Вызов неизбежной грядущей властно-идеологической инверсии, реанимации и реабилитации страны — IV

Завершаем публикацию главы 3.7 первого тома новой фундаментальной коллективной монографии «Россия и мир. Российский мировой проект», в которой рассмотрен вопрос о роли мировой миссии России в истории и в формировании потенциалов российской государственности. Российский мировой проект видит мир, отличным от американоцентричной глобалистской модели. Нашей стране предстоит возврат к своей органической роли в мире.

В данной части рассматривается проблема временной развертки и перспектив грядущей властной трансформации.

Предыдущие части главы доступны здесь: I, II, III.

Авторы 2-х томного труда Центра «Россия и мир. Российский мировой проект» под общ. ред. С.С.Сулакшина:

Сулакшин С.С., Багдасарян В.Э., Балмасов С.С., Безруков А.Э., Белов П.Г., Богдан И.В., Вершинин А.А., Вилисов М.В., Генюш С.В., Гудков Д.Д., Ермолов М.О., Каримова Г.Г., Кравченко Л.И., Куропаткина О.В., Колесник И.Ю., Лексин В.Н., Орлов И.Б., Путинцев И.С., Сазонова Е.С., Тимченко А.В., Хвыля-Олинтер Н.А., Шестопалова А.В., Шишкина Н.И.

Фото: Один из самых больших неосуществленных архитектурных проектов в истории — Дворец Советов — символ Победного Социализма и новой Москвы.

ВРЕМЕННАЯ РАЗВЕРТКА ВЛАСТНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ

В среде патриотически мыслящей части российского «образованного класса» циркулирует наивное убеждение о потенциальном быстродействии строительства контрэлиты. Несколько лет — и может быть создана функциональная партия патриотов. Стоит только кинуть клич…

Быстрота, с которой новообразованные партии входят во власть, при существующих ресурсных требованиях к такого рода прохождению прямо указывает на санкционируемый (суррогатный) характер их продвижения.

Быстрый характер осуществляемых думских инкорпораций есть индикатор, что смены властной элиты посредством их осуществления не происходит. Реализуются технологические манипуляционные проекты действующей властной группировки («кремлевские проекты»). Понятно, что задачу смены парадигмы развития страны производные от власти политические партии не будут решать[21].

Мировой опыт строительства успешных политических партий, исторически реализовывавших задачу смены элитной корпорации и парадигмы, указывает в первую очередь на продолжительность реализации таких проектов. Настоящая контрэлита не может возникнуть одномоментно. Для ее формирования нужно время. Соответствующий временной интервал необходим также для решения задач пропагандисткой экспансии.

Каковы эти сроки? Определение их продолжительности осуществлялось посредством анализа дат создания соответствующих контрэлитных партий и прихода их к власти в разных странах и периоды истории. Обоснованность полученных выводов обеспечивается охватом максимально широкого количества стран[22]. Всего для анализа была доступна история 179 партий. Критерием отбора была осуществляемая при приходе их к власти смена элитной корпорации (правящего класса). Главный вытекающий из обобщения мирового опыта партийно-элитных трансформаций вывод заключается в подтверждении выдвинутого выше тезиса о длительности временной развертки осуществления властных трансформаций. Истории известны и примеры краткосрочной (до трех лет) сборки новой элиты. Но они — прецедентны, составляя всего 3,9% от числа контрэлитных трансформаций. Усредненный размер временного периода от образования партии контрэлиты до прихода ее к власти составляет 17,5 лет.

Организационно новая партийная структура может быть выстроена и раньше. Однако нужно время — поколенческий срок для формирования идейно новой когорты политиков. Вообще говоря, эта продолжительность близка к возрасту поколения. Революции и перемены всегда были, как и любые инновации в развитии, уделом молодых поколений.

Частотное распределение указанных временн х интервалов приведено на рис. 3.7.7.

Рис. 3.7.7. Период времени от образования партии до прихода ее к власти по опыту стран мира

Чаще всего сценарий прихода к власти контрэлитных партий реализовывался в интервале 7–9 лет. Это означает, что если, например, в 2012 г. в связи с естественной — под выборы президента — активизацией политического процесса в России, будет создана настоящая партия контрэлиты, то наибольшая вероятность осуществления элитной трансформации придется на 

Партийное строительство должно, таким образом, в значительной мере ориентироваться на процесс поколенческих переносов. Закрытая в кадровом отношении партия обречена на постепенное угасание. Примером тому служит КПРФ. Для достижения итогового успеха должна быть создана модель непрерывной регенерации и переноса партийных ценностей в поколениях. Приведенные расчеты могут вызвать сомнение по части применимости к России усредненных по миру показателей. Ротации элит в карликовом государстве, действительно, могут быть принципиально иными, чем на больших геополитических пространствах. Прежде всего, это различие должно относиться к срокам осуществления властных трансформаций. Для проверки этого вопроса аналогичный расчет был проведен по партиям, представляющим крупные страны. Наряду с Россией в этот список вошли Канада, Китай, США, Бразилия, Австралия. Усредненный по этим странам временнóй интервал от образования контрэлитной партии до ее прихода к власти составил 14,6 года.

Диапазон отклонений по странам оказался в допустимых рамках, позволяющих говорить об определенной устойчивости вывода. В странах с развитой электоральной системой срок осуществления властных трансформаций оказался меньше. Наименьший среди крупных стран — в США. Напротив, в государствах с сохраняемыми элементами традиционного общества — Китае и Бразилии этот показатель наивысший. Характерно, что временной интервал прихода к власти РСДРП(б) оказался наиболее близким к усредненному по большим странам значению. Следовательно, опыт ее становления может быть рассмотрен в качестве некого исторического стандарта (рис. 3.7.8).

Рис. 3.7.8. Временной интервал до прихода контрэлитных партий к власти по крупным странам мира

Наиболее значимым практическим результатом является доказательство необходимой долгосрочности реализации планов властно-управленческих трансформаций. Статистически обобщенный мировой исторический опыт партийной содержательно-оппозиционной борьбы указывает на необоснованность упований на быстрый успех. Для осуществления трансформации нежизнеспособной модели России как страны нужна длительная, кропотливая, стратегически рассчитанная на достаточно длительную перспективу «работа» многих факторов.

Проблема состоит в нахождении кадров политического и управленческого обеспечения процесса модернизации. Где взять ту элиту, на которую мог бы опереться национальный лидер в реализации задач модернизации? Сформированная по номенклатурному принципу «Единая Россия» на роль генератора модернизационных кадров явно не подходит. Единороссовские структуры скорее нужно рассматривать как одну из проблем будущей модернизации. Выборы в Государственную думу 2011 г. показали существенное падение авторитета «Единой России» в народе.

Актуален вопрос о нахождении ниш формирования политических контрэлит. Включенная в схемы номенклатурных распределений номинальная оппозиция также не имеет модернизационного потенциала. Из факта отсутствия контрэлит, ориентированных на укрепление жизненных потенциалов России, следует задача их формирования. Контрэлиты формируемы. Нигде и никогда они не существовали как изначальная данность.

Определенные технологические аналогии могут быть обнаружены в опыте подготовки кадров большевистской революции. В центре внимания здесь мог бы оказаться долгосрочный ленинский план формирования революционной партии нового типа («нового ордена меченосцев»). Почти полтора десятилетия, начиная со II съезда РСДРП, ушло на его реализацию. Контрэлита не создается по опыту современных российских партий в преддверии выборов. В коротких предвыборных политических спуртах рождаются только политические торговые марки, не более. В современной российской ситуации речь идет о достаточно длительно реализуемой задаче. И здесь множество практических вопросов — от нахождения финансовых источников до организации печатных изданий — составляют ценный в плане технологий опыт ленинского контрэлитного партстроительства.

ПЕРСПЕКТИВЫ ГРЯДУЩЕЙ ТРАНСФОРМАЦИИ

Перспектива трансформации обнаруживается для современной России в двух противостоящих друг другу сценариях. Первый вариант теоретически предстоящей российской инверсии представляет собой управляемую извне, направленную на окончательный демонтаж национально идентичной российской государственности «оранжевую революцию» или «модернизацию», как бы этот план не называть.

Соподчиненный, «на всякий случай», вариант для России латентно готовится в виде «коричневой» трансформации, которая эффективно превратит страну в страну-изгой, вполне подходящую для иракского сценария внешнего вторжения. Итог будет один и тот же — идентичной и суверенной России не станет окончательно. Доведение России по пути развития коррупции до кондиций криминального государства (не путать с коррумпированным!) работает в рамках этого же сценария своеобразным подвариантом.

Альтернативу представляет сценарий трансформации, восстанавливающей суверенитет и идентичность, т.е. дающий шансы на исторический успех России. По обоим направлениям в России видны действительно существующие самостоятельные развивающиеся процессы. Современная Россия находится, таким образом, в бифуркационной точке, на развилке, перед выбором между двумя типами революционности. Третьего варианта — «отсидеться», «само собой рассосется» — не дано. С одной стороны, перспектива «оранжевой революции» и осуществление окончательного демонтажа идентичной суверенной российской государственности. С другой — это возобладание логики национального возрождения. Стартовые условия для принятия концепта властно-идейной трансформации определяются шестью основными факторами.

Распределение между ними по принципу «за» и «против» перспектив предполагаемой властно-управленческой трансформации оказалось равным.

Во-первых, двадцатипятилетний тренд деградации базовых потенциалов российской государственности низвел страну в такую яму, быстро выбраться из которой сверхсложно даже для здорового социума (минус).

Во-вторых, результатом поражения в «холодной войне» стало сохраняемое состояние полусуверенности российской государственной политики (минус).

В-третьих, непрофессиональная, непатриотичная, компрадорская по своей сути основная часть современной политической элиты России принципиально неспособна решать задачи государственного возрождения России (минус).

В-четвертых, отсутствие необходимости захвата власти ввиду сосредоточения ее в руках политического лидера, теоретически и потенциально готового принять государственническую парадигму развития страны (плюс).

В-пятых, наличие потенциального источника финансовых ресурсов для властно-управленческой трансформации в виде перенаправления ресурсов крупнейшей в мире минерально-сырьевой базы с западного вектора экспорта капитала на внутреннее развитие страны (плюс).

В-шестых, наличие сдерживающего фактора по отношению к прямому внешнему вмешательству в виде сохранения второго по мощности в мире ракетно-ядерного оружия (плюс).

В седьмых, конфликт по линии Россия — Запад, эрозия колониальной конструкции и внешнего управления (плюс).

Примерная равновесность положительных и отрицательных условий позволяет квалифицировать задачу властно-управленческой трансформации все-таки как возможную для выполнения. Ни победа, ни поражение России в данном случае не гарантированы. Исход борьбы будет определен множественностью факторных условий и управленческих решений.

Однако шанс на решение внутренней задачи оздоровления России определенно существует.

Редко когда в истории России складывалось столь разрушительное сочетание факторов развития страны. Неприемлемая для успешности модель страны системно построена и кажется, что ее целью является исключительно деградация и снижение потенциалов России. В пределе ее раскол и распад как геополитического субъекта. Явное внешнее управление в течение 25 лет, «закладки» мин замедленного действия, которые делают страну уязвимой и полусуверенной, снижающей свою цивилизационную идентичность довело Россию до порога «государственной прочности». СССР показал, что означает это понятие. Вопрос настолько серьезен, что говорильней и политтехнологиями он не может быть решен. Даже укрепляя с их помощью временно нежизнеспособный политический режим и конструкт страны, момент исторического оздоровления делается только еще более актуальным, но и более сложным. Это вызов всем, кому дорога наша страна. Если она не оздоровится, то ее не станет.

ПРИМЕЧАНИЯ

[21] Кулик А. Политические партии постсоветской России: опора демократии или костыль режимной системы? // МЭиМО. 1997. № 1; Левин И. Б. Партия и модернизация: российские варианты // Полития. 2000. № 1; Политическая Россия: партии, блоки, лидеры. Год 1997. М., 1997; Попов А. М. Становление многопартийности: история и идеология. Вологда-Ярославль, 1997; Сулакшин С. С. Современная российская многопартийность: видимость и сущность. М., 2001; Холодковский К. Г. Партии: кризис или закат? // Политические институты на рубеже тысячелетий. Дубна, 2001.

[22] Коммунистические партии развивающихся стран в борьбе за единый фронт. М., 1976; Политические партии: справочник. М., 1986; Страны мира: Краткий полит.-экон. справочник. М., 1985; Латинская Америка. Политические партии и социальные движения. М., 1994; Политические партии современной Африки. М., 1998; Современная социал-демократия: Словарь-справочник. М., 1990.