Развитие международных санкционных режимов: исторический аспект

Алобан 26.09.2017 6:40 | Политика 16

Авторы: Виолетта Валерьевна Архипова — кандидат экономических наук, младший научный сотрудник (Институт экономики РАН); Олег Олегович Комолов — кандидат экономических наук, младший научный сотрудник (Институт экономики РАН). 

В статье приведён анализ истории санкционных режимов, установленных в разное время западными государствами, преимущественно США и ЕС, против СССР, Китая, Ирана, Ирака, Ливии и Белоруссии. Выделены основные последствия воздействия внешних экономических ограничений на социально-экономическое развития стран, ставших объектом санкций. Авторами сделан вывод о продолжающейся эволюции санкционных механизмов, происходящей в условиях финансиализации мировой экономики. Это обстоятельство постепенно переносит вектор санкционного воздействия с торгово-промышленного в финансовый сектор и сопровождается усилением контроля за глобальными и региональными финансовыми потоками со стороны инициаторов ограничительных мер. 

Опубликовано в научном издании: Российский внешнеэкономический вестник № 3 / 2016.


Экономические санкции как феномен, возникший в XX в., представляют собой распространённый в истории международных экономических отношений инструмент, который нередко применяется в геополитике отдельными государствами или группами стран с целью оказания воздействия на решения оппонентов, проводящих самостоятельный политический курс. Исходя из принципа взаимоувязанности национальных рынков и международного разделения труда, санкции являются своего рода внешним «шоком» и позволяют в определённых случаях разбалансировать экономическое развитие стран-объектов ограничительных мер, заставляя их правительства идти на политические уступки. Кроме того, санкции представляют собой инструмент демонстрирования «мягкой силы» и дают возможность странам-инициаторам добиваться реализации своих целей без дорогостоящего примирения вооружённых сил.

В рамках данного исследования мы ставим задачу оценить потери и провести сравнительный анализ практики тех государств, экономика которых в кон. XX — нач. XXI вв. оказалась объектом воздействия санкционных режимов. Цель подобного ретроспективного анализа состоит не только в оценке влияния санкций на национальную хозяйственную систему, но и в разработке стратегии «быстрого реагирования» на внешние экономические стрессы. В рамках современной стратегической политики, на наш взгляд, должны быть предусмотрены комплексные ответные меры, способные оказать эффективное противодействие санкциям и привести к полному устранению или существенному снижению вероятных негативных последствий. Наиболее показательными в нашем представлении являются примеры СССР, Ирана, Китая, Ирака, Белоруссии и Ливии.


САНКЦИОННОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ЭКОНОМИКУ СССР

Экономические санкции, введённые странами Запада в 2014—2015 гг. против России, не являются для нашей страны чем-то новым и неизведанным. Ранее Европа и Америка неоднократно пытались повлиять на политику СССР через применения различного рода экономических и политических ограничений. Фактически, капиталистические страны вели против Советского Союза перманентную экономическую войну. Впрочем, стоит отметить, что в силу большей устойчивости и самодостаточности экономики СССР в виду её меньшей зависимости от внешней конъюнктуры, риски, связанные с санкциями, для нашей страны были невысоки.

Экономическую агрессию в отношении Советской России страны Запада стали проявлять сразу после событий 1917 г. К наиболее масштабным примерам применения санкций против СССР можно отнести следующее.

1. Сразу после Октябрьской революции странами Антанты в ответ на отказ советской власти от выплат по долгам Российской Империи и национализаций предприятий, принадлежащих иностранному капиталу, были введены торговая и морская блокада. Блокада была снята в 1920 г. в связи с изменившейся в пользу РСФСР ситуации на фронтах Гражданской войны.

Последствием санкций того периода стало снижение объёма внешней торговли РСФСР, который упал почти до нуля. В 1919 г. оборот составил 14,4 млн руб. Для сравнения, в 1913 г. этот показатель равнялся 12,6 млрд руб. [1]. Однако во многом это объясняется общим разрушением всего народнохозяйственного комплекса страны в годы войны.

2. «Золотая блокада» относится уже к послевоенному времени. Она была введена Европой и США в ответ на решение РСФСР о монополизации внешней торговли. С 1925 г. эти страны перестали принимать у СССР золото в качестве оплаты импортного оборудования и технологий, требуя у советской власти расплачиваться нефтью, зерном и лесом. В 1930 г. в качестве «валюты» внешнеторговые партнёры стали принимать только зерно. Вплоть до 1934 г. Советский Союз не мог расплачиваться золотом.

Приблизительно в те же годы Запад объявил Советскому Союзу кредитную блокаду. Такая форма воздействия заключалась в отказе от кредитования советской экономики или предоставлении кредита на невыгодных условиях. Кредитная блокада применялась неоднократно, в том числе и после Второй мировой войны. Однако уже в 1960-е годы кредитные связи СССР и стран соцлагеря с капиталистическим миром стали стремительно развиваться.

Санкции против т.н. «советского демпинга» были введены 1930-е гг. Правительство США обвинило СССР в умышленном занижении цены на некоторые товары, а также в использовании труда заключённых в производстве. Специальные пошлины и ограничения были введены в отношении таких товаров, ввозимых из СССР, как спички, асбест, марганец, пиломатериалы. К санкциям присоединились Франция и Великобритания.

Наложение таких ограничений не возымело ожидаемого эффекта. В 1930 г. объёмы внешнеторгового борота достигли максимума в 9,1 млрд руб., после чего начался спад, как по импорту, так и по экспорту. Причиной тому послужила эффективная реализация программы социалистической индустриализации и реального импортозамещения. В предвоенные годы доля импорта в удовлетворении внутренних потребностей СССР как по средствам производства, так и по потребительским товарам, упала до уровня около 2% [2]. Одновременно, снижение объёмов внешней торговли в 1930-е гг. не помешали Советскому Союзу активно использовать импортные технологии и оборудование при создании тысяч новых заводов и фабрик. Для смягчения последствий торговой блокады, на предприятиях СССР ещё в годы первой пятилетки формировались антиимпортные комиссии, чья деятельность была направлена на оптимизацию планов по закупке импортных товаров в сторону уменьшения, а также выработку механизмов замены закупаемого за границей оборудования отечественным [3].

3. В послевоенные годы США ограничили экспорт оборудования и вооружений в страны соцлагеря, приняв акт об экспортном контроле. Ограничения были фактически сняты в 1970-е годы. В 1949 году США, Великобритания, Канада, Франция, ФРГ, Австралия, Япония и др., объединились в Координационный комитет по экспортному контролю (КОКОМ), который на протяжении десятилетий составлял перечни «стратегических» товаров и технологий, не подлежащих экспорту в страны соцлагеря. Организация была упразднена лишь в 1994 г. 

Влияние данных ограничений на экономику СССР также не стало губительным для страны. Советский Союз сумел обойти ряд ограничений и запретов на торговлю со странами Запада. Кроме того, общая зависимость от экспорта и импорта страны в послевоенные годы оставалась низкой, а значительно расширившийся лагерь дружественных стран давал возможность компенсировать некоторые важные поставки, недоступные из-за санкций. Торговые санкции против СССР и дружественных ему стран создавали трудности и для западного бизнеса. Необходимость подчинять экономические интересы политическим вынуждала европейские и американские компании отказаться от большого рынка сбыта. Так, если в 1948 г. на долю капиталистических стран приходилось около 40% внешней торговли СССР (или 4,4 млрд руб.), то к 1951 г. этот показатель упал как в относительном, так и в абсолютном выражениях — до 17% (3,2 млрд руб.)[4]. В этих условиях руководство СССР предпринимало шаги к нормализации экономических отношений с Западом. 

Для того в 1952 г. в Москве состоялось Международное экономическое совещание, в котором приняли участие представители бизнеса, профсоюзные деятели, ученые и журналисты из нескольких десятков стран. Главным вопросом мероприятия стала попытка совместного поиска возможностей по развитию мирного сотрудничества различных политических систем через развитие экономических связей.

4. В 1974 г. в США была принята Поправка Джексона-Вэника. Эта дискриминационная мера означала отмену режима наибольшего благоприятствования в торговле, ограничение государственных кредитов и кредитных гарантий. Поводом для введения санкций стали законодательные акты, ограничивавшие свободу эмиграции своих граждан СССР.

В первой половине 1980-х годов американские власти издали приказ об использовании экономических мер воздействия на экономику СССР в ответ на введения советских войск в Афганистан. Кроме того, правительство Р.Рейгана попыталось воспрепятствовать строительству газопровода Уренгой-Помары-Ужгород, оказывая давление на участвовавшие в проекте европейские банки и компании.

Последствия такого рода ограничений в отношении СССР также не нанесли значимого урона экономике нашей страны. В первую очередь это произошло потому, что страны Европы, в частности Франция и ФРГ, сохранили договорённости с Советским Союзом, и проект был успешно завершён в 1982 г. Отказ от сотрудничества по такому масштабному проекту означал бы для европейских компаний потерю крупного потребителя оборудования и технологий для нефтегазового сектора в лице СССР и значимые финансовые издержки.

В связи с четырёхкратным ростом цен на нефть в середине 1970-х СССР стал наращивать экспорт энергоресурсов. В результате возросла зависимость страны от мировой конъюнктуры сырьевых рынков. В этих условиях внешние санкции стали более чувствительными для советской экономики. В частности, страны Запада ограничили поставки СССР труб большого диаметра, которые не производились в стране, но были необходимы для строительства газо- и нефтепроводов. В дальнейшем резкое снижение мировых цен на нефть привело к сокращению валютной выручки СССР, что стало одной из причин нарастания дисбалансов в госбюджете.

Важно отметить, что антисоветские экономические санкции носили преимущественно торговый характер и почти не затрагивали финансовую сферу. Тенденция к финансиализации мировой экономики во второй половине XX в. постепенно перенесли сферу применения санкций в финансовый сектор, всё более весомый контроль над национальными экономиками и международными финансовыми потоками концентрировались в руках крупнейших мировых финансовых институтов. Это сказалось на расширении санкционного инструментария, что будет показано ниже на примерах других стран.

Уже в постсоветское время страны Запада несколько раз угрожали Российской Федерации применением различных экономических ограничений. В 1998 г. в условиях экономического кризиса в России Запад всерьёз рассматривал возможность ареста счетов ЦБ РФ для обеспечения оплаты внешних долгов страны. Этот факт является тревожным звонком для России, демонстрирующим, насколько далеко могут пойти западные страны в применении санкций. Учитывая широкий спектр внешнеполитических сателлитов США и возможности этой страны диктовать свою волю многим странами мира, международные резервы России могут быть заморожены, арестованы, конфискованы или национализированы. Кроме того, средства ФНБ и Резервного фонда также хранятся в ряде стран ЕС, а также Канаде и США, вложенные в их ценные бумаги. Сегодня в России всё чаще звучат предложения о выводе резервов страны из стран, присоединившихся к западным санкциям [5].

В начале 2000-х годов санкциям были подвергнуты компании, сотрудничавшие с Ираном в области атомной энергетики. Летом 2008 г. Брюссель обсуждал возможность наложения торгово-экономических санкций, обвиняя РФ в военной агрессии против Грузии, а в 2013 г. США были готовы к введению санкций против крупнейших российских банков за сотрудничество с правительством Б.Асада в Сирии. Тем не менее до реальной экономической агрессии дело так и не дошло.


СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ МЕЖДУНАРОДНЫХ САНКЦИОННЫХ РЕЖИМОВ 1990-Х — 2000-Х ГОДОВ

История современных международных санкционных режимов второй половины ХХ — нач. ХХI вв. включает ряд репрезентативных примеров, анализ которых помогает выявить особенности воздействия санкций на национальную экономику и факторы, усугубляющие или нивелирующие его. В качестве объектов исследования были выбраны санкционные режимы в отношении 5 стран (Ирана, Китая, Ирака, Белоруссии и Ливии), краткие результаты аналитической работы представлены в таблице ниже.

Сравнительный анализ мы будем проводить по двум блокам:

1) характеристикам самих санкций и институциональной среды, в которую они имплементируются (выделены в таблице пунктиром);

2) санкционным последствиям (см. таблицу 1, второй блок).

Прежде всего, определим общие черты, присущие рассматриваемым международным санкционным режимам. На наш взгляд, к ним можно отнести следующее (см. таблицу 1):

— категории стран-участников — так, развитые страны, как правило, выступают субъектами, но не объектами санкций;

— период введения санкций относится к современному этапу развития финансовой глобализации;

— в той или иной мере в каждом из исследуемых случаев санкционный режим является комбинированным, т. е. сочетает торгово-производственные ограничительные меры с валютно-финансовыми (см. таблицу, подсанкционные сферы).

Таблица 1. Сравнительный анализ выборочных международных санкционных режимов

Источник: World Development Indicators. World Bank. Available at: http://data.worldbank.org/products/wdi (assessed 25.09.2013)

На основе анализа удалось установить, что одним из первых экспериментальных проектов по реализации подобных комплексных мер в 1990 г. стал санкционный режим против Китая.

Тогда торгово-экономические санкции были дополнены финансовыми ограничениями в чистом виде, направленными на пролонгацию срока, в течение которого действовало приостановление финансирования китайской экономики со стороны Корпорации частных зарубежных инвестиций и Агентства по торговле и развитию (США)[6].

В ситуации с Ираком торгово-экономические санкции 1990 г., такие как запрет на торговлю всеми видами товаров, кроме медикаментов и продуктов питания, эмбарго на корабли и ограничение воздушного сообщения, только в 1995 г. были дополнены финансовыми мерами. Так, Ираку разрешалось экспортировать нефть и нефтепродукты на условиях исключительно целевого расходования полученных средств: доходы подлежали строгому распределению на закупку гуманитарных товаров (65%), пополнение компенсационного фонда Кувейта (30%) и финансирование административных издержек ООН (5%)[7].

Санкционные режимы в отношении Белоруссии и Ливии также можно назвать комбинированными: ограничения на поездки, эмбарго на оружие и отдельные виды материалов, которые могут использоваться в целях проведения репрессий внутри страны, сочетаются с «заморозкой» активов ряда физических и юридических лиц [8].

В 2010 г. экономика Ирана оказалась под бременем комплексного санкционного режима, работавшего на ослабление трех ключевых направлений: торгово-инвестиционного и технико-технологического развития нефтепромышленности (США), финансового сотрудничества (страны ЕС) и программы ВПК (ООН). В 2011–2012 годах США и ЕС не только усиливали санкционного давление по ранее избранным направлениям, но и существенно развивали валютно-финансовые ограничения в отношении Ирана. Например, в 2012 г. американские власти ввели ограничения в отношении компаний США, иностранные дочерние организации которых осуществляли покупку или способствовали выпуску государственных долговых обязательств Ирана. ЕС расширил список иранских организаций с «замороженными» активами, наложил запрет на осуществление операций с иранскими реалами и сделки между иранскими и европейскими банками, ограничил краткосрочное кредитование и страхование. В 2013 г. со стороны США был осуществлен вывод с финансовых рынков банковских и небанковских посредников, совершающих сделки и держащие активы в реалах, торгующих золотом с Ираном. США также выступили с требованием к Китаю, Индии, Малайзии, Южной Корее, Сингапуру, ЮАР, Шри-Ланке, Турции и Тайваню в течение 180 дней снизить покупку сырой нефти у Ирана [9]. 

Таким образом, даже немногочисленные схожие признаки анализируемых санкционных режимов позволяют сделать важные выводы: а) санкции, в особенности финансовые, — это дискриминирующий инструмент воздействия на национальную экономику, главным образом, со средним или низким уровнем развития финансового сектора; б) санкции отражают наличие стратегии политической конкуренции и игровой тактики выстраивания международных отношений; в) в истории международных экономических отношений происходит непрерывная апробация и эволюция санкционных механизмов, ключевой тенденцией которой в период начавшейся в кон. ХХ века финансовой глобализации является системность применения и постепенное с 1990-х годов сосредоточение санкций на сфере финансов с целью массированного прямого и косвенного воздействия на национальный финансовый сектор стран-объектов ограничительных мер и усиление контроля за глобальными и региональными финансовыми потоками. 

Перейдем к анализу отличительных черт исследуемых исторических примеров международных санкционных режимов.

Во-первых, страны-объекты санкций представляется целесообразным разделить на две группы:

1) развивающиеся нефтедобывающие государства (Иран, Ирак, Ливия);

2) ранее страны с переходной экономикой и ныне государства с формирующимся рынком (Китай и Белоруссия).

Подобное условное разделение позволяет предполагать, что страны с отчетливо выраженным экономическим моноцентризмом (т. е. при доминировании в национальной экономике одной сферы) в большей степени подвержены негативному эффекту финансово-экономических санкций. На анализируемый период энергетический сектор Ирана приносил до 70–80% экспортных доходов и 50% общих доходов экономики страны. Витальной и для Ирака являлась зависимость от доходов нефтяной отрасли: в 1990 г. экспорт нефти составлял 75% национального ВВП [10].

Во-вторых, на фоне исследуемых стран по длительности ограничительных мер резко выделяется Иран, экономика которого, начиная с 1979 г., неоднократно испытывала дополнительную санкционную нагрузку и находилась под бременем прогрессирующего режима санкций (поэтому в таблице Иран стоит на первом месте). Таким образом, на примере Ирана можно проследить то, как экономические санкции проходят длительную апробацию, а их воздействие прослеживается с лагированным умеренным эффектом.

В-третьих, различаются причины введения санкционных режимов (см. таблицу 1). Ограничения против Китая инициировались в связи с драматическими событиями на площади Тяньаньмэнь в 1989 г. по подавлению демонстрации силами военных подразделений (внутренняя угроза). Санкции в отношении Ирака устанавливались со стороны ООН в ответ на военное вторжение в Кувейт (внешняя угроза).

Внешним мотивом для введения антииранских санкций, как правило, называют ослабление мировой безопасности, в частности исследовательские разработки в области развития ядерной программы и обогащения урана (глобальная угроза). Комплексные санкции в отношении Белоруссии и Ливии характеризуются нами в большей степени как личностные или персонифицированные. Объектами антибелорусских санкций стали действующий глава государства А.Лукашенко, его непосредственные сторонники и сподвижники (как физические, так и юридические лица), антиливийские санкции распространялись на лидера ливийской революции М.Каддафи и его ближайшее окружение. Персонифицированные финансовые санкции уже встречались в истории: в 2000-е годы в Иране «заморозке» подверглись активы лиц, поддерживавших или непосредственно участвовавших в производстве оружия массового поражения, и применялась их финансовая изоляция (объектами санкций стали 8 иранских и иностранных организаций).

В-четвертых, отличаются внешние и внутренние условия, в которых оказались страны-объекты ограничительных мер в период установления и развития санкционных режимов. В нашем толковании речь идет о наличии факторов, усиливающих негативное влияние санкций на национальную экономику в каждом конкретном случае. Их наличие отмечается для Ирака (преимущественно внешние) и Ирана (внутренние и внешние). Эффективность антииракского санкционного режима, в том числе, обусловлена сложившейся в 1990-е годы напряженной геополитической ситуацией (с пятью из 6 ближайших стран-соседей Ирак находился в «натянутых» дипломатических отношениях или в состоянии войны).

Общие последствия санкционного режима на финансирование иранской экономики, по нашему мнению, можно охарактеризовать с помощью следующей количественной экспертной оценки распределения многофакторных нагрузок на Иран: 20% финансово-экономических проблем вызваны воздействием санкций, 80% из них — негативными структурными особенностями и неэффективным управлением [11]. Так, санкции выступили для Ирана своеобразным «подарком свыше»[12], который должен был заставить страну встать на путь преодоления внутренних противоречий, накопившихся в национальной экономике.

В качестве конкретного примера, доказывающего объективность приведенной количественной оценки, можно привести процесс обесценения реала (см. таблицу 1). Выделяют четыре причины девальвации:

1) длительное поддержание завышенного курса реала;

2) ошибочную ставку на переоценку курса национальной валюты при борьбе с инфляцией и безработицей;

3) финансово-экономические санкции;

4) утрату доверия населения к правительству страны. Таким образом, девальвация реала стала внутренним «продуктом» иранской экономики, в то время как санкции выступили своеобразной лакмусовой бумажкой имеющейся проблемы [13].

Кроме того, Иран, Белоруссия и Ливия были объектами санкций в тяжелый период возникновения и развития острой фазы (2007–2009 годы) глобального финансово-экономического кризиса и после ее рохождения.

В-пятых, существенно разнятся последствия санкционных режимов для национальной экономики. Можно условно выделить три следующих типа влияния санкций на анализируемые государства (см. таблице 1):

— минимальный внешний эффект без изменения общего тренда развития внутренней экономики. Им отметились таньаньмэнские санкции, которые не оказали существенного воздействия на основные экономические показатели Китая. Например, за 1990—1994 гг. импорт и экспорт товаров из развитых стран повысились на 5%, чистый приток в страну прямых иностранных инвестиций в % к ВВП увеличился [14].

На основе анализа данных Мирового банка нами сделан вывод, что санкции в отношении Белоруссии и Ливии оказали минимальное негативное воздействие на национальные экономики этих стран, причем в ряде случае отмечается наличие ряда положительных результатов. 

Несмотря на то что в Белоруссии под санкционный режим попадали такие компании, как Белнефтегаз, Неонафта и ТрайплЭнерго (позже стала носить название Энерго-Оил), активный торговый баланс этой страны с государствами ЕС в 2012 г. составил 8,3 млрд долл., т.е. по сравнению с аналогичным показателем 2011 г. увеличился почти на 19%. В рейтинге «Doing Business» 2014 г. Белоруссия поднялась с 64 на 63 место, тем самым не только повысив привлекательность внутреннего бизнес-климата, но и создав конкуренцию для России (92 место) и Украине (112 место)[15]. Отметим также, что Белоруссия является членом Евразийского экономического союза и Союзного государства с РФ, что обеспечивает этой стране дополнительное преимущество в поддержании торговых потоков особенно во время испытания национальной экономики санкционными мерами [16]. Подчеркнем, что эффект «замещения» торговых партнеров в наиболее «острый» период санкционного режима для обеих стран присутствовал, но был сравнительно небольшим [17]. 

Умеренный эффект, отражающий многофакторное совокупное воздействие внешних и внутренних «шоков» на национальную экономику. В нашем исследовании такая характеристика дается антииранскому санкционному режиму (см. таблицу 1). К прямым негативным последствиям санкций в отношении Ирана относятся следующие:

— существенное сокращение доходов страны от продажи нефти: по оценкам Bloomberg, с середины 2012 г. Иран столкнулся с ежегодными потерями доходов в 48 млрд долл. США (или примерно 10% иранской экономики). В 2012 г. совокупные нефтяные доходы Ирана составили 69 млрд долл. (т.е. на 27% ниже аналогичного показателя за 2011 г.). С учетом снижения объемов нефтедобычи и инвестиций в энергетический сектор издержки Ирана оцениваются примерно в 100 млн долл./день или 5 млрд долл./мес. [18]

— возникновение дополнительных издержек: сухопутные нефтехранилища Ирана объемом 25 млн баррелей оказались занятыми нераспроданной нефтью, поэтому в 2012 г. стране пришлось закупить у Китая 12 супертанкеров [19].

— уменьшение объемов экспорта товаров из развитых стран в % от общего экспорта товаров в 2013 г. примерно на 22% от уровня 2010 г. Это привело к эквивалентному увеличению показателей по развивающимся странам ряда регионов (см. рисунок 1). Аналогичная картина наблюдается по иранскому импорту товаров. Процессом, оказавшим существенное противодействие негативным последствиям от санкций, во многом стало сохранение и поддержание российско-азиатского вектора торгово-инвестиционных отношений.

Рисунок 1. Иранский экспорт товаров по группам торговых партнеров, % от общего экспорта товаров. Источник: World Development Indicators. World Bank. Available at: http://data.worldbank.org/products/wdi (assessed 25.09.2013)

— ухудшение имиджа Ирана, переход на 3 место в рейтинге крупнейших экспортеров ОПЕК.

— чистая санкционная нагрузка на финансовый сектор экономики Ирана определяется экспертами через объем резервов в иностранной валюте за 2012 г. — примерно 100–150 млрд долл. США, поскольку это называемый «путешествующий капитал», работающий на экономику других стран [20].

— максимальный внешний эффект со сменой общего тренда внутриэкономического развития. Антииракские санкции оказались разрушительным внешним макроэкономическим стрессом для национальной экономики страны и являются, по нашему мнению, беспрецедентными в истории международных отношений (см. таблицу 1). Их последствия отмечаются с чистым негативным эффектом, особо можно выделить следующие из них [21]:

— за год действия санкционного режима: катастрофическое сокращение реальных доходов населения на 90% (за 1991–1996 годы — на 40%), «истощение» ВВП;

— резкий спад нефтепроизводства на 85%, результатом которого, согласно региональной статистике Ирака, стало падение промышленного производства на 80% по оценке 1997 г.;

— обвал показателей импорта Ирака за 1988—1991 гг. в 26 раз 22 (эффект «замещения» торговых партнеров прослеживается на примере динамики экспортных данных, рисунок 2);

— критическое обесценение национальной валюты;

— демографический кризис: увеличение смертности населения с 50 чел./100 тыс. чел. в 1989 г. до 117 чел./100 тыс. чел. в 1997 г.

Изучаемые исторические примеры вводимых международных санкционных режимов мы также упорядочили по уровню их влияния на национальные экономики стран-объекты санкций. Была выстроена следующая цепочка по нарастающей степени анализируемых показателей:

Рисунок 2. Иракский экспорт товаров по группам торговых партнеров, % от общего экспорта товаров. Источник: Источник данных: World Development Indicators. World Bank. Available at:

http://data.worldbank.org/products/wdi (assessed 25.09.2013)

Рисунок 3. Ранжирование стран по убывающей степени воздействия санкций на их национальную экономику

На основе анализа развития санкций сделаны следующие выводы:

— несмотря на существенные различия санкционных режимов, практически все они представляют собой попытку достижения политических целей посредством ослабления национальной экономики и снижения уровня общественного благосостояния в странах-объектах санкций;

— развитие санкционного инструментария происходило экспериментальным путем: поначалу чисто финансовые санкции, главным образом, не достигали желаемого эффекта, поэтому страны-субъекты ограничительных мер в ряде случаев переходили от так называемого «мягкого» воздействия и применению «жесткой» военной силы;

— в настоящее время механизмы санкций в глобальной экономике прошли период апробации и образовали распространенный и мощный, до сих пор совершенствующийся инструментарий воздействия на финансовый сектор национальной экономики стран с развивающимися и формирующимися рынками.


ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ

Данная работа особенно актуальна для России, оказавшейся с 2014 г. объектом комплексного и преимущественно финансового санкционного режима.

На основе нашего исследования предлагаются следующие рекомендации для нивелирования негативного эффекта, производимого со стороны санкционного внешнего стресса: 

а) крайне необходима диверсификация национальной экономики, поскольку в число наиболее пострадавших от санкций стран входят именно государства с моноотраслевым трендом экономического развития; 

б) важна разработка стратегии формирования международной инвестиционной позиции, объемов накопления и валютного содержания международных валютных резервов, снижение уровня долларизации экономики; 

в) активное участие в подготовке и реализации проектов финансовых реформ на глобальном, региональном и национальном уровнях.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Внешняя торговля СССР за 20 лет 1918—1937 гг. (Статистический сборник) // URL: http://istmat.info/node/22114

[2] Катасонов В. Экономические войны и экономические санкции (II) // Фонд стратегической культуры, URL: 02.02.2015, http://www.fondsk.ru/news/2015/02/02/ekonomicheski-vojny-i-ekonomicheskie-sankcii-ii-31569.html

[3] Ильюхов А.А., Вынужденная автаркия: исторический опыт // «Актуальные проблемы экономики и права». 2015. № 1 С. 28.

[4] Сорокин А. Послевоенные санкции против СССР: Взгляд с запада // Родина № 8, 2015, С. 123.

[5] Рункевич Д., Малай Е. Средства ФНБ и Резервного фонда предлагают вывести с Запада // Известия, 13 августа 2014 URL: http://izvestia.ru/news/575143

[6] Rennack D. E. China: Economic Sanctions. Congressional Research Service. Report for Congress. 2006. Febriary 1. P. 2–3; Furuoka F. Japan’s Foreign Aid Sanctions Policy Toward China. Munich Personal RePEc Archive. 2007. December 12. P. 14.

[7] Источники данных: UN Sanctions Against Iraq. DTI Guidance Note. Edition 7. March 2001. P. 2; Boone P., Gazdar H., Hussain A. Sanctions Against Iraq. Costs of Failure. Report for Center for Economic and Social Rights (CESR) on the impact of United Nations-imposed economic sanctions on the economic well-being of the civilian population of Iraq. November 1997. P. 38.

[8] Annual review of European Union’s restrictive measures against Belarus: Economic Sanctions should be made effective by closing loopholes and counterbalancing delisting with additional listings. A policy brief and recommendations by the Working Group on Investment of the Committee of International Control over the Human Rights Situation in Belarus. October 2013. Р. 4–21; http//:europeansanctions.com/eu-sanctions-in-force/Belarus/; International Trade Alert. International Sanctions Against Libya. Akin Gump Strauss Hauer & Feld LLP. February 2011. Р. 1–2; http//:europeansanctions.com/eu-sanctions-in-force/Libya/

[9] Источники: World Development Indicators. World Bank. 2015. Available at: http://data.worldbank.org/products/wdi. (assessed 12.08.2015).; Gordesman A.H., Gold B., Coughlin-Schulte C. Iran — Sanctions, Energy, Arms Control, and Regime Change. Centre for Strategic & International Studies (CSIS). January 2014. P. xi-xvii, 40–43, 45, 48–49; Sumlenny S. Sanctions Affecting International Business. Russia Briefi ng. The Practical Applications of Russian Business. Issue 10. August 2014. P. 8.

[10] Источник данных: World Development Indicators. World Bank. Available at:

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Партия нового типа
Центр сулашкина