Болгарская народная республика: от Одессы до Херсона

28 июня Порошенко заявил, что признает права крымских татар на национальную автономию. И даже пообещал внести соответствующие изменения в Конституцию государства.

Понятно, что ни о каком практическом воплощении своих популистских лозунгов Порошенко не думал. Речь шла об изменении статуса Крыма, который уже больше двух лет Украине не принадлежит и больше никогда принадлежать не будет. С таким же успехом Порошенко мог пообещать крымским татарам автономию «в составе суверенной Украины» где-нибудь на Луне.

Но неожиданно в игру под названием «наш закон важнее реальности» включились болгары. Мол, раз крымским татарам обещают автономию в Крыму, то почему не дать ее и им. Прямо в Одесской и Херсонской областях, в зоне компактного проживания. «Идея предоставления автономии крымским татарам существенно меняет конституционное поле Украины, создает важный прецедент. Болгары Украины, проживающие на определенных территориях, также получают право на автономию», — говорится в обращении на имя Порошенко.

Ранее с похожей идеей к украинскому президенту обратилась Ассамблея румын Буковины. Румыны требуют автономию в Черновицкой области.

По факту мы видим, что Киеву так и не удалось обуздать центробежные устремления, ставшие активно набирать силу после госпереворота в феврале 2014 года. Просто движения за изменение формата государственного устройства приобрели другие формы. Но не известно, какие движения опасней. Два года назад о выходе из состава государства заявляли целые регионы. Харьковская, Одесская, Закарпатская области и даже Галиция. Но тогда недовольство людей Киевом лежало в большей степени в политической плоскости. Сейчас же речь идет о национальных движениях.

И как невозможно в рамках унитарной Украины решить проблему самоуправления разных областей, так невозможно и соблюсти национальные права народов. И главное препятствие кроется даже не в государственной устройстве Украины, а в идеологии нынешней власти.

К примеру, в соседней с Украиной непризнанной унитарной Приднестровской Молдавской Республике мирно уживаются русские, украинцы и молдаване, которые составляют примерно по трети от общего населения. Не чувствуют себя обиженными и 15 тысяч болгар, компактно проживающие в селе Парканы, которое стоит прямо на дороге между двумя главными городами республики — Тирасполем и Бендерами. Но в ПМР официально провозглашено культурное многообразие, а на Украине до сих пор держатся за идею переформатирования всех жителей страны в «свидомых».

И как раз именно политика агрессивной украинизации заставляет нацменьшинства просить об автономии. Но согласие Киева на это будет означать крах всех постулатов и фрагментацию страны. Безбоязненно автономию Порошенко может обещать только крымским татарам в Крыму, которые только в составе России получили право на использование родного языка как официального.

Директор Международного института новейших государств Алексей Мартынов полагает, что единственная возможность сохранить целостность Украины — перейти к федеративному устройству, только сделать это будет очень сложно:

— Болгары давно добиваются автономии. На территории Украины компактно проживают свыше двух десятков разных народностей. Автономии могут требовать и евреи, и гагаузы в Одесской области, и молдаване. Сталкиваются интересы национальных меньшинств и страхи украинского руководства. Причем этим фобиям Киева не меньше десяти лет. За это время было два госпереворота, сменилось три президента, а фобии остались. Боятся, что если соблюдать права нацменьшинств, компактно проживающих на тех или иных территориях, то это приведет к развалу Украины.

Руководители в Киеве новейшего времени, то есть с 1991 года, прекрасно понимают, что никакого унитарного государства на Украине, как они это понимают, быть не может. Но если допустить образование на национальных языках, дать гарантии соблюдения национальных традиций, то неминуемо возникнет сепаратизм.

Выход из ситуации есть. Об этом говорили не только в России, но и многие украинские интеллектуалы. Можно создать федерацию, как объединение разных народов. Федеративная Украина была бы устойчивым государством, и там бы соблюдались права всех народов.

Другое дело, что такой страной тяжело управлять единолично. В условиях федерации надо отстаивать и отслеживать интересы всех народов. Но это изначально не вписывается в олигархическую схему государства, которая была изначально заложена в начале 1990-х годов при отделении Украины от большой советской страны. Тогда была задача поделить доставшуюся собственность, что успешно получилось. Остатки собственности распродает нынешняя киевская власть.

За происходящее сегодня на Украине несут ответственность все руководители страны, начиная с Кравчука и Кучмы. Вся их деятельность привела к нынешнему закономерному результату: развалу государству, гражданской войне.

Сейчас еще остается шанс на федерализацию. Но теперь требование тех же болгар выглядит больше, как некая «заезженная пластинка», без особых надежд на реализацию.

«СП»: — С 2014 года Украина укрепилась как единое государство?

— Безусловно, этого не произошло. С другой стороны, надо различать центробежные процессы. В 2014 году была ситуация, когда люди поняли, что происходящее в Киеве им угрожает физически. Граждане сказали, что не хотят иметь ничего общего с единой Украиной, потому как она тонет. Но есть другая форма, когда требуют автономии территории, где компактно проживают нацменьшинства.

У требования национального самоопределения и непосредственного развала государства разная природа. От сепаратизма, вызванного требованием национального самоопределения, можно уйти при помощи учреждения федерации.

Но беда в том, что украинское государство ни разу не было нормально учреждено. Когда-то ленинским декретом некоторая территория была объявлена Украинской ССР. Но директивно объявлять о создании государства не очень правильно. После развала Советского Союза Украине требовалось переучреждение, разработка новых форм государственности. И было бы логично, если тогда объявили бы о создании федерации. Но этого не сделали. Одним из главных аргументов было то, что федеративное устройство имеет Россия, а Украина не хочет быть на нее похожей.

В итоге, к сегодняшнему дню пришли к тому, что украинское государство разваливается. Люди категорически не хотят жить в сложившихся условиях, то есть в бюрократически-олигархической системе. Добавились еще внутренняя нестабильность, экономическая разруха, гражданская война. Аргументы о виновности во всех бедах России уже больше не работают.

Сегментирование и распад Украины в современных условиях неизбежны. Если у украинского правящего класса возобладает каким-то образом здравый смысл, то элиты попытаются переучредить государство. Правда, вряд ли это позволят сделать внешние управляющие, которые очень плотно и глубоко залезли в «корневую систему» управления украинским государством.

— Украина фактически очень разная страна, но никто из представителей власти не решался признать это, — говорит политолог Семён Уралов.

— Назревшие проблемы по-разному проявились в разных регионах. В Крыму это вылилось вообще в смену юрисдикции, в переход в состав Российской Федерации. В Донбассе вспыхнуло вооруженное восстание. Но причины всего этого объективны, их нельзя ничем нивелировать. Просто сама Украина так устроена. Стремление к автономии разных общностей сродни росту растений, которые сквозь асфальт пробиваются к свету.

Люди просто хотят чуть большего соблюдения их прав.

«СП»: — Могут ли болгары добиться автономии?

— Сегодня сложно предсказывать. Их активность может привести к тому, что их осудят как сепаратистов и используют против них весь репрессивный аппарат государства. Но не исключено, что болгарские общины смогут использовать своих лоббистов. Как никак, Болгария — член Евросоюза. Идет политическая борьба, и в ней можно выиграть, а можно и проиграть.

«СП»: — Есть ли у современной украинской власти ресурсы подавить все центробежные силы?

— На Украине нет эффективного государства. Государственность сегодня в стадии разложения. Первый удар она получила во время первой «цветной» революции, второй — в 2014 году. Сейчас на Украине власти больше у того, у кого больше вооруженных батальонов. Порошенко в этой системе первый среди равных, но держится крайне неуверенно. Государство будет разлагаться дальше.