От социальной справедливости до праведного государства — II

Русранд 27.02.2018 6:08 | Политика 50

В Центре Сулакшина подготовлена к печати коллективная монография «Государство справедливости — праведное государство (от теории к проекту)», являющаяся важнейшей вехой в теории государствогенеза и формулировании путей грядущей эволюции государственности России.

Предлагаем читателям окончание раздела 1.6 «Активно-деятельностный контекст категории справедливость».

Первую часть читать здесь.

#ПрограммаСулакшина


Государство справедливости реализует принцип «каждый человек равен другому», но не в материальном смысле, не в смысле индивидуальных, трудовых, физических или интеллектуальных возможностей, а в одном-единственном смысле — равенства в достоинстве каждого.

Актуальна ли подобная постановка вопроса в современной России, в которой правит бал либерализм, когда идет деволюция и общества, и институтов? Тем более актуальна, поскольку страну фактически необходимо и перенаправить в ее управлении, и переустроить. В России уже рождаются политические инструменты, создана Партия нового типа, которая целеполагает именно такую идеологию. Фактически речь начинает идти не только о Партии нового типа, но и о Государстве нового типа!

Государство справедливости, устремленное к идеалу праведного государства, становится практической политической целью. Начинают разрабатываться устройства такого государства во всех его сферах устроения, управления и бытия. На пути его проектирования и воплощения рождаются системная идеология и мировоззрение, формируется и воспитывается новая культура и поведение человека. Фактически в современном секулярном виде воспроизводится ценностный целеполагающий развитие арсенал человечества, система нравственных табу, которая издревле преподавалась мировыми религиями.

Такова логическая схема настоящей работы, которая завершается конструктом Государства справедливости. Как видим, уточнилась и терминология. Справедливость уточнилась как, в принципе, имплицитно социальная. Другой, несоциальной, справедливости попросту не бывает. Но, тем не менее, термин «социальная справедливость» существует, привычен и, в общем-то, целесообразен. Социальная справедливость исторически относится чуть назад, на эволюционный этап социального государства, когда доминировал императив материальной справедливости «в распределении». Тот тип государства в основном был сориентирован на материальные перераспределительные решения. Какие в пространстве нематериальных потоков человеческих отношений, конструктов, функций, механизмов, процедур, порядков, структурных пропорций и т.д. решения должны быть найдены в связи с этим главным принципом государства справедливости?

Это вопрос, на который предстоит отвечать.

Приведенная постановка порождает ряд вопросов, часть из которых относится к содержанию предстоящего исследования.

1. Как связан концепт нравственного государства и государства справедливости?

Нравственное государство в связи с продвижением по футурологической шкале эволюции государства в стадии справедливости и нравственности становится в этой шкале отчасти полусамостоятельным, этапным. Нравственное государство и государство справедливости развести нельзя. Почему? Потому что нравственным государством мы называли государство, которое генерирует в человеке и обществе нравственность. То есть это довольно целенаправленный секторальный подход. Он сводится к вопросу как устроить все институции, чтобы человек и общество становились нравственными. Надо наверное согласиться, что такая постановка вопроса на полтона ниже, чем сами эволюционные типы государства. Наряду с этапом нравственного государства в эволюционном развитии усматривается все большее приближение человечества, человека, общества и государства к образу и подобию, т.е. к максимуму ценностного белого пакета, как меры очеловеченности человека и общества. Значит, соответственно, разорвать их нельзя. Мы здесь должны нарисовать для уточнения позиции еще одну ось, на которой должны в свою очередь указать » Мера очеловеченности человека и общества». Рис. 1.6.6.

Рис. 1.6.6. Эволюционные типы государства отвечают росту белого пакета человека и человечества

Значит, соответственно, правовое государство, социальное государство, нравственное государство, государство справедливости и в конце концов праведное государство — это как бы подэтапы единого прогресса формы организации общественного бытия. Последние просматриваемые этапы — выглядят как ускорение перехода человека и человечества к истинному образу и подобию, как проекция на устроение всех потоков и отношений, материальных ранее, нематериальных и всех остальных в последующем и, соответственно, устроения институтов государства. При этом основное определение справедливости в виде равенства ожидаемого и воздаваемого в части ожидаемого с очевидностью выходит за рамки материального и связано с нравственностью, запросами человека, нестяжанием человека.

2. Может ли быть справедливо то, что не очеловечивает, а то, что очеловечивает — быть несправедливо? Есть ли жесткая связь равенства (ожидаемое-воздаваемое) и нравственного?

Есть и отыскивается она в связи с пониманием принципа равенства в достоинстве. Он означает, что иного быть не может. Какого иного? «Справедливо то, что расчеловечивает, и несправедливо то, что очеловечивает». Отсюда вытекает другой принцип: Справедливо только то, что очеловечивает, и все, что расчеловечивает — несправедливо, потому что это неправильно с точки зрения продвижения к образу и подобию, к идеальному целеполаганию в природной эволюции разума (души) человека. Это против направления эволюции. Формула справедливости «ожидаемое=воздаваемое» апеллирует к психологии человека и мерному критерию при государственном конструировании механизма, реализующего справедливость. Но справедливость через свой корень «прав — правильное — праведное» проецируется на весь процесс эволюции, дающий критерий этой самой правильности.

Эти корневые связки, видимо, глубоки, не случайны, не поверхностны.

3. Все же в чем отличие нравственного государства, государства справедливости и праведного государства?

Нравственное государство — это более технократический конструктивный момент, заключающейся в том, что доминирующие требования к устроению государственных институтов таковы, что они должны быть настроены на воспитание в человеке и обществе нравственности. Государство справедливости сложнее, оно реализует принцип «равенства в достоинстве» при разнородности миллионов людей. Все они в равной степени должны оказаться в комфорте.

При этом совершенно ясно, что хотя будут различные материальные и нематериальные потоки на каждую личность, но комфорт должен быть одинаковым. Устроить это довольно сложно.

Поэтому, государство справедливости, как конструктивный технократический объект будет существенно сложнее нравственного. Но они взаимоувязаны, потому что они направлены в сторону конечного идеала — государства праведного. Праведное государство — это конечно идеальное понятие, конечная категория, как образ и подобие при очеловечивании человека в его эволюции от обезьяны с хвостиком до образа и подобия истинного человека, категориального человека, что мы описали с помощью белого пакета. При этом собственно государственное устроение не может не быть соединено с иным состоянием общества. Например, массовая политическая партия станет институтом не только борьбы за власть, но и инструментом реализации власти в нравственном справедливом государстве, создавая дополнительные обратные связи и механизмы и компенсируя ограничения государства, как института.

Справедливо, что выстраивая новый словарь надо будет увязать соотношение новых терминов «нравственное государство», «государство справедливости», «праведное государство» с известными: «социальным государством» и «государством социальной справедливости».

4. Если справедливость связана с психологическим комфортом каждого, то как быть с девиантами? Им комфортно прямо от противоположного нравственному и нормальному?

Да, кто-то удовлетворен тогда, когда ему плохо. Есть мазохисты. Есть садисты. Но, создавая концепт нравственного человека авторы ввели понятие нечеловека и античеловека [151]. Это пункт борьбы, а не ориентации в устроении государства. Как известно без зла не было бы добра. Без борьбы противоположностей не может быть развития. Черный и белый пакет, как мера очеловеченности человека, также как Христос и Антихрист, позитивное и негативное, будет всегда, и всегда будет испытывать нравственное и справедливое устроение государства в виде атак девиантного меньшинства. Зло будет всегда. Борьба с ним также будет всегда.

5. Нет ли подмены понятия человека категориального и всего лишь психологического состояния конкретного человека при определении критерия для устроения государства?

Нет. Если у человека его бытие на уровне животном — дай ему кусок мяса, самку и бутылку водки… И он будет счастлив? Но будет ли он при этом человеком? Связь нравственного и справедливого в нашем формализме сущностна и неразрывна.

6. Если одним из средств создания государства справедливого будет воспитание, не будет ли получаться так, что мы будем штамповать, условно говоря, одинаковых людей, у которых должны быть примерно одинаковые потребности, чтобы они удовлетворялись малым, условно, были бы нестяжательны. Не исчезнет ли индивидуальность человека?

На самом деле люди всегда и очень разные, у них разные потребности, и получается, чтобы сделать то, о чем мы говорим, нужно выяснить потребности каждого человека, дать ему то, что ему нужно. Но здесь надо учитывать, что когда человек получает то, что ему нужно — он опять не удовлетворен.

Этот вопрос — хороший вызов, хорошая провокация. Но почему «штамповать самым тоталитарным образом всех под одну гребенку», которая называется «человек хороший», — неправильно? Почему «за все хорошее и против всего плохого» — неправильно? Конечно, правильно. А вот вопрос о различиях в потребностях, как в материальных, так и в нематериальных, например, потребностях творчества для художника — это одно, для ученого, изобретателя — это другое. У кого-то это в меньшей степени выражено, он просто интересуется спокойствием и уверенностью в судьбе своих детей, их будущим. Вот этот предельный массово-дифференцированный учет потребностей человека в рамках признанного очеловеченного пакета потребностей, да — это вызов, и очень серьезный вызов построению государства. То есть, принцип: «Государство должно знать все законные интересы всех законных групп интересов», доводит мысль до технологического постулата, а именно, «должно знать интересы каждого человека и уважать этот отдельный интерес. Знать и уважать». Тут тоталитаризмом и не пахнет. Тут «пахнет» как раз индивидуальным дифференцированным подходом, который сложно устроить, но это и есть вызов социальной инженерии по конструированию соответствующего государства.

Как это обустроить? До какого уровня детализации и как властные институты должны дойти, чтобы работать с отдельным человеком? Будет нужен закон о трудовом коллективе, о поправках к «Закону о партиях». Конечное звено, в котором человека можно вообще увидеть — это в основном в его коллективной жизни. А где она происходит? Для пожилых людей, неработающих — во дворе, «бабушки на лавочках». Но ведь это тоже «коллектив». Причем, во Франции, например, такое решение подсказано — в каждом квартале муниципальные органы создают клуб для пожилых, куда пожилые люди идут проводить свой день. У них общение со своими сверстниками, у них там внимание медсестер, у них развлекательные мероприятия и т.д. И там, в этом квартале, каждого пожилого человека государство через этот инструментарий наблюдает.

В работоспособном возрасте люди в основном где? Они по месту работы, в трудовом коллективе. Когда либералы отменили принцип возможности организации партийной ячейки на производстве, они хорошо понимали, что делали. Они разрушали коллегиальность и увязанность института принятия решения на уровне предприятия с каждым индивидуальным работником. И пусть это предприятия частное, но оно все равно должно быть в поле тех нормативных решений, в которых оно обязано каждого человека видеть и мониторировать, счастлив он или нет. Вызывать и спрашивать, как раньше это делалось в парткоме, в профкоме, в комитете комсомола. «Василий Петрович, что-то на тебе лица нет. Что происходит? Чем помочь? А-а, с жильем там. Ну, давай, вот…» — и т.д. Так будет воплощаться принцип «люди разные с разными возможностями и потребностями», но под зонтиком принципа равенства человеческого достоинства. Государство будет доходить до каждого и дифференцированным образом обеспечивать ему это равенство.

7. Возможно ли теоретически достижение равенства ожидаемого и воздаваемого?

Конечно, это реализуемо и называется такая ситуация коммунизм. «Каждому по потребностям, от каждого по возможностям». Говорите, что это — распределительный вариант? Да, если традиционно понимать под потребностями только материальную составляющую. А если понимать под потребностями еще и желаемое психологическое ощущение, состояние комфорта, удовлетворенности, то речь идет по сути о счастье человека.

Рождается новая формулировка уже провозглашенного принципа. Главная функция государства — обеспечить счастье каждого человека.

8. А если потребности человека невелики и убоги? Если он аскет?

То их надо развивать. У человека должен быть мотив для роста, развития. То есть воспитывать потребности надо как с точки зрения того, чтобы они не были завышены, так и с точки зрения их должного уровня. Они не должны быть и занижены. Наличие потребностей формирует цели, мотивации к действию, к свершению.

9. А все равно — какое-то неравенство формируется. Вот, например, человек с высокими потребностями. Ему нужна самая классная машина, большой дом, бассейн и т.п. А есть другой человек, у которого ожидания маленькие. Ему нужна маленькая квартирка и подобное. Получается опять неравенство, источник социального недовольства.

Во-первых, тот, кто захотел себе машину с 5-литровым двигателем, пусть платит налог, за счет которого больные и слабые содержатся. В этом и заключается социальный аспект справедливости. То есть, каждое такое удовлетворение должно человека еще и обязывать к чему-то. Ведь в формуле справедливости в знаке равенства стрелка с двумя направлениями. Человек должен и отдавать другому человеку, обществу и государству в той мере, в которой они ожидают от человека некоего воздаяния.

10. А что понимать под человеческим достоинством?

Это самоощущение собственной значимости, уникальности, оснований для уважения к самому себе и настолько это должно быть сильно, чтобы становиться самым важным для человека, иногда даже важнее жизни, тюрьмы или чего-нибудь подобного.

Образно говоря — достоинство человека это его естественное право на счастье.

Активно-деятельностный подход к справедливости ведет к специфическому построению государственного управления. На рис. 1.6.7. показано какие новые, необычные функции управления возникают при этом.

Рис. 1.6.7. Функционально-организационная схема государства справедливости

Главная новая функция — это знание самочувствия каждого человека и способность принять меры по содействию ему в рамках возможностей государства и общества в случае, если человек попал в несправедливые условия жизни.

Есть ли способ обеспечить такую, кажется, сложнейшую задачу? Решение вытекает из формулы «не было бы добра, да худо помогло». Вспомним однопартийную систему КПСС. Она была плоха, потому что сужала пространство дискуссий, вводила монополию на мысль, что дорого обошлось СССР. Но ее опыт кое-что подсказывает.

Куда в либеральной России может пойти рядовой российский человек и пожаловаться на какие-то семейно-бытовые проблемы? В Советском Союзе можно было пойти в партком КПСС, в профсоюзный комитет, в домком, в комитет комсомола, были товарищеские и общественные суды. А куда в либеральной России можно пойти? В приемную «Единой России»? Даже не смешно. В суд? Но целый ряд жизненных вопросов не подпадает под юрисдикцию судов.

Получается, что в государстве справедливости должна быть организована система (и даже общественно-политическая, а не только административная), которая бы защищала человека любого уровня от нападок, угроз, несуразицы, бездушья, недееспособности властей всех уровней и иных неурядиц. Доходила бы до каждого человека. Государство, обеспечивая общественную безопасность, создает систему участковых уполномоченных в полиции. Но самочувствие и ощущение, которое определено как справедливость, разве менее важно, чем безопасность? Напрашивается идея государственной службы «по делам человека», как аналог Службы по правам человека.

Технически эта идея требует мониторинга состояния каждого человека, механизмов апелляции в полномочные инстанции для принятия решений. Как уже объяснялось во вводном разделе, государство выстраивает подсистему воспитания у человека праведного объема ожиданий относительно воздаваемого. Одновременно должна быть и подсистема обеспечения самого воздаваемого. Во всех функциях государства справедливости есть место взаимодействию государственных и общественных структур. Если правящая партия имеет в своей политической доктрине концепт государства справедливости, то она органично выстраивает структуру и функциональное поле государственного управления, как свое собственное ежедневное дело.

Видно, что реализация концепта государства справедливости преобразует современный тип государства в более сложно устроенный организм, который соединяет вопросы материального бытия человека с вопросами его духовной жизни, что безусловно представляет собой эволюционный скачок вперед, в направлении прогресса человечества. А проект государства справедливости обретает черты плана государственного строительства и государственно-общественного взаимодействия. В заключительной части работы подобный проект будет рассмотрен более детально.


ПРИМЕЧАНИЯ

[151] Сулакшин С.С., Багдасарян В.Э., Вилисов М.В., и др. Нравственное государство. От теории к проекту./ под общ. ред. С. С. Сулакшина. М.: Наука и политика, 2015. С. 424.


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Власть для богатых: о ком забыло российское государство

Тупиковые исторические флуктуации государства

Россия преодолеет всё

Нравственное государство и общее благо

«Конструкционная» постановка вопроса о модели страны

Государство справедливости как желаемый облик страны

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...

Популярное за месяц

Партия нового типа
Центр сулашкина