Россия как государство и цивилизация

Русранд 2.03.2018 7:26 | Политика 87

Государство — это не корпорация бюрократов-чиновников, которые иногда вороваты, иногда неэффективны, иногда строят мост в тупик на остров Русский. Это не аппарат сервисного государства, как нас учит либеральная школа: вы платите налоги, а государство вам оказывает услуги. Есть в нашей теме нечто очень важное и содержательное.

Государство — это социальная оболочка высшего уровня, которая в исторической эволюции придумана человеческим обществом для защиты и обеспечения общего блага, интересов большинства.

Это сложная конструкция (рис. 1), которая находится в условиях внешнего средового факторного воздействия. Для России оно было некомплиментарным с точки зрения условий и места развития и не слишком дружественным с точки зрения исторического геополитического контекста. Но важнее то, что мы понимаем под государством территорию, народ и единое государственное управление, которые находятся в условиях факторного воздействия (сверху и снизу). Это триединство в руках общества, политической системы, руководителей всех инфраструктур того, что мы называем государством, а лучше бы называть страной.

Рис. 1. 1150 лет нашей Родине, нашей стране, нашему государству. Что это такое?

Есть тонкое различие между смыслами понятий «государство» и «государственность». «Государственность», что следует даже из этимологии, — это некая характеристика. Характеристика чего? Характеристика потенциалов государства. Если высоки потенциалы — то и государство сильно, устойчиво, жизнеспособно, а если потенциалы низки, то государство может и распасться. Поэтому вопрос активной повестки для ученого, экспертного, политического сообщества и гражданского общества в целом заключается в том, чему нас учит история и от чего зависит успешность нашего государства. Она заставляет нас ввести строго научное понятие агрегированного показателя успешности или жизнеспособности государства, обнаруживать причинно-следственные связи между тем, что доступно нам в настройке «ручек» управления государством и государственностью, исходя, конечно, из всеобщего желания успеха нашей стране.

История, как мы видим, и драматична, и поучительна (рис. 2).

Рис. 2. Зарождение, история развития и вызовы российской государственности

Линейная эволюция и прогресс чередовались с катастрофами и провалами: в 1917, 1991 гг. Вызов современности заключается в вопросе, куда направлена историческая траектория современной России: в сторону ее успешности или неуспешности. Эту оценку трудно делать для сложной социальной системы, которая характеризуется очень большим количеством показателей развитости.

На рис. 3 можно видеть десятки статистических показателей: гуманитарных, финансовых, экономических, политических и иных — для России это данные Росстата, здесь нет места вкусовщине или политической ангажированности.

Рис. 3. Успешность и неуспешность развития государства

Для исторического окна 1980—2012 гг., окна с колоссальными историческими переменами для нашей России, применено очень маленькое математическое преобразование. Дело в том, что каждый статистический показатель подвержен оценке с точки зрения очевидного и элементарного критерия — успешно или неуспешно, хорошо или плохо. Следуя этой логике, можно сказать, что смертность — это плохо, а рождаемость — хорошо, что суицидальность — негативный показатель, а рост ВВП — позитивный.

И это совершенно консенсусный подход, несмотря на разные политические воззрения и научные школы. Математическое преобразование позволяет увидеть со знаком плюс пространство успешности по всем этим частным показателям и со знаком минус — пространство неуспешности. Нормируя на начало периода, мы можем видеть динамику интегративной успешности страны. У Китая развитие идет вполне бурно и успешно, особенно успешно — с момента распада СССР. И этому есть объяснение материальное: переносы через границу. Распадающийся СССР был донором.

Для США, Японии, других сопоставимых стран мира этот показатель успешности вполне верифицируем и доказан. Россия с момента 1985 г. — момента перестройки сменила направление своей успешности. С распадом СССР этот показатель попал в отрицательную область и с тех пор оттуда не выходит. И этот вызов неостанавливающейся деградации страны очень серьезен потому, что потенциал государственности декомпозируется в строгом причинно-следственном факторном анализе, верифицируемых связях (рис. 4).

Рис. 4. Государство и государственность

Территория — это и оборона, и инфраструктура, это и ответы на условия места развития. Народонаселение — это здоровье и культура, образование и язык, религия, которая формирует и консервирует мировоззрение населения. Это ответы на вызовы, которые общество даеет в своей эволюции в адаптации. И это, конечно, потенциал государственного управления, который может быть компетентным, патриотичным и ориентированным не на собственные проблемы чиновников, а на решение проблем страны, хотя бывает и наоборот. И все это проецируется на тот реальный выбор, который мы в состоянии анализировать для современной России в ставке рефинансирования Центробанка, которая превратила его в коммерческий экспортный нефтегазовый банк, в проблемах приватизации, в затеях децентрализации и грядущего уничтожения администраций сельских поселений, которые нанесут колоссальный удар по потенциалу государственности России.

Государства, цивилизации, сложные социальные системы (рис. 5) — они, как и биологические виды, в факторном пространстве (это горизонтальные оси, и их, конечно, больше, чем две) в эволюционно-исторической перспективе отвечали на вызовы и формировали адаптивные т.н. поверхности успешности.

Рис. 5. Историческая адаптация форм и управляемых факторов и жизнеспособность государства

Разные страны, разные цивилизации не лучше и не хуже друг друга, они просто разные. Успешность той или иной страны, того или иного государства в этом реальном факторном пространстве действительно имеет унимодальный или экстремумный вид и характерна для каждой страны. То, что хорошо для США (рис. 6), совсем необязательно сыграет положительную роль для России, но это, к сожалению, сегодня слабо учитывается.

Рис. 6. О законе успешного развития страны

Пары сравнений поверхности успешности для разных стран (Россия и Великобритания, Россия и США, Саудовская Аравия и Китай) (рис. 7) показывают, что каждая страна имеет свои уникальные коды успешности.

Рис. 7. Российские решения должны быть цивилизационно-идентичны

И интегративный коэффициент жизнеспособности страны для России выглядит измеримым, верифицируемым и на деле управляемым (рис. 8).

Рис. 8. Потенциал государственности — коэффициент жизнеспособности. Российская история

Наша (конечно, не либеральная) российская научная школа даеет сейчас экспертному сообществу и политическому руководству страны методологию того, что и как нужно сделать в государственном управленческом выборе (со ставкой рефинансирования, с долей государственной собственности в структуре имущества, с долей государственных расходов в структуре ВВП, с долей зарплатоеемкости в структуре ВВП, с пропорциями бюджетных затрат на науку, культуру, образование, здравоохранение), чтобы направить Россию в противоположную сторону от траектории, которая сейчас направлена вниз.

Стоит также посмотреть на макроисторическое окно (рис. 9) в режиме, как мы это называем, «бэксайта» — прогнозирования прошлого (это совершенно строгая методология, точно такая же, как форсайт-прогнозирование). Видно, что линейная историческая и футурологическая траектория жизнеспособности и государственности России в сегодняшней либеральной девиации провалилась.

Рис. 9. Коэффициент жизнеспособности России в ее мегаистории

И когда нам говорят «как в цивилизованных странах, например США», то наш прогноз показывает, что либеральная конструкция, нацеленная не на духовные, а на меркантильные ценности, не на коллективизм и кооперацию в человеческом сообществе, а на индивидуализм, — это тупиковая ветвь будущего, где самого будущего, по сути, нет. Показатель успешности страны очень серьезен, и один из критериев его истинности заключается в том, что коэффициент жизнеспособности России получен разными методами, разными и независимыми научными группами.  На рис. 10 сопоставлены наши результаты, представленные верхней кривой, и результаты, полученные в группе математического моделирования под руководством академика Садовничего. Как видно, они очень корреспондируют, они действительно ухватывают закон социального движения крупной социальной системы, каковой является наша страна, страна-цивилизация.

Рис. 10. Жизнеспособность и геополитический статус России

Проблема состоит в том, что если на сегодняшний день Конституция запрещает идеологию, единую для страны, то это означает на деле, что запрещается набор ценностей, который адаптационно страной в своей истории выработан, заключен в культурных кодах, кодах поведенческих и мотивационных. Страна без этих кодов и ценностей успешной быть не может.

Очень серьезен вопрос о модели страны (рис. 11).

Рис. 11. Что такое цивилизационно-идентичная адаптационная «модель успешности страны»

Ее выбор проецируется на конкретные управленческие государственные решения, есть установление связи между параметрами управленческого выбора (вектор Х) и желаемыми характеристиками развития нашей страны (рис. 12 и табл. 1, 2). Демографическими, экономическими, гуманитарными, внешнеполитическими и т.д.

Рис. 12. Что такое «модель страны»

Буква «F» на рис. 12 — это на самом деле то творчество и та практика современного государственного управления, вклад в которые, конечно, должны давать мы с вами — эксперты, научное сообщество, гражданское общество, предлагая власти решения, ожидая и требуя их от нее.

Таблица 1. Независимые параметры в государственном управлении. {Хn} — факторный выбор управленца

Таблица 2. Зависимые параметры в государственном управлении. {Yn} — получаемый результат развития

Конечно, можно к научной дискуссии относиться с сомнением, особенно к таким коротко и конспективно излагаемым методологиям, теориям, доктринам и выводам. Но посмотрим на реальные феноменологические показатели. Это чистая статистика, но стандартизованная и агрегированная в пространстве двух латентных независимых факторов.

На изображении поверхности успешности России 1980-х гг. видно, что мы были почти в оптимуме исторического могущества страны, максимума потенциала государственности нашей Родины (рис 13–16). Но прошли мимо, СССР не нашел этого оптимума, он промахнулся, и с 1990-го по 2000 г. Кривая успешности пошла заметным образом вниз.

Рис. 13. Феноменологическая поверхность успешности России. 1980—1990 гг. СССР

Рис. 14. Феноменологическая поверхность успешности России. 1990—2000 гг.

Рис. 15. Феноменологическая поверхность успешности России. 2000—2010 гг.

Рис. 16. Поверхности успешности России с 1980 по 2010 гг. Губительный либерально космополитический выбор

Важнее всего сегодняшний период 2010–2010-х гг., который называется «периодом стабилизации». Но иногда кажется, что стабилизация и паралич развития — это не тождественные вещи. Спуск коэффициента успешности страны и здесь очевиден. Находясь на пике цивилизационной идентичности страны, выработанной ею адаптивно за тысячу лет, мы пошли в сторону, надеясь, что попадем на пик, который демонстрируют западные соседи. Но между этими двумя пиками (см. рис. 16) есть провал и есть очень большая угроза краха.

Зная истинную поверхность успешности для России, можно на самом деле выбрать модель успешной России, адекватной ее истории, адекватной ее цивилизационному профилю. Эта модель вычислена: какая должна быть ставка рефинансирования, доля государственных расходов в структуре ВВП, всего показателей около 70, и они, конечно же, должны быть реализованы. Но они в разы (!) отличаются от современных государственных решений (табл. 3).

Таблица 3. Показатели действующей и оптимальной модели России

И последнее, что я хочу предложить вашему вниманию.

Цивилизация — это не вкусовая категория. Кому-то кажется, что именно различия в культуре или религии дают основу для цивилизационной идентичности. Но важнее то, что все зависит от человека. Мотивации, которые формируют его мировоззрение как мнение, намерения и действия, форматируют все, что мы имеем в нашей стране. Ценности-мотиваторы — отношение к труду или ростовщичеству, отношение к любви или к секс-удовольствиям, отношение к коллективизму или индивидуализму, отношение к альтруизму или корыстности и стяжательству — эти шкалы позволяют получить ценностный профиль цивилизации. От этого прежде всего зависит, какова будет успешность страны. И когда нам на самом верху совсем еще недавно говорили, что мы Европа, наши ценности от европейских не отличаются, то это было глубокой ошибкой, особенно если европейцев спросить, что они по этому поводу думают (рис. 17).

Россия сама находила свои коды успешности, как и западная цивилизация — свои.

Рис. 17. Сопоставление современного ценностного «профиля» русской российской и европейской цивилизации

Российский успех в истории всегда был связан с ее духом, ведь побеждали в битвах в меньшинстве (рис. 18).

Рис. 18. Соотношение численности войск в крупнейших военных победах России

Побеждали наши российские спортсмены и олимпийцы с динамикой успешности, но с переломом в 1985 г. Неидентичная либеральная космополитическая модель современной российской жизни не работает. Когда российскому олимпийцу обещают в 7 раз больше, чем американскому, выигрывает последний, а не современный российский меркантилизируемый спортсмен, для которого флаг страны не слишком важен (рис. 19).

Рис. 19. Олимпийские «результаты» неидентичной либеральной космополитической России (доля золотых наград на летних олимпиадах)

На рис. 20 показана жизнеспособность страны, в т.ч. в современном историческом окне, и ее цивилизационная идентичность.

Рис. 20. Связь цивилизационной идентичности России и ее успешности (жизнеспособности)

Формула цивилизационного успеха России — это дух и коллективизм, а не меркантилизм и конкуренция в режиме социал-дарвинизма и коммерциализации; это служение воина Отечеству, а не зарабатывание денег наемником; это труд, а не ростовщичество и социальный паразитизм; это любовь, семейность и детность, а не «удовольствие»; это не стяжательство и не накопительство. Собственно, ничего нового — это те ценности, которые исторически российское общество вырабатывало, консервировало, защищало, претворяло в жизнь, то, что вписано в тысячелетнюю историю русского православия, других традиционных российских религий.

Миссия России в мире лежит прежде всего в идейно-духовной сфере. Но вызов современной России — это как раз то самое зло, которое завелось в ней самой. И как всегда в истории страны, выход заключается в одном: «бесы» и «бесовщина» должны быть преодолены.

Прогноз оптимистичен: форсайт футурологического макроразвития страны говорит о том, что после бифуркационной точки современного вызова Россия будет иной. Как в русской сказке: жила-была историческая Россия. Стала она Советской Россией. А та вдруг превратилась в постсоветскую Россию — либеральную и космополитическую. Но будет Россия и постлиберальной! Такая Россия будет. Ее гуманитарные, экономические и все потенциалы государственности вернутся на свою глобальную историческую траекторию. Россия будет всегда!

Степан Сулакшин


Автор Степан Степанович Сулакшин — председатель Партии нового типа, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор.

Доклад на Всероссийской научно-общественной конференции «Российская государственность: исторические традиции и вызовы XXI века» (Великий Новгород, 19 сентября 2012 г.).

Фото: Памятник Петру I «Царь-плотник» на Адмиралтейской набережной Санкт-Петербурга. Источник: Светлана Викторовна, rasfokus.ru

#ПрограммаСулакшина

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Партия нового типа
Центр сулашкина