинской действительности — бесправные, молчащие, нетворческие существа, на нескольких работах или на чужбинах ищущие средства для пропитания семей. Так возникает концепт нравственного государства, государства справедливости как социальной оболочки, созданной обществом для управления и для максимизации всеобщего блага.

Построение такого государства реально только через изменение Конституции. Которая выводит на горизонт новый вид государства. Оно будет не конкурентоспособно по Путину, не догматично, а правильно, праведно. Будет включать в себя все предыдущие стадии и формы государства: социальное, правовое, нравственное, справедливое, совершенное, реализованное для всех, комфортное. Детальное описание сложного чертежа такого государства дано в проекте новой конституции.

Пожалуй, одним из ключевых вызовов и конфликтов, мешающих строить в России настоящий социализм, является расчеловечивание. Либеральная элита, захватившая власть, разрушенная ею экономика, уродливый рынок — это полбеды. Мы потеряли как минимум два поколения молодых людей, воспитанных на чуждых для России ценностях.

Какой можно строить социализм, если престиж труда упал до самых низких оценок за всю историю? Молодёжь предпочитает труду ренту, рэкет, рейдерство, разбой, воровство. Нас учат и толкают быть эгоистами, рвачами, циниками, потребителями, садистами, разрушителями. Причём всё это прививается через спланированную систему, частями которой являются СМИ, кино, литература, искусство, музыка, мода и т. п.

Никакой рынок не отрегулирует эту систему и не вернёт народ на путь истинный, на путь человеческий. Экономика, политика, управление, планирование, мораль, ментальность, образование, культура — вещи взаимосвязанные. В совокупности они и составляют силу и успех государства. Существует зависимость между сильным политическим режимом и динамикой экономического развития страны. Саморегулирующийся рынок дезинтегрирует все остальные общественные системы государства в их основных управленческих модификациях.

Профессор Вардан Багдасарян в 2014 году писал: «Либеральные реформаторы в России имели смутное представление о подлинном облике рыночной экономики на Западе. Они оперировали в основном некой умозрительной абстракцией свободного рынка, не имеющей ничего общего с экономической реальностью. В настоящее время в западной экономической теории разработаны четыре модели рынка: чистой конкуренции, чистой монополии, олигополии, монополистической конкуренции. В действительности они сосуществуют в рамках единого национального хозяйства. Реальный рынок по своей природе многоукладен. В нем существует множество уровней и ниш с различаемыми по своей природе рыночными механизмами. Для одних сфер (например, мелкой уличной торговли) более приемлема свободная конкуренция, для других — монополия. Попытки гомогенизации рынка ни к чему другому, кроме как к его обвалу, привести не могут. Новая экономическая реальность состоит также в том, что сложились фактически механизмы глобального латентного проектирования мировой экономики. Явление это исторически складывалось давно, но феноменологические очертания приобрело только в настоящее время. ПНТ видит целесообразным сочетать рыночную экономику с государственным регулированием при правовом доминировании последнего».

Подтверждением этих слов можно привести пример США, которые вопреки пессимистичным прогнозам кремлёвских аналитиков в настоящий момент переживают самый продолжительный период экономического роста. Стратегические документы США выписаны на десятилетия, и ни сменяющиеся президенты, ни сенаторы не отклоняются от курса планирования развития внутренних и внешних рынков. Не рефлексируют между векторами выбора направления приложения управленческих усилий, как это делает путинский режим.

Например, о том, что США планируют забрать под интересы своих монополий европейский рынок энергоресурсов, писалось и говорилось ещё лет двадцать назад. Когда началась война на Украине, уже ни у кого не возникало сомнений, что американцы приступили к реализации своего плана вытеснения российских сырьевых компаний. При этом в исполнении Кремля мы только и слышали причитания о том, что США ломают систему мировой торговли и принципы честной конкуренции. Надеялись, что будет иначе?

В рамках либерального подхода принято разграничивать государственную политическую и управленческую сферы. На уровне политики будто бы определяются цели, тогда как на уровне управления реализуются собственно административные функции. Такой подход приводит к лишению управленцев ценностно-смысловой составляющей реализации их функций, оставляя только техническую, приводит к подмене целей средствами. В целом такое разграничение вытекает из деидеологизации государства. Развитие в таком случае невозможно.

В целом исследователь Семён Корнетов делает верные выводы, которые в конечном итоге сочетаются с тезисами Программы Сулакшина. Россия должна стать мировым лидером. Бесспорно, и мы стремимся именно к этому.

России нужен настоящий социализм, с автоматическим антимонопольным регулированием и законами справедливости, которые в корне меняют суть частной собственности и делают общество не только существенно более нравственным и справедливым, но и более эффективным и защищенным. Безусловно, и именно эти принципы заложены в проекте предлагаемой конституции.

«Ключевой формулой конституционного задания конструкции государства справедливости является установление императива: человек, каждый гражданин страны, должен быть счастлив. Это означает, что строится государственный механизм заботы о каждом человеке. Множество различий в жизни людей очевидно. Значит без системы «дойти до каждого человека» поставленную задачу не решить, — констатируют авторы книги Центра Сулакшина «Государство справедливости — праведное государство (от теории к проекту»).


Автор Владимир Викторович Волк, Союз Народной Журналистики, команда поддержки Программы Сулакшина.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора