Плохая новость для рубля: Всё идет к новой девальвации

Валентин Катасонов 15.04.2019 16:15 | Экономика и политика 77

Почему «Роснефть» и другие крупнейшие компании, избавляясь от национальной валюты, активно скупают доллары и евро.

На этой неделе Банк России опубликовал предварительные данные по ключевым агрегатам платежного баланса Российской Федерации за первый квартал 2019 года.

Первый раздел платежного баланса — текущие операции. Сальдо текущих операций по итогам первых трех месяцев года оказалось равным плюс 32,8 млрд долл. — один из самых высоких показатель по итогам первого квартала за последние годы. Выше было лишь в 2012 году — 39,3 млрд долл. Вот вам и санкции! Страна зарабатывает громадные суммы валюты, несмотря на желания Вашингтона «разорвать в клочья» российскую экономику.

Ядром текущих операций является внешняя торговля, собственно, с ее помощью Россия и зарабатывает валюту. По итогам квартала экспорт товаров составил 101,2 млрд долл., импорт — 55,9 млрд долл., положительное сальдо по торговым операциям — 45,3 млрд долл. Если копать глубже, то основные валютные заработки России давал экспорт следующих углеводородных продуктов (млрд. долл.): сырая нефть — 28,6; нефтепродукты — 17,4; природный газ — 14,9 (в том числе сжиженный природный газ — 1,9). Итого эта товарная группа обеспечила более 60% всех валютных поступлений от экспорта товаров. Такой перекос в сторону углеводородов сохраняется на протяжении многих лет, несмотря на постоянные мантры власти о необходимости проведения структурных преобразований как в экономике, так и внешней торговле.

Торговый профицит в первом квартале нынешнего года даже увеличился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 1,1 млрд долл. — за счет сокращения импорта. А импорт уменьшился, в первую очередь, в результате снижения валютного курса рубля, что делает импортные товары более дорогими на внутреннем рынке.

Любой грамотный экономист знает, что положительное сальдо по торговым и текущим операциям платежного баланса уравновешивается отрицательными сальдо по другим разделам и операциям платежного баланса. Если рисовать картину крупными мазками, то такое уравновешивание может осуществляться в виде вывоза капитала. Капитала государственного и частного. В форме прямых, портфельных и прочих инвестиций (последние — преимущественно займы и кредиты). Сюда же входит прирост золотовалютных резервов, отражающий вложения денежных властей в финансовые инструменты, номинированные в валюте (это своеобразный вывоз капитала).

У России на протяжении всех лет ее существования фиксируется превышение товарного экспорта над импортом, причем превышение гигантское. В отдельные годы экспорт превышал импорт в два раза. Вот и в первом квартале текущего года превышение составило 1,8 раза. Все это свидетельствует о том, что Россия выступает в роли «дойной коровы». А то «валютное молоко», которая «корова» нагуляла на пастбищах (т.е. мировом рынке) затем уходит неким «бенефициарам» по каналам экспорта капитала. Основой канал — вывоз капитала частным сектором.

По данным Банка России, по итогам первого квартала 2019 года чистый отток частного капитала из страны составил 25,2 млрд долл. Чистый отток — превышение вывоза капитала над его ввозом. Много это или мало? Для сравнения отмечу, что в позапрошлом, 2017 году, чистый отток частного капитала составил 25,1 млрд долл. за четыре квартала.

Для наглядности предложу читателям небольшую таблицу, иллюстрирующую, что заработанное Россией «молоко» (валютная экспортная выручка) тут же утекает из России по каналам вывоза частного капитала. Для сравнения привожу картинку за первый квартал как 2019, так и 2018 года.

Как видно, эффективность «доения» России с помощью экспорта частного капитала за год выросла с 53,7% до 76,8%. Тема того, куда уходит заработанная валюта, выходит за рамки данной статьи. Отмечу лишь, что конечными потребителями «молока», произведенного в России и фактически украденного у нее, оказываются даже не российские клептоманы, а «хозяева денег», которые выстроили эту грабительскую схему ограбления. Российские клептоманы (бизнес и прикрывающие его чиновники) — лишь наемные работники, которым «хозяева денег» кладут хорошую зарплату. Т.е. дают стаканчик молока (за вредность их работы), а все остальное «молоко» поступает в хранилища «хозяев денег».

Итак, чистый отток капитала нарастает. В 1 квартале 2019 года он был больше, чем в 1 квартале прошлого года на 9,1 млрд долл., а по сравнению с 1 кварталом позапрошлого года — на 9,9 млрд долл. Заметим, что этот опасный тренд наблюдается на фоне постоянных мантр власти о необходимости борьбы с офшорами и долларизацией российской экономики. Очевидно, что власть не может (а, может быть, не хочет?) контролировать трансграничное движение капитала. А раз так, то валютный курс и покупательная способность рубля постоянно «пляшут», а с помощью волатильных денег экономику строить невозможно. Ее можно только разрушать, разбирая на кирпичи некогда мощное здание советской экономики и спекулируя этими кирпичами на рынке (преимущественно мировом).

В статистике чистого оттока частного капитала Банк России выделяет два сектора: банковский и прочие сектора. В 1 квартале 2019 года чистый отток капитала в банковском секторе составил 15,7 млрд., а в прочих секторах — 9,4 млрд долл. (сумма этих двух показателей не совпадает с итоговым показателем в 25,2 млрд долл. из-за округлений). В первом квартале прошлого года картина была обратной — явно преобладали прочие сектора.

В первом квартале позапрошлого года был зафиксирован чистый отток капитала из банковского сектора в 17,6 млрд долл., а по прочим секторам был даже зафиксирован небольшой чистый приток в размере 2,3 млрд долл. В целом за многие годы доли банковского сектора и прочих секторов примерно одинаковы. Но надо иметь в виду, что доля банковского сектора в создании ВВП страны, по данным Росстата не превышает 3%. Таким образом, банковский сектор вносит непропорционально большой вклад в утечку капитала из России. При этом он вывозит не только собственный капитал, но также обслуживает вывоз капитала прочих секторов экономики.

Денежные власти часто всплески чистого оттока капитала из страны объясняют тем, что, мол, это обусловлено большими суммами платежей по погашению долгов банковским и прочими секторами экономики по ранее взятым иностранным кредитам и займам. Но в этом году данное объяснение не срабатывает. График погашений внешних долгов в этом году стал значительно мягче, чем в предыдущие.

В частности, за 1 квартал 2019 г. иностранным кредиторам надо было вернуть всего 13 млрд. долларов. Это втрое меньше, чем в 4 квартале 2018 г., и вдвое ниже суммы за тот же период прошлого года. Получается, что операции на сумму 18,6 млрд долл., или ¾ чистого оттока частного капитала в первом квартале не имеют отношения к погашению долгов.

Причины нарастающего вывода капитала следует искать в другом. Причины — тема обширная, заслуживающая отдельного разговора. Сейчас лишь отмечу одну причину, которая не часто упоминается экспертами. Я ведь недаром сказал, что вывод капитала из страны осуществляется и продолжает осуществляться в интересах «хозяев денег», а многие российские бизнесмены и чиновники выступают лишь в качестве наемных работников, обслуживающих этот процесс.

Ярким примером такого слуги — наемного работника является бывший олигарх Михаил Ходорковский, который, как выяснилось, находился на службе у Якова Ротшильда. Правда, некоторые бизнесмены и чиновники служили на протяжении многих лет неосознанно, их «хозяева денег» использовали «в темную». Сегодня процесс вывода капитала приобретает более осознанный характер. Как говорится, «наступает час истины». Логика рассуждений таких слуг «хозяев денег» примерно такова: здесь в России рано или поздно отнимут все, да еще посадят за решетку. Там тоже отнимут. Но если буду демонстрировать свою лояльность «хозяевам денег», то, может быть, что-то оставят. И за решетку не посадят. Это по русской пословице: «Чует кошка, чье мясо съела».

Чистый вывоз капитала из России неизбежно ведет к падению курса рубля. А такое падение ведет к нарастающему бегству от национальной денежной единицы в доллары США, евро, британские фунты и другие более или менее «твердые» валюты. А бегство в иностранные валюты — одно из важных направлений экспорта капитала. Скупка иностранной валюты физическими лицами, банками и нефинансовыми компаниями на внутреннем рынке, ее размещение на валютных депозитах, иных счетах или под матрасом в наличной форме вроде бы не выглядит как вывоз капитала. Но это вывоз капитала, т.к. российскими резидентами приобретаются долговые обязательства, эмитированные зарубежными Центробанками (ФРС США, ЕЦБ, Банк Англии и т. д.).

Совсем уже неприлично выглядит то, что иностранной валютой спешно и в больших масштабах запасается Минфин России. Он — институт денежной власти, который должен поддерживать российский рубль и проводить последовательный курс на де-долларизацию российской экономики. А он бежит от рубля так что пятки сверкают, подавая дурной пример другим.

Валютой запасаются и крупнейшие российские компании. Вот, например, «Роснефть». Помимо того, что эта компания осуществляет экспорт капитала в форме классических зарубежных инвестиций (прямые и портфельные) она наращивает экспорт капитала в форме конвертации своих рублевых активов в иностранные валюты.

Еще год назад (по состоянию на 1 апреля 2018 г.) «Роснефть», как следует из отчетов компании, держала в рублях 199 млрд. рублей, или две трети от денежных средств и их эквивалентов, а к 30 сентября сократила эту сумму до 129 млрд. рублей, или 29,7%, то в четвертом квартале избавилась от рублей почти полностью.

На 31 декабря «в кассе и на банковских счетах» у компании осталось лишь 30 млрд. рублей, или 3,6% от денежных резервов (832 млрд. рублей), следует из отчета «Роснефти» по МСФО. Долларовые вложения компании в долларовые активы за год подскочили на 43% — с 6,5 млрд. до 9,3 млрд. долларов и стали рекордными с 2016 года. Плюс к этому компания нарастила вложения в европейскую валюту с 5,4 млрд. до 5,9 млрд евро.

И аналогичные процессы происходили и в других крупных и крупнейших компаниях России. Центральный банк РФ в прошлом году избавился от значительной части своих долларовых резервов. А в то же время российские компании и банки в своих активах наращивали валютную составляющую. Вот вам и де-долларизация российской экономики. На фоне продолжающегося ослабления рубля будет продолжен процесс ухода физических и юридических лиц в валютной кэш, а это нарастание чистого оттока капитала частного сектора экономики.

Напомню, что летом прошлого года Центробанк дал первый свой прогноз по показателю чистого оттока частного капитала из России на 2019 год. Цифра составила 16 млрд долл. В декабре прогнозная оценка была пересмотрена в сторону увеличения до 20 млрд долл. В марте, когда уже были известны цифры по первым двум месяцам года, стала очевидной нереальность и декабрьской оценки. Прогноз Центробанка был сразу увеличен на 15 млрд. — до 35 млрд долл.

Но даже если экстраполировать цифру чистого оттока капитала за первый квартал (25,2 млрд долл.) на весь год, то получается более 100 млрд долл. Думаю, что Центробанку еще не раз придется пересматривать свои прогнозные оценки. По итогам прошлого года чистый отток капитала, по данным Банка России, составил 63,2 млрд долл. Можно не сомневаться, что в текущем году он будет больше, чем в предыдущем.

Обескровливание российской экономики продолжается ударными темпами. Единственный способ быстро остановить этот процесс убийства российской экономики — введение ограничений и запретов на свободное блуждание капитала через границу. Увы, Минфин России действует с точностью до наоборот. В январе прошлого года министерство подготовило поправки в закон «О валютном регулировании и валютном контроле», которыми предусматривались отмена обязательной репатриации экспортной выручки как в рублях, так и в иностранной валюте для всех экспортеров-резидентов, отмена запрета на операции между резидентами РФ за рубежом, а также снятие ограничений на операции резидентов по счетам в иностранных банках.

Слава Богу, законопроект тогда не был поддержан. Скажу более: закон «О валютном регулировании и валютном контроле» даже в нынешнем крайне усеченном виде экспортерами не исполняется сплошь и рядом. В частности, значительная часть экспортной выручки в страну не репатриируется. Имеет место не просто нарастающий отток частного капитала, российские власти порой даже не представляют куда он уходит.

P.S. Чтобы как-то смягчить негативный психологический эффект нарастающего бегства капитала из России, Центробанк в декабре провел небольшую семантическую реформу. Вместо привычных терминов «экспорт/импорт капитала частным сектором» с нынешнего года используется термин «финансовые операции частного сектора». Звучит нейтрально, не так пугает. Но, увы, такие семантические инструменты на бегство капитала из России никак не влияют.

 

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора