О шарагах ГУЛАГа

ВК Наржур 21.06.2017 1:05 | История 7

О которых сейчас не говорит только ленивый, желающий лишний раз пнуть проклятый совок. В связи с этим не помешает немного фактов. Для этого я приведу отрывок из книги «Оборонно-промышленный комплекс СССР накануне Великой Отечественной войны (1938 — июнь 1941). Т. 4

Значительная часть конструкторских работ осуществлялась заключенными в особых и специальных конструкторских и технических бюро в системе НКВД. В августе — сентябре 1938 г. па базе 7-го отделения по использованию арестованных специалистов был создан 4-й спецотдел НКВД. В него вошли бюро самолетостроения и авиационных винтов; бюро авиационных моторов и дизелей; бюро военно-морского судостроения; бюро Дорохов; бюро артиллерии, снарядов-взрывателей и приборов управления огнем; бюро броневых сталей; бюро боевых отравляющих веществ и противохимической защиты; бюро по доводке и внедрению в серию самолета ТБ-7 на заводе № 124. Кроме этого, имелось в виду подчинить отделу работающее в Ленинграде бюро по артиллерии управления НКВД по Ленинградской области. Отделу был подчинен завод № 82, переданный к тому времени, согласно решению Комитета обороны, для производства авиационных дизелей.

К моменту организации отдела было собрано около 40 различных предложений и составлены списки на 300-350 чел. арестованных специалистов и утверждены к использованию 347 чел. Из этого числа работали в организованных тюрьмах: в Болшево — 98 чел., на заводе № 82 — 61 чел., в НИИ-6 (Пороховой институт) — 34 чел., а всего — 193 чел. Из остального количества в московских тюрьмах находилось 87 чел., в тюрьмах на периферии — 55 чел. и в лагерях — 7 чел., причем отмечалось, что на 5 чел., осужденных по 1-й категории, приговор приведен в исполнение. Отмечалось, что находящиеся в тюрьмах арестованные специалисты не могут быть в данный момент использованными ввиду отсутствия помещения для их размещения (см. док. № 50).

В тюрьме дачного поселка Болшево в 1939-1940 гг. оказались такие видные оборонщики, как Е. А. Беркалов, Р. Бартини, А. В. Надашкевич, С. П. Королев, В. П. Глушко и др. В ЦКБ-29 И КВД работал А. 11. Туполев. В январе 1938 г. он подал прошение на имя Н. И. Ежова. В нем автор писал, что «полностью осознал всю свою вину перед советской страной, партией и правительством, чистосердечно раскаивается во всех своих преступлениях», и просил предоставить ему возможность конструирования и постройки самолетов для Красной армии. Он предлагал спроектировать и построить для ВВС, во-первых, так называемый самолет «атаки», двухмоторный, двухместную скоростную машину с мощным, концентрированным в фюзеляже вооружением для борьбы с бомбардировщиками противника и атаки особо важных земных целей. Этот самолет, по мнению Туполева, с небольшими изменениями можно было бы использовать в качестве пикирующего бомбардировщика. Во-вторых, на базе американской техники (лицензии Северского) предлагал построить самолет сопровождения средней дальности, который с незначительными изменениями мог бы быть использован как легкий быстроходный штурмовик. В третьих, на базе мотора «Райт Циклон» разработать мощный мотор воздушного охлаждения мощностью 1,3-1,5 тыс. л. с. и запустить его в серию на заводе № 24. Для скорейшего и правильного решения этих задач он предлагал подчинить НКВД опытный завод № 156 (бывший опытный завод ЦАРИ); создать при нем особое конструкторское бюро с переводом в него необходимых специалистов, находящихся в распоряжении НКВД. К работе в ОКБ привлекать специалистов «с воли», в том числе с завода № 24. (Полностью письмо А. Н. Туполева приводится в прим. № 6.)

Накануне войны ЦКБ-29 НКВД, которое называли «шарагой Туполева», занималось совершенствованием бомбардировщиков Ту-2, Пе-2 и других машин. Крупные работы по морскому вооружению выполняло ОКБ Управления НКВД Ленинградской области. Подобное ОКБ было решено создать при заводе № 221 в г. Сталинграде. По объектам вооружения укрепленных районов по заданию Генерального штаба РККА работало ОКБ № 43 под руководством М. Н. Кондакова.

Но, видимо, работа особых бюро не совсем удовлетворяла руководство. В этой связи обращает внимание письмо наркома внутренних дел СССР Л. П. Берии секретарю ЦК ВКП(б) И. В. Сталину от 24 июля 1940 г. с ходатайством об амнистировании и снятии судимости занятых в производстве самолета «100» 25 конструкторов и инженерно-технических работников. Всем освобождаемым возвращались ранее занимаемые ими квартиры и выдавалось единовременное пособие в размере от 3 до 5 тыс. руб. каждому. В списке о помиловании были имена конструкторов В. М. Петлякова, А. М. Изаксона, В. М. Мясищева, Е. И. Погосского, Б. С. Вахмистрова. Однако все освобождаемые специалисты оставались в штате ОТБ (см. док. № 155).

Что становится ясным из этого текста? Что число таких инженеров было не велико — всего 193 человека на всю огромную страну, где в это же самое время работали сотни тысяч подготовленных инженеров. Называть после этого вклад таких особых бюро значительным может только совершено слабый умом человек.

Содержались эти заключенные комфортных условиях, в дачном поселке Болшево. Вот типичный образец такой «тюрьмы»:

И срок существования этих шараг был недолог – меньше 2 -х лет. Так что повторюсь, что говорит об огромном вкладе такого временного проекта, как шараги может только человек, контуженный всеми томами «Архипелага ГУЛАГа» одновременно.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Партия нового типа
Центр сулашкина