Пятилетие

СНЖ Эль Мюрид 17.03.2019 15:22 | Политика 47

«СОЮЗ НАРОДНОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ»

Пятилетие присоединения Крыма прошло на удивление спокойно. Правда, если подумать, «на удивление» здесь излишне.

Во-первых, новизна события прошла. То, что произошло, уже данность. Выжать нужный для власти психоз уже невозможно, а раз так — то для неё событие перестало представлять интерес. Во-вторых, прошедшие пять лет — достаточный срок, чтобы оценить произошедшее трезво и без экзальтации, более прагматично. Оценка явно неоднозначна, и даже в самом Крыму процент одобряющих присоединение снизился с 95% проголосовавших «за» на референдуме до 89% в целом, а среди молодежи — до 75%. Немного, но говорить о воодушевлении уже не приходится, особенно, если учесть, что присоединение к России считают событием, положительно отразившимся на них, 72% в целом и 62% — среди молодых крымчан. Результаты для пяти лет в родной гавани не слишком обнадеживающие.

При этом нужно учитывать, что вопрос о присоединении и вообще об отношении к событиям 13-14 года и сегодня политизирован, а публичные оценки, идущие вразрез официальным точкам зрения в Москве и Киеве, продолжают оставаться маргинальными и вызывают резкую реакцию со стороны и властей, и представителей разнообразных групп, поднявшихся на тех событиях — как в России, так и на Украине.

Существует минимум пять групп вопросов, обсуждение которых сегодня с объективной и сколь-либо рассудочной точки зрения невозможно. Это вопрос о событиях зимы 13-14 года на самой Украине, вопрос о расколе Украины по отношению к результатам государственного переворота в Киеве и его характеру. Это целая группа вопросов о событиях в Крыму — отдельно о решении Крыма о независимости и отдельно — о присоединении к России. Это тема о том, что происходило на Юго-Востоке Украины в целом и по регионам. Ну, и, естественно, оценка российской политики — как до майдана, так и в его ходе, и при наступлении последствий.

По всем этим вопросам пропаганда сформировала довольно устойчивую картину (как в России, так и на Украине), поэтому оценивать решения руководства Украины (и прежнего, и нового), а также решения Кремля со всех сторон и со всех точек зрения — в их балансе — не представляется возможным. Тема сведена к примитивным плоским картинам — «Крымнаш», к примеру. То же касается и всех остальных вопросов.

В целом, безусловно, весь комплекс произошедшего прекрасно вписывается в картину противоречий периферийных отсталых капиталистических государств, решающих задачи своего выживания в условиях глобального кризиса, управление которым им недоступно. Тот же Кремль в целом решил тактическую задачу, в рамках которой он сумел все свои провалы и просчеты предыдущего периода перекрыть патриотическим психозом — «Да, Путин, конечно, науправлял экономикой так себе, но зато он вернул Крым!» Логически эта конструкция выглядит убого, но она вполне работает. Точнее, работала.

Теперь педалировать крымскую тему в противовес всей остальной преступной антинародной политике режима невозможно. Кредит доверия исчерпан, но Путин, в сущности, и не собирался его использовать для развития. Он ему нужен был просто, чтобы получить некий лаг во времени, прикрыть вопрос о предыдущих провалах. Все внешнеполитические упражнения, которые еще недавно вызывали взрывы восторга (Крым, Сирия) — все они в прошлом и не вызывают волны бешеного восторга даже у совсем безголовых сограждан. А потому в полный рост стоит проблема трансформации режима, так называемого трансферта. Это отдельная тема, ее невозможно уже решить, как в 8 и 11 годах — банальным преступным сговором с целью узурпации власти. Точнее, повторить мошенничество с «тандемом», наверное, можно, но вряд ли Путин и его окружение пойдут на него — слишком много неопределенных и негативных факторов против такого решения.

История с Крымом отыграна, и для самого Крыма это неважная новость. Объективно он является дотационным регионом, а в сложившейся внешнеполитической конфигурации у него вообще нет шансов на экономическую самодостаточность. Крым уже не нужен Кремлю, как витрина достижений путинского режима, а потому его положение будет постепенно, но динамично ухудшаться. Соответственно, к местным властям будут предъявляться все более жесткие требования обеспечения лояльности населения несмотря ни на что — ни на экологическую катастрофу на севере полуострова, ни на хронические проблемы с энергией и водой, ни на экономическую депрессию.

В нынешней парадигме Крым в течение лет пяти станет тем, чем он для России и является — чемоданом без ручки. С соответствующим к себе отношением. Впрочем, Украине он тоже особо не нужен, разве что в медийном и политическом смысле. Вообще, Крым имеет хоть какие-то шансы на нормальную жизнь только в одном сценарии — когда он не является яблоком раздора между Россией и Украиной, а принадлежит им вместе. Это определяется и экономическими реалиями, и культурными, и всем остальным комплексом вопросов. Нужно отметить, что однозначность принятого решения о присоединения Крыма уже не является таковой даже для самих участников тех событий. Довольно символически (хотя вряд ли осознанно) выглядит выставленная на продажу медаль (пусть и негосударственная) Игоря Стрелкова. Даже для него результаты присоединения Крыма перестали быть достаточным основанием для сохранения памяти о тех событиях.

Понятно, что при нынешнем руководстве Украины и России благополучие Крыма и крымчан невозможно даже теоретически. Ни у тех, ни у других вообще нет цели развития своих стран, они заинтересованы в текущем перераспределении остатков национального богатства, а потому столь сложные вопросы, как строительство мирной и обеспеченной жизни своих народов для них — китайская грамота. Крым для них — разменная карта, как и весь народ — что российский, что украинский. Пока нами правят временщики, другого не будет.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора