Японцы верят, что мы отдадим Курилы. Мы — не верим, что не отдадим

Георгий Зотов 18.11.2018 17:49 | Политика 81

Пока в России ломают копья, стоит отдавать японцам Курилы или нет, на Хоккайдо тихо-спокойно обучают деток русскому языку и годами прививают мысль, что скоро им придется переехать на жительство чуть севернее.

В связи с вновь обострившимися теориями заговора, отдадим мы японцам пару Курильских островов или нет, я вспомнил своё посещение северной Японии. Сразу подчеркну — это было почти 14 лет назад, в марте 2005. Может, там всё сейчас иначе. Но тогда было именно так.

…На экране телевизора — грустная девушка в белой национальной одежде с развевающимися волосами. Глядя в глаза зрителю, она со слезами в голосе на фоне рвущей сердце мелодии произносит:

«Есть на свете Япония, где японцы не живут. Неужели вам это нравится? Делайте все, чтобы вернуть Северные территории».

Это один из множества рекламных роликов, которые каждый год крутят по японскому телевидению на «День северных территорий» — 7 февраля, когда по всей стране проходят митинги с траурными флагами. Японцы настолько к ним привыкли, что если б даже Россия сошла с ума и отдала завтра Южные Курилы, они бы по инерции ходили протестовать еще лет десять.

Трагическую рекламу сменяет прогноз погоды, где передают, что на Курилах «ожидают осадки», а сами острова того же цвета, что и желтый силуэт Японии под указкой симпатичной ведущей. На всех картах и открытках, продающихся в местных магазинах, четыре курильских острова (Кунашир, Итуруп, Шикотан и гряда Хабомаи) показаны как территория Японии: даже в русско-японском разговорнике, изданном для наших туристов. В города и поселки принадлежащих России Курильских островов уже 60 лет назначаются японские мэры и начальники полиции — которые, правда, никогда не прибывают к месту службы. А нарядные карапузы в детском саду Саппоро уже с трех лет учатся показывать на карте «Северные территории».

У меня сложилось ощущение, что японцы каждое утро просыпаются в уверенности — сегодня-то к обеду Россия точно вернет Курилы, поскольку каждый год им это обещают — вот еще чуть-чуть, осталось совсем немного.

Любой японский премьер идет на выборы с красочными рассказами — он-то знает, как получить назад российские острова. Каждая из 47 партий в стране в обязательном порядке имеет специальный отдел и особую программу по «возвращению Северных территорий» — иначе за нее никто не будет голосовать. Даже японские коммунисты, когда-то униженно кланявшиеся Москве в ножки и радостно слизывавшие с ее руки миллионы долларов подачек, сейчас активно требуют возврата не только южной части архипелага, а вообще всех Курил вплоть до Камчатки.

..Северный японский остров Хоккайдо похож на российскую глушь — можно ехать километр за километром, не встретив человека — из заснеженного леса к поезду выходят лишь абсолютно не пугающиеся людей доверчивые серые олени. По сравнению с югом Японии, где в городах вроде Осаки и Иокогамы жизнь бьет ключом, север Хоккайдо выглядит заброшенным и забытым. В морском порту города Кусиро ржавеют рыболовецкие траулеры, а вечером на темных улицах легко встретить группы пьяных и злых местных рыбаков. «Это из-за вас тут все проблемы!» — кричит мне Мицумото, капитан одного из судов. — «Ваши рыбаки приходят сюда, сдают крабов по дешевке, сбили нам все цены. Правительство делать с этим ничего не хочет, финансы в нас вкладывать не желает, люди уезжают на заработки в крупные города:

я уже полгода денег не получаю, живу на сбережения. Скорее бы Курилы обратно вернулись, мы бы вам показали тогда».

Интересно, что именно бы показали? Те охотники на крабов, у кого шхуны на ходу, сотни раз за год нарушают российскую границу в районе Курил специально и браконьерствуют, не скрываясь ни от кого — «это наша земля». Патриотов арестовывают, а груз конфискуют — когда рыбаки возвращаются обратно, власти встречают их как мучеников за национальную идею, с музыкой и цветами, а девушки пишут им письма — «герою Японии». Посмотрев на рассохшиеся и покосившиеся телеграфные столбы вдоль дорог, сельские дома с треснувшими стеклами и выяснение отношений у пивного бара, понимаешь, что рассказы о том, как после передачи Курил Японии на далеких островах в считанные минуты вырастут шикарные небоскребы и все засветится неоновой рекламой — не более, чем фантастика. Японский бизнес и так весьма неохотно тратит деньги на севере страны, поэтому и на развитие спорных островов, перейди они когда-нибудь к японцам, ему по большому счету будет наплевать.

Пограничный город Немуро — последний японский форпост перед южными Курилами, в ясную погоду через пролив хорошо видна гора острова Кунашир, совсем неподалеку — гряда Хабомаи, которая «подчиняется» японскому городу, и мэр Немуро иногда ездит туда «с инспекцией» в рамках безвизовых поездок — получать российскую визу на территорию, которую они считают своей, японцев «ломает». То же самое и в облике Немуро — ни единого намека на то, что за проливом — Россия: ни пограничных знаков, ни одного пограничника вокруг — всеми силами поддерживается мысль, что здесь Япония не заканчивается.

На здании городской администрации — бледно-голубое полотнище с буквами на русском языке — «Северные территории — земля Японии», а в нескольких километрах от мэрии — смотровая башня (оттуда видно Хабомаи) с черной вывеской — «Дальше — тоже Япония».

Все вывески в городе (запомнилась надпись «Порекмахирская») и даже указатели улиц тоже дублированы на русском, а местные чиновники и бизнесмены великолепно изъясняются на современном российском диалекте, к месту вставляя в разговор почти без акцента «ну е-мое», «блин» и «ни фига ж себе».

— У нас даже дети в школах русский язык изучают, — объясняет мне мэр Немуро Хироси Фудзивара. — Мы хотим, чтобы русские и японцы жили вместе на Курильских островах, так что пускай нам не боятся их возвратить.

— Я так полагаю, что вам их никто не вернет.

— Жаль. Тогда мы будем ждать, пока у вас президент не сменится.

Вот в этом последовательность японцев, которой можно только позавидовать. Какой бы премьер у них не пришел, какая партия не победила бы на выборах с 1945 года, настроение одно — отдавайте Курилы и все тут. Любое поведение российских лидеров они трактуют так, как им выгодно: раньше все газеты захлебывались, что «Ельцин за рюмкой водки непременно отдаст острова», сейчас пишут — наверняка Путин едет в Японию, чтобы вернуть Курилы, иначе зачем же вообще тогда едет-то? Японцы очень внимательно изучают любое слово, сказанное в России, и если хоть кто-то заикнется по поводу Курил, что может быть, Япония не так уж и не права — в Токио начинается праздник: все, еще день-два, и Курилы упадут нам в руки.

Подобная пропаганда отлично делает свое дело — все мои собеседники среди японцев впадали в ступор, когда я говорил, что Россия не собирается отдавать Курильские острова. «Но как же так? Почему? Вам же от этого будет хуже! Мы тогда не заключим с вами мирный договор!».

«А какая разница? Мы 60 лет без него жили и столько же еще проживем». В ответ японцы беззвучно открывали рот — пресса и ТВ убедили их давно, что Россия без мирного договора с Японией живет из рук вон плохо, поэтому стоит чуть-чуть поднажать — и от Москвы до Сахалина начнутся митинги с требованиями отдать японцам Курилы.

Однако, как бы смешно это не выглядело — в том-то все и дело, что у японцев есть объединяющая их национальная идея, а у нас как всегда: в любом споре обязательно найдется тот, кто заявит — да сдались нам эти острова, территория будь здоров и так, отдадим — не обеднеем. В Японии так не скажет никто, потому что это впечатано в мозги. Поэтому пока в России отчаянно ломают копья, стоит отдавать японцам Курилы или нет, на Хоккайдо тихо-спокойно обучают деток русскому языку и годами прививают мысль, что скоро им придется переехать на жительство чуть севернее. Есть о чем призадуматься.

Сейчас на главной
Статьи по теме