Силуанов обгоняет Америку. Министр финансов написал статью. Что с ней не так

Дмитрий Прокофьев 9.07.2021 16:55 | Экономика 39

Статья министра финансов РФ Антона Силуанова «Повышение потенциала российской экономики в условиях глобальных посткризисных изменений» заслужила гораздо меньше внимания публики, чем должна была.

Ведь, во-первых, министр объяснил, как Россия обогнала Америку (да и вообще «Большую двадцатку») по степени успешности прохождения кризиса, а во-вторых — перед нами уже настоящая конспирология!

ХУЖЕ, ЧЕМ В ТУРЦИИ, НО ЛУЧШЕ, ЧЕМ В США

Степень успешности преодоления карантинно-вирусного кризиса экономикой той или иной страны можно оценивать по-разному. Можно смотреть на размер сокращения ВВП. Или на темпы восстановления экономики после карантинов. Или на масштабы падения благосостояния граждан. Или, напротив, на последующий рост этого благосостояния. Или на увеличение количества местных миллиардеров.

А можно сделать так, как российский министр финансов, предложивший оригинальную методику оценки результатов прохождения пандемии.

Все познается в сравнении. Какая разница, насколько упал ВВП? Важно, на сколько мог бы упасть, если бы не меры правительства. Все могло быть гораздо хуже, но не случилось! Тем более что экономика экономике рознь: как можно сравнивать результаты США с их могучей финансовой системой или высокотехнологичной Южной Кореи с результатами «нефтяной» Саудовской Аравии или «горнодобывающей» Южной Африки?

Для этого, объясняет министр, нужно сравнить «фактическое изменение темпа роста ВВП по с уровнем, ожидавшимся до начала пандемии».

И полученная разница показателей покажет нам, «в какой степени принятые меры помогли смягчить последствия негативных шоков».

Смотрите, как это просто.

Допустим, США «до пандемии» прогнозировали, что в 2020 году экономика вырастет на 2,1%. А на самом деле по итогам года американский ВВП сократился на 3,5%. Разница «реального изменения ВВП» и «ожидаемого» — «минус 5,6%». Это и есть та оценка, которую российский министр финансов «ставит» американскому правительству за эффективность мер поддержки экономики.

Нет, не везде все так плохо, как в Америке. В Германии еще хуже — ждали рост экономики на 1,3%, получили падение на 4,8%, итоговая оценка — «минус 6,1%». По этой мерке Великобритания вообще никуда не годится: прогнозируемый рост — 1,5%, реальное падение — 9,8%, результат — «минус 11,3%». Хуже только в Индии: хотели плюс 7%, получили минус 8%, вычтем «прогноз» из «результата» — и вот вам «минус 15%» на выходе.

Но не везде правительства справились с экономическими последствиями пандемии так же плохо, как в США, Германии и Соединенном Королевстве с бывшими колониями. Молодцом показал себя Китай: 5,8% роста «по прогнозу», 2,3% — по результату, то есть -3,5% в итоге. В Южной Корее еще лучше — разница между реальным и ожидаемым ВВП составила всего «минус 3,2%».

А чемпионом по эффективности борьбы с «экономическим коронакризисом» оказалась… Турция, ВВП которой должен был вырасти на 3%, а вырос на 1,8%. В результате «изменение темпа роста ВВП по сравнению с уровнем, ожидавшимся до начала пандемии», которое Силуанов назвал «важнейшим показателем», составило для Турции всего 1,2% — лучший результат в таблице, приведенной в статье министра финансов.

В этой же таблице Россия заняла почетное четвертое место: падение ВВП в 2020 году на 3%, из которого мы вычитаем «прогноз роста 1,8%», дает в итоге -4,8%.

Это хуже, чем у Австралии («минус 4,7%«), но лучше, чем у Японии («минус 5,2%«). И во всяком случае, лучше, чем у США, Бразилии, Германии, Саудовской Аравии…

Да и в целом для России, считая по методике, предложенной министром финансов, «фактическое изменение темпов роста по сравнению с ожидаемым до начала пандемии оказалось намного лучше, чем в среднем по «Большой двадцатке». Не очень намного, в среднем «по двадцатке» изменение, о котором говорит министр, составило «минус 4,9%», но все-таки и здесь РФ оказалась впереди.

То есть «все могло быть хуже, и мы все правильно сделали». Это та позиция, на которой стоит правительство. Про изменение благосостояния людей как индикатор успешности экономической политики не говорится — динамика ВВП важнее. Это, собственно, многое говорит о приоритетах экономического начальства.

На этом статью министра можно было бы закончить. Ведь написана она была, в сущности, для единственной фразы: «Как показывают приведенные в табл. 1️ данные, Россия продемонстрировала один из лучших результатов прохождения пандемии с точки зрения минимизации негативных последствий для экономики». И похвалить правительственную программу восстановления экономики — она достигла своих действительных, а не мнимых целей. Но министр финансов решил еще поделиться своим видением будущего — в главе «Вызовы и задачи экономической политики на новом этапе».

ЗАЧЕМ НАШ МИНИСТР ЦИТИРОВАЛ АМЕРИКАНСКОГО ЭКОНОМИСТА?

В отличие от интересного разбора результатов антикризисных программ, о «задачах экономической политики на новом этапе» министр финансов не сказал ничего примечательного. Все это мы уже слышали: «стратегические инициативы», «повышение благополучия», «комфортная среда», «высокотехнологичная экономика», «агрессивное развитие инфраструктуры», «новый общественный договор», «клиентоцентричная ориентация», «активизация национальной инновационной системы»…

Но дальше министр Силуанов сделал по-настоящему интересный пассаж, намекнув, как все эти замечательные задачи будут решены.

«…речь идет о создании механизмов, обеспечивающих долгосрочное развитие. Для этого, как отмечает политэкономист Дэни Родрик, нам необходимо научиться адаптировать нашу политику и институты к меняющимся требованиям. Обозначенные в стратегии инициативы будут представлять собой проекты с достижимыми и измеряемыми результатами, направленные на решение конкретных проблем граждан и бизнеса, обеспечивающие структурную трансформацию экономики в соответствии с новыми реалиями».

Дэни Родрик. Фото: Vittorio Zunino Celotto/Getty Images

Самое интересное в этой цитате — отсылка к мнению американского экономиста Дэни Родрика, изложенному в статье Beware Economists Bearing Policy Paradigms, опубликованной на сайте Project-Syndicate.org в мае 2021 года.

Доктор Родрик, эксперт мирового уровня в области политэкономии, профессор Школы управления им. Джона Кеннеди Гарвардского университета, автор влиятельных книг, лауреат престижных премий. Почему бы на него и не сослаться даже российскому министру?

Все так. Но мне кажется, что те, кто готовил материалы к статье министра, или невнимательно прочитали оригинал текста Родрика, или ограничились его изложением на сайте ECONS.ONLINE, — оно завершается именно той фразой, которую цитирует Силуанов.

Потому что в статье «Опасайтесь политизированных экономистов» Дэни Родрик говорит немного о другом.

«Президент США Байден сделал смелый шаг в сторону от экономической политики, преобладавшей в США и на большей части Запада с 1980-х годов. Но тем, кто ищет новую экономическую парадигму, следует быть осторожными в своих желаниях.

Неолиберализм мертв. Или, возможно, жив. Ученые расходятся во мнениях. Но трудно отрицать, что в мире экономической политики происходит что-то новое.

Президент Байден призвал к значительному увеличению госрасходов на социальные программы, инфраструктуру и переход к зеленой экономике… Министр финансов Джанет Йеллен настаивает на глобальном скоординированном повышении корпоративных налогов. Джером Пауэлл, председатель ФРС… не опасается инфляции и поддерживает бюджетную экспансию.

Эти изменения в политике представляют собой резкий отход от общепринятого в Вашингтоне мнения. Предвещают ли они также смену экономической парадигмы?

Экономическая политика в США и на Западе в целом давно нуждалась в пересмотре. Идеи, доминировавшие с 1980-х годов, называемые „Вашингтонским консенсусом“, „рыночным фундаментализмом“ или „неолиберализмом“, первоначально получили распространение из-за предполагаемых неудач кейнсианства и чрезмерного госрегулирования.

Но они зажили собственной жизнью и создали зацикленную на финансах, неравноправную и нестабильную экономику, неспособную справиться с наиболее серьезными проблемами сегодняшнего дня: изменением климата, социальной интеграцией и внедрением прорывных новых технологий».

Дальше Дэни Родрик много рассуждает о необходимости смены подхода к преподаванию экономической теории. А потом предлагает свое видение «хорошей экономики».

«Правильный ответ на любой политический вопрос в экономической теории: „По ситуации“.

Нужен анализ и доказательства, чтобы понять, от чего зависит желаемый результат. Ключевые слова действительно полезной экономической теории — „смотря по обстоятельствам“, „зависит от контекста“ и „бывает по-разному“ (contingency, contextuality, and non-universality).

Экономическая теория учит, что есть время для роста налогов и время для их снижения. Есть время, когда правительство должно вмешиваться, и время, когда оно должно предоставлять рынки самим себе. Торговля должна быть свободной в одних областях и регулируемой в других. Отображение связей между реальными обстоятельствами и желательностью различных видов вмешательства — вот суть хорошей экономической теории.

Общество сталкивается с новыми проблемами, требующими новых экономических подходов и значительных политических экспериментов. Администрация Байдена начала смелую и давно назревшую экономическую трансформацию.

Но в поиске новой экономической парадигмы нужна осторожность.

Наша цель не в том, чтобы создать очередную закостенелую систему правил, а в том, чтобы научиться адаптировать нашу политику и институты к меняющимся требованиям».

Почувствуйте разницу.

Экономист говорит: «учитесь «смотреть по ситуации», будьте готовы к экспериментам в политике и экономике. Министр пишет: «наши цели ясны, задачи определены, за работу, товарищи».


КТО ВЫ, ДОКТОР РОДРИК?

Думается, что в министерстве финансов РФ, когда обращались к авторитету профессора Родрика, просто забыли другую его знаменитую статью — The Myth of Authoritarian Growth («Миф об авторитарном росте»), опубликованную в 2010 году.

«Что лучше для экономического роста: сильная рука, свободная от давления политической конкуренции, или множественность конкурирующих интересов, способствующая открытости для новых идей и новых политических игроков? Примеры из Восточной Азии (Южная Корея, Тайвань, Китай), кажется, предполагают первое. Но как тогда объяснить тот факт, что почти все богатые страны — за исключением тех, которые обязаны своим богатством только природным ресурсам, — являются демократическими?

Должна ли политическая открытость предшествовать экономическому росту, а не следовать за ним?

Когда мы смотрим на систематические свидетельства, а не на отдельные случаи, мы обнаруживаем, что авторитаризм мало что дает с точки зрения экономического роста. На каждый успех авторитарной страны приходится несколько провалов. На каждого президента Ли Куан Ю с его Сингапуром найдется много таких, как президент Мобуту с его Конго.

Демократии превосходят диктатуры не только в том, что касается долгосрочного роста. (….) Они обеспечивают гораздо большую экономическую стабильность. (…) Они лучше приспосабливаются к внешним экономическим потрясениям, таким как ухудшение условий торговли или внезапные остановки притока капитала. Они генерируют больше инвестиций в человеческий капитал, включая здравоохранение и образование, и создают более справедливые общества.

Напротив, авторитарные режимы в итоге создают такую же хрупкую экономику, как и их политические системы. Их экономический потенциал, когда он существует, зависит от силы отдельных лидеров или благоприятных, но временных обстоятельств, таких как высокие цены на нефть. Они не могут обеспечить ни продолжительного развития экономики, ни глобального экономического лидерства…»

Вот так.

И конечно, ни один специалист по государственному PR не поместил бы в одной статье респекты в адрес турецкого правительства и ссылку на статьи Родрика. Хотя бы потому, что родившийся в Стамбуле Дени Родрик — непримиримый критик режима Эрдогана. А тесть Родрика, турецкий генерал Четин Доган, отсидел 4 года по сфабрикованному обвинению в попытке организации светского военного переворота.

Сам же Родрик, развенчивая мифы об успехах авторитарной модернизации, писал о турецкой политике так:

«Во время первого срока премьер-министр Эрдоган ослабил ряд ограничений (…) и провел реформы по приведению правового режима страны в соответствие с европейскими нормами. Но в последнее время Эрдоган и его сторонники начали кампанию по запугиванию своих оппонентов и усилению государственного контроля над СМИ и негосударственными институтами. (…) Преследование критиков Эрдогана распространено так широко, что некоторые считают, что страна превращается в «республику страха».

Хотя у турецкой экономики крепкая основа, поворот к авторитаризму плохо скажется и на ней. Он «разрушительно подействует на качество принимаемых политических решений и негативно повлияет на репутацию Турции в мире», предупреждает профессор Родрик.


P. S.

Только не надо думать, что, ссылаясь на тексты Дэни Родрика, Минфин РФ «посылает» кому-то какой-то «сигнал». Скорее всего те, кто готовил материалы для статьи министра, не поинтересовались, кого именно они цитируют. Им просто понравилась эффектная фраза американского экономиста, подходящая к случаю.

Дмитрий Прокофьев

Источник


Автор Дмитрий Андреевич Прокофьев — экономист, аналитик, автор канала moneyandpolarfox. Вице-президент Ленинградской областной торгово-промышленной палаты. Преподает в Международном Банковском институте (г. Санкт-Петербург).

Фото: Антон Силуанов / Антон Новодережкин, фотохост-агентство ТАСС

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора