Раскол

Эль Мюрид 8.09.2018 22:24 | Общество 61

Процесс изоляции России зашел с еще одной стороны. Судя по происходящим событиям, Константинополь в ближайшее время признает независимость Украинской православной церкви. От РПЦ отпадет солидный ресурсный кусок — а это потеря крупного имущественного комплекса и серьезный удар по имиджу.

Признаки обострения и выхода на предельно конфликтное решение были давно, однако в последнее время события пошли слишком стремительно. Пожалуй, поворотным моментом стал конфликт с Грецией, которая выслала двух российских дипломатов — они откровенно и вопреки всем дипломатическим правилам проявляли активность по «православной линии». Насколько известно, греки пытались без публичных действий призвать российских дипломатов по всей линии их подчиненности умерить пыл, но все оказалось тщетным. Пришлось идти на скандал. Далее — всё более жесткая и однозначная риторика Константинопольского патриархата, подковерные игры вокруг предстоящего заседания о предоставлении статуса Украинской церкви — всё завершилось прошедшим на днях в Стамбуле архиерейским собором, где патриарх Константин проинформировал всех иерархов о принятом решении предоставить украинской церкви независимость, с чем практически все иерархи согласились. Было заявлено, что «…Константинопольский патриархат не нуждается в посторонней помощи относительно предоставления автокефалии…» с явным намеком на отказ учитывать мнение РПЦ по данной теме.

Вопрос перешел в техническую плоскость, в октябре, по всей видимости, решение будет оформлено окончательно.

РПЦ, конечно, не признает решение и уже высказалась о прекращении отношений с Константинопольским патриархатом в случае предоставления самостоятельности украинской церкви, но по сути, вопрос уже решенный.

Безусловно, суть происходящего имеет строго политический контекст. Тень на плетень наводить можно, можно рассуждать о неких теологических противоречиях, юридических формулировках, но само решение носит исключительно политическую подоплеку, и рассматривать иначе происходящее нет смысла.

Если говорить прямо, то лакейская позиция РПЦ, обслуживающая интересы правящей в России клики, сделала её заложницей всё большего ужесточения отношения всего мира по отношению к путинскому режиму. К нему относятся как к зачумленному, и соответственно себя ведут — создают карантинную зону, изолируя опасного больного.

Если раньше характеристика путинского режима, как мафиозного, носила в основном публицистический характер, то сегодня это понятие все больше вводится в политический оборот. Стоит отметить, что даже по той информации, которая имеется в русскоязычном сегменте Сети, подобный вывод возникает автоматически. Даже нелогичное вначале отравление Скрипаля получило совершенно иное толкование после того, как стало известно, что он работал с «испанским досье» и имел отношения с западными спецслужбами именно в контексте этой информации. Испания — «лежбище» целого конгломерата ОПГ, имеющих российское происхождение и главное — эти ОПГ прямо связывают с высшим политическим руководством нашей страны.

Политическая установка влечет за собой и политические последствия. Санкции, изоляция, минимизация отношений — весь перечень, который позволяет снизить угрозу проникновения уголовно-мафиозных отношений в мир, в котором руководствуются другими нормами. Везде преступность рассматривается как неизбежное зло, которое невозможно окончательно победить. Но никому не придет в голову допускать уголовника к принятию политических решений. В этом смысле действия по отношению к путинской клике исходят из осознания угрозы, которую она несет всем остальным. Решение — замкнуть ее и изолировать. Это именно решение, так как в замкнутой системе мафия неизбежно пожрет саму себя, после чего ее можно будет загонять на положенное ей место — в маргинальное подполье. Либо Россия сумеет вылечить себя и тогда постепенно изоляция будет сниматься, либо в конце концов это сделают другие.

РПЦ в данном случае попадает с режимом «за компанию». У неё есть выбор — дистанцироваться. В её истории были периоды, когда она становилась в жесткую оппозицию власти, и это касается не только начального периода Советской власти. Это создавало чрезвычайные проблемы как для самой церкви, так и лично для ее иерархов, однако позволяло снять с себя ответственность за действия власти, которые церковь считала неправильными. Теперь РПЦ полностью ассоциирует себя с действующей властью — и в таком случае пожинает все плоды такого «сотрудничества». Всё, в общем-то, по делу. По-иному не бывает.

По всей видимости, изоляция РПЦ не будет абсолютной — ее иерархам оставляют «окно» для того, чтобы они все-таки сделали выбор. Однако ряд решений (в том числе и по автокефалии Украинской церкви), скорее всего, будут необратимыми.

В тактическом плане такие мероприятия играют на руку правящему в России режиму. Они позволяют ему выстраивать концепцию «осажденной крепости». Кругом враги, сплотимся вокруг вождя. Однако стратегически это проигрышная позиция, и Запад готов к длительной осаде — у него, в отличие от путинского режима, со временем все в полном порядке. Другой вопрос, что во время такой осады хуже всех приходится населению осажденной крепости, но Запад этому населению ничего не должен, а путинский режим плевать хотел на «свой» народ. «Свои» для него другие. Не народ точно

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...

Популярное за неделю

Партия нового типа
Центр сулашкина