О преемственности, социализме и президенте

Русранд 4.04.2018 22:55 | Политика 64

На одном из ресурсов Партии нового типа, где говорится о проекте новой Конституции России, был размещён следующий комментарий подписчика: «…Сулакшин ни слова не говорит о преемственности идей и принципов предшествующих советских Социалистических Конституций 1936 и 1978 годов. Но зато он, изучив «все» буржуазные «конституции мира», смело предлагает «президента» вместо коллегиального органа — Президиума Верховного Совета, «парламент» (включающий «палату высших ценностей» и «земский собор») вместо Верховного Совета, то есть Сулакшин предлагает сохранить все буржуазные атрибуты власти, подкрашенные красивыми словечками. Стоит ли коммунистам тратить много времени на разбор «чертежа конституции» Сулакшина, в котором нет четко заявленного: «Статья 1. Союз Советских Социалистических Республик (или хотя бы: Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика) есть социалистическое общенародное государство, выражающее волю и интересы трудящихся всех наций и народностей страны»?

Иногда читая подобные комментарии у меня складывается ощущение, что некоторые люди 27 лет находились в состоянии летаргического сна, а проснувшись, вдруг открыли для себя целый ряд неожиданных изменений. Что уже нет СССР, нет плановой экономики, в развале государственный экономический сектор, что выросли дети внуки, родившиеся или воспитанные по новым учебникам, не слушавшие Кобзона, не смотревшие «Рождённая революцией», не читавшие «Поднятую целину» и никогда в глаза не видевшие «серпастый молоткастый». Мир стал другим. Оцифровалась экономика и банковская сфера, модернизировались и ускорились коммуникации, типографии, почта и телеграф у многих молодых людей уже вызывают ассоциации с орудиями первобытно- общинного строя.

Но нам упорно говорят: «Всё ерунда, ничего нового быть не может, Маркс всему голова!» Можно сейчас, в современной России просто вернуться к Конституции 1936 или 1977 годов, и весь кошмар путинской России каким-то чудесным образом отрегулируется сам по себе. Никто не ставит под сомнение гениальность Карла Маркса, как, собственно, и Платона, Томаса Мора, Томмазо Компанеллы, Владимира Ленина и других социалистов и мыслителей. Но суть в том, что каждый из них создавал свою теорию в соответствии со своими представлениями, сложившимися в определённый период истории в отдельных государствах. Опыта падения первого и самого мощного социалистического государства — СССР — ни Маркс, ни Ленин не имели. Поэтому коррекций собственных теорий сделать не могли. Где были допущены ошибки, какие, кем, в какой период, что привело к самой большой геополитической катастрофе 21 века — на эти вопросы нет ответов ни у Маркса, ни у Ленина.  Мы сегодня имеем данный опыт, внимательно его анализируем внимательно его анализируем.

Поэтому Партия нового типа потому и «нового», что рассматривает возможности революционных преобразований с учётом набитых шишек и новых экономических, информационных и экономических реалий.

Нам бросают упрёк: где в вашей платформе слово «социализм»? Где преемственность? Это упрощённое восприятие программы Сулакшина. Одно слово, если его вставить в название или текст, ключевым образом ничего не решит, если содержание и устремления будут негодными. Что, например, мешает Владимиру Путину добавить слово «социалистическая» между двумя другими Российская и Федерация? Это как-то сделает путинскую Россию более нравственной и справедливой? Кто-то слева кричит: «Дык, в России миллиардеры, какой же это социализм?». Правильно. И в Китае миллиардеры. Но социализм.

А что такое социализм? Если открыть учебники, то данному определению давал трактовки не только Маркс. И все они имеют место быть. Европейцы, например, считают, что социализм — это не только обобществление собственности, но это строй, при котором осуществляется общественный контроль над собственностью и природными ресурсами. И в этом смысле Партия нового типа солидарна с европейскими социалистами, при этом добавляем к слову «контроль» ещё два — «регулирование» и «социализирование». Регулирование собственности и ренты, а также выстраивание отношений государства и собственника таким образом, чтобы последний трудился не исключительно в своих, а прежде всего — в общественных интересах. Впрочем, это тема отдельного разговора, к которому мы ещё вернёмся.

«Почему вы не говорите о преемственности?», — снова голосят в заднем ряду. А надо? Например, Российская Федерация является правопреемником СССР, но проводит ровно противоположную политику, которая, скорее, унаследовала исторический период русской Смуты, чем вершинных достижений советского строя. Или зюгановская КПРФ. Именует себя преемником КПСС, а на деле представляет собой самую типичную буржуазную партию. В чём смысл кричать о преемственности, только чтобы понравиться товарищу из заднего ряда?

Та же картина и с терминами. Почему «президент» вместо коллегиального органа — Президиума Верховного Совета, «парламент» (включающий «палату высших ценностей» и «земский собор») вместо Верховного Совета? Так спрашивает товарищ в начале публикации.

Во-первых, нет большой разницы — как будет называться законодательный орган — дума, совет, вече, собор, копна, громада — суть не в названии, а в тех полномочиях, которые он будет выполнять, и в контроле, который будет осуществлять над ним народ. Товарищ явно не понял, что ПНТ предлагает Палату высших ценностей не как филиал двухпалатного парламента, а как самостоятельный конституционный орган. Подотчётный народу и выбираемый из самых достойных его представителей. Палата высших ценностей России особый общественно-государственный орган, оценивающий соответствие федеральных законов и обыкновений правоприменительной практики и деятельности федеральных государственных органов высшим ценностям России.

Кто-нибудь сегодня у нас контролирует законодательный поток Госдумы? Контролирует. Президент. А кто контролирует президента? Никто. Ну, по логике, его контролирует Дума. В свою очередь народ контролирует и того, и другую. Только где этот орган контроля? Нет его. Народ не может даже контролировать подписываемые антинародные законы. Во-вторых, кто такой президент? Это выборный глава государства в странах с республиканской или смешанной формой правления. Лицо, отвечающее за всё. Но это в идеале. В реальности путинской России президент просто гарант. Он даже не возглавляет правительство, поэтому у нас царь хороший, а бояре — плохие. Это они, а не царь управляют всеми системам жизнедеятельности. А президент он просто гарант. Ни импичмент ему не грозит, ни отрешение. И эти законодательные «пробелы» устранены в проекте ПНТ.

Президент становится главой правительства и лицом не только подотчётным, но и отвечающим за успешность государства и его следование высшим ценностям, а не интересам дружков-олигархов.

Статья 150. Статус Президента России

1. Президент России является главой государства, Верховным главнокомандующим, возглавляет Правительство России и осуществляет исполнительную власть в соответствии с федеральным конституционным законом.

2. Президент России определяет основные направления внутренней и внешней политики государства, представляет государство внутри страны и за ее пределами.

3. Президент России несет ответственность за:

а) реализацию и защиту Конституции России, а также установленных ею высших ценностей России и достижение целей России;

б) успешность России во всех сферах жизнедеятельности;

в) обеспечение безопасности в России, предупреждение и пресечение любой внешней агрессии против России;

г) обеспечение исполнения полномочий Правительства России в соответствии со статьей 174, 175 и иными положениями Конституции.

Может ли Президиум Верховного Совета отвечать за всё? Как показывает практика, коллективный орган чаще всего безответственен. Или за свои коллегиальные ошибки перекладывает решение их последствий на народ. А на кого ж ещё? Но с кого спросить народу в случае, если он даже не выбирал председателя президиума ВС?

Как пишут, авторы научного макета новой Конституции, президент СССР и Российская Федерация не имели успешных президентских правлений. Горбачев, Ельцин, Путин, Медведев — их деятельность находилась в диссонансе с представлением народа о должном государственном курсе и наносила ущерб российской государственности. Причина таких результатов — неподконтрольность власти президента народу. Президентская вертикаль превращалась в персонократию.

При отсутствии контроля со стороны народа устанавливалось влияние «двора» — ближнего президентского окружения. Семибанкирщина при «царе» Борисе, вздорная внешняя политика и разрушительная внутренняя политика при Путине — яркие образцы того, во что выродилась система президентского правления в постсоветской России.  Вместе с тем, существует цивилизационная традиция власти вождистского типа. Огромная территория, климатические условия, дамоклов меч войны с иноцивилизационными противниками — все это предопределяло предрасположенность к высокой концентрации власти в руках главы государства. «Россия страна царей», — заявлял Иосиф Сталин при обсуждении эйзенштейновского фильма «Иван Грозный». Но, вместе с тем, царь в России был только тогда легитимен, когда его политика соотносилась с народным пониманием правды. В противном случае он в восприятии народа превращался в антихриста.

Соответственно, и президент в России должен быть народным, а не олигархическим президентом. Это предполагает механизмы коммуникации президента с народом, существование народного контроля президентской власти. Президент, сообразно с этой логикой, есть слуга народа, а не так, как в современной России, где народ существует как персонал возглавляемой президентом корпорации.

Система сдержек и противовесов ветвей власти, подконтрольность и ответственность государственных органов Декларации о разделении ветвей власти и системе взаимных сдержек и противовесов, обычно провозглашаемых в конституции, как правило, недостаточно для преодоления естественного стремления любой власти к всеохватности и монополизму. Монополизация же власти всегда ведет к ее загниванию. Как и в отношении проблемы обеспечения народовластия, необходимо на конституционном уровне предусматривать специальные гарантии реализации данных установлений.

Таковые предложены в нормах научного макета в виде балансировки полномочий исполнительной и законодательной ветвей власти и выражены, в том числе, посредством введения механизмов подконтрольности исполнительной ветви законодательной и ответственности государственных органов и их должностных лиц за свои действия (бездействие) и решения.


Автор Владимир Викторович Волк — канд. в члены Федерального политсовета Партии нового типа.

Фото:  Вид президиума II сессии Верховного Совета СССР VI созыва. В президиуме: И.В. Спиридонов, Я.В. Пейве, С.М. Буденный, К.Е. Ворошилов, Я.С. Насреддинова, Л.И. Брежнев, Н.С. Хрущев, А.И. Микоян, Ф.Р. Козлов, Г.И. Воронов, М.А. Суслов, А.Г. Кириленко, Б.Н. Пономарев, А.Н. Шелепин, П.Н. Демичев, на трибуне – Президент ФНРЮ И.Б. Тито.  Москва. Декабрь 1962 г.  РГАКФД. Арх. № 0-303325. (источник)

#ПрограммаСулакшина  #ПартияНовогоТипа


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

#ПрограммаСулакшина — Диалог №8. Новая Конституция как главный чертеж новой страны — I

Почему ПНТ за новую конституцию

ПАРТШКОЛА ПНТ. ВЫПУСК №16 «Большой проект страны — конституция» Степан Сулакшин

Сулакшин. Наша президентская программа: левая и правая повестка

Как «взять и поделить?»

Конституции постсоветских государств с позиции обеспечения государственного суверенитета

Конституция и суверенитет

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора