Каспийская конвенция

Эль Мюрид 18.12.2017 2:53 | Политика 130

Вроде бы сухая и официальная новость. «Странам «каспийской пятерки» удалось достичь компромисса по вопросам разграничения акватории Каспийского моря. По его словам, на состоявшемся 4-5 декабря совещании министров была завершена выработка «общеприемлемых формулировок Конвенции о правовом статусе Каспийского моря».

«В частности — согласовать принципы разграничения его акватории на зону под национальным суверенитетом, рыболовную зону и общее водное пространство, а также дна и недр в целях недропользования, режимы судоходства и мореплавания в будущих территориальных и внутренних водах, условия прокладки подводных трубопроводов»,— пояснил господин Братчиков. Он напомнил, что подписание Конвенции состоится на Пятом Каспийском саммите в первой половине 2018 года…»

В случае, если конвенция будет подписана, будет устранено существенное препятствие для Туркмении и Казахстана в их проектах по переброске своего газа на европейское направление. Это препятствие во многом определялось позицией России (а точнее, Газпрома), которая формулируется предельно просто: продавайте газ кому угодно и куда угодно, но Европа для вас закрыта.

Тем удивительнее внезапная покладистость и договороспособность в вопросе, который, скажем так, мало согласуется с интересами Газпрома.

Ответ может быть хотя и неочевидным, но вполне логичным: Россия потерпела поражение в Сирии (я в очередной раз повторяю слово «поражение» как констатацию недостижения основной цели войны: принуждения Турции к изначальным условиям параметров Турецкого потока. ИГИЛ — это для контуженной аудитории, которая верит в сказку о том, что Путин вдруг подорвался и побежал воевать и побеждать мировой терроризм). Положение Газпрома после краха проекта Турецкого потока существенно ухудшилось, теперь единственной надеждой остаются два Северных потока общей мощностью в 110 млрд кубометров, однако СП-1 в любой момент может быть возвращен к параметрам 50% использования, а с СП-2 до сих пор есть серьезные вопросы и проблемы, он строится, получая согласования «на ходу». И гарантий того, что он будет запущен в заявленных параметрах и сроках, тоже нет.

Европа четко выдерживает линию на диверсификацию поставок энергоносителей. Вопрос строительства, наполнения и запуска «Южного газового коридора» для ЕС является стратегическим. Представляется более чем вероятным, что в череде последних встреч Путина он получил если не ультиматум, то жесткое условие допуска среднеазиатского газа к Южному коридору. Возможно, что окончательно ему об этом было объявлено на последней встрече с Эрдоганом и Роухани. От этого условия может зависеть позиция либо Евросоюза, либо отдельных стран ЕС по вопросам эксплуатации и строительства Северных потоков.

Другого объяснения, почему Россия пошла на согласование принципов разграничения акватории Каспия, которые ей (а точнее- Газпрому) совершенно невыгодны, видимо, нет. В случае, если бы Путин сумел победить в Сирии (на самом деле это крайне фантастический сценарий, поэтому изначально война носила предельно авантюристичный характер — а вдруг получится), то он мог диктовать условия Европе на южном направлении, перекрыв его для всех нежелательных конкурентов. Точнее, даже не перекрыв, а монополизировав коридор, самостоятельно определяя условия допуска к нему всех остальных операторов газового рынка. Это было целью войны, и ничто другое.

Поражение России случилось в 15 и 16 годах. Первый звонок прозвучал после того, как турки сбили наш самолет, но Путин так и не рискнул ответить симметрично и адекватно. Окончательно поражение было оформлено ровно год назад — в Алеппо.

Наша зомби-аудитория до сих пор свято верит, что Россия победила в Алеппо и даже умудряется записывать его в актив Путину. Реальность же заключается в том, что Алеппо было сдано турками иранским прокси в ходе договорных отношений в сентябре-ноябре 16 года, и именно Иран теперь контролирует эту важнейшую точку на территории Сирии. Кремль позже взял небольшой реванш, устроив серьезный погром в окружении Асада, зачистив его от проиранской партии, позиции которой в Республиканской гвардии, ВВС и разведке ВВС были доминирующими, но контроль Алеппо Ираном это уже не может отменить. Вообще, Алеппо можно смело записывать в актив Эрдогану потому что после него у Путина просто не осталось возможностей для принуждения Турции к изначальным условиям прокладки Турецкого потока. Эрдоган немудряще обыграл Путина в этом матче, что, в сущности, не должно вызывать ни малейшего удивления: невежество кремлевских в ближневосточной специфике просто фантастическое. Это невежество может соперничать только с их наглостью. Они действуют, исходя из своих собственных сугубо умозрительных построений, которые к реальности не имеют ни малейшего отношения.

Закрепил свою победу Эрдоган операцией «Щит Евфрата», создав буфер даже не от курдов (хотя эта цель тоже преследовалась), а от любых неожиданностей со стороны «союзников. «Щит» не достиг всех целей, но даже в таком виде он выглядит более чем угрожающе для любых попыток продолжения «Северной стратегии» Путина.

Фактически год назад война была проиграна, и 17 год стал для Путина годом создания повода для выхода из этой теперь уже бесперспективной войны. Он, конечно, будет вынужден держать в Сирии некоторый контингент с локальными целями, но в целом Сирия перестала интересовать Кремль.

Последствиями поражения теперь становится ухудшение условий для Газпрома. 19 год не за горами, и если все проекты обходных маршрутов вокруг Украины провалятся или как минимум не выйдут на минимально приемлемые параметры, то придется договариваться с Киевом, причем на его условиях.

Именно поэтому наблюдается активизация Путина в Северной Африке. Дедлайн — 31 декабря 18 года, срок окнчания действующего транзитного договора с Украиной. До этого срока он должен получить в руки инструмент давления на Европу, с помощью которого ему удастся диктовать условия эксплуатации хотя бы северного маршрута, раз уж южный провалился. Если решение о войне в Ливии будет принято, то воевать Кремль будет в 18 году, не позже. Учитывая, что война при самых благоприятных раскладах тоже займет как минимум несколько месяцев (хотя в реальности это почти невозможно), то времени у Путина вообще нет. Стопроцентной вероятности войны, конечно, нет — уже сейчас видны сценарии противодействия, которые могут обнулить усилия Кремля, но деваться ему тоже некуда

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...

Популярное за месяц

Партия нового типа
Центр сулашкина