Война дело грязное

VLAD_ZHUKOVSKY Сводки с фронтов 86

Война всегда было гряным делом.

Она всегда наступает тогда, когда у людей заканчиваются аргументы и наступает очередь кулаков.

Ни когда не хотел говорить на эту тему, но всё когда-то бывает в первый раз.

Три года молчаливой страусинной позиции политиков не дали никаких результатов и сегодня всё стало становиться на свои места. 

31 января 2017 года, утро, 9:00.

Макеевка начала сильно «шуметь».

⚡ 5:50 Сторона Красного партизана,тяжелые разрывы.

⚡ 5:13. Внимание! Киев производит обстрелы Куйбышивский , Путиловка, Аэропорт и ЯБП с минометов, артиллериии и РСЗО

05:00 Шумят Грады! Всем быть на чеку! Война пошла полным ходом!

04:45 Сильнейший арт обстрел Донецка и Макеевки! Плюсы!

03:40 Работает артиллерия

03:15 Аэропорт-Спартак-ЯБП опять прилеты снарядов тяжелой артиллерии.

⚠ 02:15. Донецк.

Возобновился бой в районе Ясиноватского блок поста! Укронацисты с направления Авдеевской пром зоны ведут обстрел из ствольной артиллерии и минометов!

01:00 — Армии ВСН пришлось оставить одну из позиций под Авдеевкой. Позиция пока ничейная, укров там тоже нет.

Между написанных строк не видно одной детали, которая называется обыкновенным страхом перемешивающимся со смертью простого человека и людей облаченных в военную форму. Люди затеявшие подобное развитие событий не любят говорить на эту тему, у них всё хорошо и это в их среде называется неблагоприятным развитием событий. Говорить об этом прилюдно начинают только тогда, когда котёл начинает издавать избыточное давление и уже нельзя не говорить о этом в открытую.

Святослав Голиков: Бои местного значения.

На фоне громких событий на международной арене донбасский фронт отошел в тень. Да, мы о них помним, периодически сообщаем тремя абзацами в новостях, но ни масштаба, ни «реальной движухи». И вот – очередное обострение.

В Донбассе очередное обострение. Очень жесткое. Вот что говорит человек, знающий об обстановке на фронте не понаслышке:

«Сегодняшнее (29 января с. г. – С. Г.) наступление на Донецк, в отличие от предыдущих провокаций ВСУ за последнее время, происходит в дневное время. Украинские фашисты задействовали РСЗО «Град» и «Ураган», артиллерию 120 и 150 калибров, танки, минометы, все виды вооружений, запрещенные Минскими соглашениями. Это сделано открыто, под фиксацию ОБСЕ и всеми СМИ».

Далее он поясняет, что нынешнее обострение на фронте вызвано стремлением киевского режима «создать какие-то новые поводы для торгов с Западом, как-то усилить свои позиции на переговорах», а не сидеть в пассивно-тревожном ожидании решения своей участи Высокими Договаривающимися Сторонами.

Вот только я хочу сейчас сказать не про Большую Политику, а про те самые СМИ – наши, родные, российские, на глазах у которых разворачиваются события.

Буквально пару часов спустя после того, как Анатолий Гелюх разместил на своей страничке в ФБ процитированный выше пост, мне пришло сообщение от товарища из Донецка с приложенной ссылкой на видеосюжет НТВ о том, как съемочная группа телекомпании попала под минометный обстрел в Макеевке.

Цитировать сообщение я не буду, ограничусь пересказом, иначе половину текста придется звездочками затыкать, ибо прорвало человека совершенно непарламентскими выражениями.

В последнее время, говорит, российские СМИ злят не слабее украинских. Что ни сюжет, то либо Трамп, либо Сирия, а про Донбасс – полторы минуты в неделю. Вот бы этих журналистов хоть на сутки оставить там, куда прилетает. О наступлении ВСУ не рассказывают, поснимали разбитые дома и уехали в свое безопасное место. Но все такие благодушные и доброжелательные…

В общем, с одной стороны, наговорил он много обидного, а с другой, такая реакция, увы, вполне естественна – с учетом обстоятельств. И здесь надо не обижаться, а понимать причину.

Данный сюжет НТВ – это, конечно же, частный случай, просто для моего донецкого товарища Димы он стал той самой последней каплей. Проблема в том, что на фоне громких событий на международной арене, включая тектонические сдвиги политического ландшафта, донбасский фронт отошел в тень. Такие, знаете ли, бои местного значения.

Да, мы о них помним, периодически сообщаем тремя абзацами в новостях, но они скучные какие-то – ни тебе масштаба, ни «реальной движухи». То ли дело было летом 14-го – колонны беженцев, прорывы, котлы, эпичные картинки. А сейчас что? Третий год одно и то же. В общем, мы устали. Для приличия, правда, отмечаемся – не молчать же совсем, а то неудобно как-то…

И вот в этой своей вялой усталости наши мейнстримные СМИ шаблонно отчитались об обстрелах и коротенечко сообщили об атаке в авдеевской промзоне и гибели комбата Грека, фактически проспав «крутой замес» с серьезными потерями с обеих сторон, наступление ВСУ на целом ряде участков и воспрепятствование развитию этого наступления массированными ударами артиллерии и РСЗО ВСН по скоплениям живой силы и техники противника.

Подобным образом, кстати, было сорвано масштабное наступление на Донецк 6–8 ноября 2014 года, когда наша «арта» двое суток смешивала с землей ударные группировки ВСУ.

Нет, я понимаю, конечно, что у СМИ могут быть определенные негласные установки, кроме того, вопросы военной тайны никто не отменял, но ведь при желании и умении проблему цензуры можно решить тем или иным образом. А так получается, что как будто для галочки – лишь бы что-нибудь выдать…

Плюс к этому есть и другой аспект, на мой взгляд, самый важный. Дело в том, что усталость сторонних наблюдателей от информационного фона вокруг такой вялотекущей и «неинтересной» войны, мягко говоря, очень сильно отличается от психологической нагрузки непосредственных свидетелей процесса.

Но ни местные донбасские журналисты, ни британец Грэм Филипс, ни американец Патрик Ланкастер не устают говорить об этой войне. Так почему же наши мейнстримные лепят свои три абзаца и полторы минуты, а то и меньше? Или там, в Донбассе, не решается часть судьбы нашей Родины?

Да, и Трамп, и Сирия, и Европа – это все крайне важно, и я сам об этом неоднократно говорил, но успех или неуспех реализации решений, принимаемых на самом-самом головокружительном верху, зависит в том числе и от простых людей на земле, которые вытаскивают основную тяжелую и грязную работу на своем горбу.

Простые люди Донбасса не дали превратить всю территорию Украины в бандеровский заповедник, и сейчас в первую очередь на них чисто физически лежит задача удержать тот плацдарм, что мы отвоевали тогда, в 14-м.

И эти люди не должны чувствовать себя брошенными. Им нужны искреннее внимание и моральная поддержка. Даже если они ведут свои – такие незаметные с высоты державного полета – бои местного значения…

Бои местного значения всегда идут вперемежку с событиями мелкой местной значимости, которые русский человек с завидным постоянством устраивал себе от скуки ради и которые в впоследствии всё с тем же завидным постоянством героически преодолевал.

О виртуальных перемогах наших энторнет-военов. Давайте в плане шизы не будем обгонять укров

Мою общую позицию на тему украинско-российского конфликта, Крыма, Донбасса и так далее, я озвучил ещё в пору «отжатия Крыма», если кто помнит.

Итак, дорогие крымчане, добро пожаловать из первой лиги соревнований по борьбе за золотые унитазы для комсомольских вожаков в лигу высшую. Вы отцепили свой вагон от поезда, летящего в пропасть с ошеломляющей скоростью, затормозили, и вуаля — теперь вы едете с нами. Туда же, но медленнее.

Пост марта 2014-го, в котором я не изменил ни буквы. Почитайте, вспомните, какая тогда была в связи с этими событиями феерия на тему «Мы будем жить теперь по-новому!». Два года до эпохальной фразы Медведева в адрес крымской пенсионерки про то, что денег нет и надо держаться. Перечитайте тот пост, за который как только меня не клеймили. Впрочем, кого только не заклеймили предателем с тех пор. Стрелков вон уже в предатели записан многими российскими зрадопереможниками. Стрелков, который повёл отряд в 50 человек воевать против целой армии и продержался в Славянске без малого три месяца.

Жаль, помер господин Крыков, погиб в честном бою. Посмеялся бы ныне вволюшку, на меня глядючи. Надорвал бы, я чаю, животики. Все по его свершилось! (с)

Так вот, о чём я. Не надо, граждане энторнет-воены, бежать впереди нашего паровоза, догоняя в степени своей неадекватности несущийся впереди локомотив евроинтергации. Типичный пример такого забега, например, вот. Кассад, пытаясь опровергнуть «вброс Мысягина» про то, что ВСУ уже вот-вот, уже почти у городской черты Дебальцево, начинает извергать настолько прелестные перлы, что даже как-то неудобно становится.

Первое, что бросается в глаза — «Границы зоны обстрелов ВСУ» на первой приводимой им схеме, которая почти годичной давности. Мол, всё хорошо — крупные города в зону обстрела не попадают — ни Брянка, ни Дебальцево, и ещё с запасом. Хотя на самом-то деле попадают и попадали все эти два года. В ноябре, как раз когда я через Брянку проезжал, туда были ночные прилёты 152-мм чемоданов, и сейчас прилетает, причём с жертвами. И по Дебальцево тоже прилетало, прилетает и будет прилетать.

Далее.

Наступление ВСУ в декабре 2016 года, которое позволило им захватит 1 или 2 опорника и кусок нейтралки к северо-западу от Логвиново, с опять же большими потерями (широкую известность получили окоченевшие трупы в зимнем лесу).

Объясните мне, как два продемонстрированных трупа укров оказываются «большими потерями» на фоне того, что только при потере наших опорников наши потеряли убитыми как минимум столько же, если не больше. Логика должна хоть какая-то быть? На передовой находятся несколько опорных пунктов, которые в реальности представляют из себя пункты наблюдательные, занятые каждый всего несколькими бойцами. Укропы занимают без серьёзных боёв эти позиции, заводят туда более-менее значительные силы, после чего наши начинают их отбивать. Вопрос — у кого будут больше потери, если за прошедшие два года всё было сделано для того, чтобы средний уровень подготовки и мотивации у наших сравнялся с противником? Даже если допустить, что у наших он всё ещё выше, и что история по заход укропов на свои минные поля — не утка, потери будут в лучшем случае сопоставимы.

Итог боев — продвижение ВСУ вперёд, улучшение позиций нашего противника.

Итог виртуальных перемог наших энторнет-военов — Борьба за «нейтралку» это способ со стороны ВСУ ставить для себя хоть какие-то внятные тактические цели при невозможности изменить глобальные военно-политические причины приводящие к позиционному пату. На деле же, эти виртуальные перемоги потом оборачиваются обмороженными трупами валяющимися по безвестным лесочкам и потоком 300х в госпиталя в Харькове, Запорожье и Днепропетровске.

Люди транслируют «Всё хорошо, прекрасная маркиза!»(именно такая «трансляция» стоила укропам Дебали), а «позиционный пат» медленно наползает на города ЛНР и ДНР. То есть, на самом деле он и не пат вовсе, а медленный шах. Нам. Я не очень плотно сейчас слежу за публикациями нашего энторнет-воинства, скажите, кому-нибудь столь же оптимистичные выводы на тему «Промки» и трассы Донецк-Горловка встречались? Я так чуть-чуть напомню общественности, что пока Захарченко катается в Крым, погрозить оттуда Польше танками с трибунки, у него, извините, на окраине Донецка укропы уже почти как год перехватили дорогу на Горловку. И отбить их обратно как-то плохо получается. Идут постоянные «бои с переменным успехом», не позволяющие до конца ликвидировать исходный успех укропов, и с сопоставимыми потерями. В то время как «сопоставимые потери» в боях с ВСУ для ЛНР и ДНР — это неизбежный медленный проигрыш в силу банальной ограниченности человеческого ресурса Донбасса, у которого армии добровольческие, на фоне призывной армии Украины, численность населения которой во много раз больше.

Как на это всё — на занятие нейтралки, на обстрелы городов реагирует ОБСЕ, которое, по идее, должно за чем-то там следить? А никак. Почитайте свежую хронику этого никака.

Получается в итоге игра в одни ворота. Укропы занимают нейтралку (а то и нифига не нейтралку), обстреливают города, а оветить наши им могут только эпизодическими артналётами по выявленным целям. История о том, что укропы, как пишет тот же Кассад, устраивают перемоги на нейтралке только ради пиара, она, конечно, очень успокаивает, но только тех, кто далеко от передовой. На передовой люди прекрасно понимают, что укропы не просто так постоянно ведут бои за улучшение своих позиций, не просто так выдвигаются, где могут, вперёд, хоть на 200 метров, хоть на 400, но вперёд, и окапываются, зарываются поглубже, создавая себе удобные НП и стартовые позиции для дальнейших действий.

Давайте сравним ситуации сентября 2014-го, февраля 2015-го и января 2017-го.

В сентябре 2014-го, после летних котлов, перед «северянами» и ополченцами — остатки полностью деморализованной армии, потерявшей только что в котлах большую часть своей боеспособной техники и значимую часть боеспособного личного состава, в том числе командиров.

В феврале 2015-го, после Дебальцево, несмотря на потерю большого количества припасов, техники и людей в Дебальцево, перед корпусами народной милиции куда более крепкий противник. Грубые нарушения простейших правил ведения боевых действий он не прощает, и они каждый раз оборачиваются потерями.

Спустя ещё два года, в начале 2017-го руководители ЛНР и ДНР, ежегодно принимающие праздничные парады 9 мая, и регулярно грозящие Киеву освободительным походом уже не могут отодвинуть противника с захваченных им опорных пунктов под Дебальцево и на трассе Донецк-Горловка. Вам не кажется, что это мало похоже на победоносный ход войны, мои дорогие любители ХПП. Возможно, «глупые укры» не настолько глупы?

Во-первых, их постоянная боевая активность позволяет дать боевой опыт большому числу людей. Как следствие, в случае наступления эти люди буду чувствовать себя увереннее. Уже два года назад, во время Дебали, речи не шло о повторении лета 2014-го с разбегающимися при первых звуках канонады толпами срочников, которые узнали, что их офицеры свалили ещё до начала канонады. Сейчас среднестатистическая мотивация по обе стороны фронта постепенно уравнивается, но это не мешает нашим виртуальным зрадопереможникам рассказывать о том, что укропы разбегутся от одного упоминания о присутствии российской армии.

Во-вторых, выгодные позиции. О том, чтобы занять выгодные позиции на нейтралке, пока их не заняли укропы, в ЛНРовских штабах начали говорить сразу после образования и «застывания» этой нейтралки после Дебальцево. Все прекрасно понимали, что со временем эти позиции займут укропы, и тогда выбор будет не шибко велик — или в некоторых местах отодвигаться самим, потому что удержание некоторых позиций после этого будет сопряжено с постоянными жертвами, или постоянно молотить артой занятые укропами позиции, или отбивать их обратно. Результат пассивного ожидания был немного предсказуем ещё до декабрьских боев под Дебальцево — серьёзно отогнать укропов назад на каком-либо участке уже не получится иначе как операцией с использованием целой бригады со всем положенным артиллерийским оркестром. Одна проблема — для того, чтобы собрать боеспособную бригаду, надо забрать боеспособные части из нескольких бригад, иначе план быстрого и красивого рывка и захвата в реальности выродится в затяжную мясорубку. А быстро всё это собрать, да ещё так, чтобы укропы не подготовились к встрече, не получится. Итого, рисковать всем этим пока никто не собрался. А укропы, тем временем, непрерывно улучшают позиции, что способствует успеху их возможного наступления. Чем ближе можно незаметно подтащить резервы и арту к фронту и чем дальше можно заглянуть с занятых высот, тем эффективнее будет первый удар.

В-третьих, укроповские «разведки боем» в сочетании с очень хорошо развитой разведкой, в том числе агентурной, позволяют снимать «телеметрию» скорости и качества реакций наших штабов и подразделений. Вот пошла атака, вот засуетились штабы, вот отдали приказ на выдвижение арты, вот арта доложила, что не может поехать, потому что то, сё и вот это… вот арта поехала, вот подошла пехота и так далее. В ситуации, когда речь идёт о необходимости молниеносного удара, это всё очень ценная информация, критически важная, я бы сказал. «Вскрывать систему огня», как это требовалось бы в ситуации позиционной войны со сплошными окопами по обе стороны, не требуется. Большая часть протяженности 350-400 километровой линии фронта с нашей стороны даже не удерживается а просто наблюдается наблюдательными пунктами, на каждом из которых сидит всего несколько человек. «Вскрывать» в такой ситуации требуется скорость и качество выдвижения резервов. Что укропы и делают, получая возможность моделировать будущее наступление с максимально возможной точностью.

Да, если кто-то по-прежнему при произнесении словосочетания «украинская разведка» непроизвольно давит лыбу — типа, «Это как? Такое бывает?», то я вам ещё раз сообщу, что это, мягко говоря, очень несвежий взгляд на проблему (особенно учитывая ликвидацию укропами «Моторолы» в Донецке). Уже давно украинские ДРГ успешно лазают по нашим тылам и нарваться на растяжку по дороге за водой — обычная ситуация для обитателей передовых НП. А наши артиллеристы уже давно могут схватить «ответку» не после стрельбы, а до, в момент развёртывания.

В-четвёртых, самое очевидное. Любые «позиционные бои» вокруг очередного вклинения на руку укропам из-за сопоставимых с нашими потерь. Имея возможность вламываться в цепочку НП и захватывать их практически без боя, укропы создают нашим необходимость их отбивать с постоянной оглядкой на ОБСЕшников, которые с радостью зафиксируют любую движуху с нашей артой и бронёй в прифронтовой полосе. Потери 1 к 1 и даже 1 к 2 в нашу пользу укропов всё равно устраивают при их преимуществе в мобресурсе. Одновременно с этим постоянное нахождение в ситуации людей, лишенных возможности как следует постоянно отвечать на атаки и обстрелы, серьёзно подрывает моральный дух в корпусах народной милиции.

Впрочем, у корпусов по-прежнему вагон и других проблем, осложнённых тем, что «верхи» не в курсе значимой их части из-за всеобщего очковтирательства. Недавно публиковал у себя «Законы Гелюха» — конспективное изложение «изнутри» того, как сейчас воюют наши. Можно схематично оценить масштабы ужоса. Некоторые системные вещи там не описаны полностью, придётся озвучить их ещё раз.

1. Фундаментальная проблема с местным моб.ресурсом, неисправимая по причине «Минска». Людям, как оказалось, не очень интересно работать мишенями за право вернуться обратно в Украину, если им есть чем в жизни заняться. Что есть, в общем-то, итог вышеописанного «в-четвертых». Тот же Гелюх у себя в фейсбуке неоднократно описывал, как нарастает в «народной милиции» количество «пятнадцатитысячников», которые в случае укропского наступления окажутся, мягко говоря, неготовы его отражать. Объявлять мобилизацию нельзя, потому что «как же так, это будет непопулярная мера, мы же не укропы, которые насильно людей гонят», а так же потому, что те, кто воевать по призыву не захочет, свалят в РФ точно так же, как это сделали по другую сторону фронта те, кто может что-то как-то заработать в РФ. Результатом введения призыва станет просто утрата значимой части оставшихся вменяемых гражданских кадров, которых и так с трудом хватает. Отчаянные заявления прошлой осени о том, что будут вводиться надбавки за стаж и за передовую, мол, вернитесь, старые кадры, я так понимаю, так и остались заявлениями. «Держитесь, денег нет».

2. Фундаментальная проблема с советниками, неисправимая по причине того, что 100% «лучших из лучших» для подготовки «народной милиции» качеством значимо выше армии противника не пришлют. Во-первых — теперь у нас есть Сирия, во-вторых, как и раньше, никто из российских командиров, которые понимают, что, если Россия вмешается, воевать предстоит им, не отдаст свои лучшие кадры куда-то на сторону — самим надо готовить своих людей и технику. Как результат, приезжают люди самые разные, настолько разные, что где-то одних буквально носят на руках, потому что это реально отцы-командиры, с которыми можно воевать, а другие во многих других местах уже успели вызвать откровенную ненависть, доходящую до локальных мятежей, типа того, что было у Мачете весной 2016-го. Общее численное соотношение — не в пользу первых. Опять же, когда человека, заведовавшего в армии РФ автобазой присылают командовать разведбатом… впечатление о перспективах складывается у многих душераздирающее.

3. «Текучка». Вышеописанные два пункта в наложении друг на друга создают довольно мощный поток кадров, дрейфующий по подразделениям в поисках адекватного командования или каких-то других опций. Поскольку и местные командиры, и «северяне», со временем меняются, переток кадров, переводящихся с место на место в поисках разного, не прекращается. Кто-то ищет возможность нормально воевать, кто-то, наоборот, ищет возможность этого не делать, но получать зарплату. Кто-то ищет возможность уйти оттуда, где всё разворовывается, кто-то, наоборот, ищет возможность сесть на место, позволяющее что-нибудь тянуть. Результат — можно полностью выработать моторесурс техники и расстрелять стволы пушек на учениях, но уровень боевой подготовки основной массы кадров у тебя останется на отметке весны 2015-го. Реальная укомплектованность большинства частей колеблется вокруг цифры 50%, что постоянно порождает требования сверху «укомплектоваться уже наконец!», и как результат — приток в то или иное подразделение через военкомат большого количества слабо мотивированных кадров, склонных к синьке. И, в итоге, отток кадров мотивированных и хоть как-то подготовленных. Параллельно с этим всё, что можно укомплектовать девушками и дедушками, комплектуется ими. В результате в ЛНР один такой дедушка-водитель во время напряженных учений уже свалился с сердцем. И умер. Евич об этой тенденции писал ещё после Дебальцево, за два года ничего не изменилось. В случае резкого напряга многие места армейской инфраструктуры просядут просто потому что они не укомплектованы крепкими здоровыми мужиками, способными вкалывать несколько дней без сна и отдыха.

4. Самая большая проблема, по большей части — следствие описанного выше. При формальном единообразии штатов — крайняя неоднородность реальной боеспособности различных частей. О собственном масштабном наступлении я уже не говорю, у нас для этого есть Захарченко с Плотницким, а в случае начала укроповского наступления для всех более-менее боеспособных подразделений их собственная боеспособность не станет лекарством от обхода с флангов, там, где укропам удастся прорвать фронт из-за небоеспособности или неукомплектованности их соседей. Основным отличием от взятия Дебальцево, когда поиск в собственных рядах боеспособных боевых групп занял всю первую неделю операции, будет то, что найденные боеспособные группы будут через несколько дней после начала боёв сидеть в котлах. По моим наблюдениям, в среднем при «большом кипеше» одна омсбр НМ ЛНР/ДНР суммарно сможет выставить не больше батальона боеспособной пехоты, усиленного ротой боеспособных танков и артдивизионом. Эти силы попробуют выдвинуться на рубеж развёртывания, к которому будут отступать силы, прикрывавшие передовую, и где у них должны быть накопаны траншеи и огневые для пехоты и капониры под технику, но окажется… да, тут как-то пришла кое-кому в голову мысль проверить состояние этих позиций в N-ской бригаде, по соответствующей карте, на которой они все типа есть. Результаты — половины позиций просто нет, оставшиеся или выкопаны не так, или — не там, или — и то, и другое.

5. Большие проблемы с системной подготовкой кадров технических специалистов. Проблема, которая частично растёт из пунктов 1-3 и могла бы помочь с пунктом 4, но не решается. Причин может быть масса — от банального нежелания «кураторов процесса» из России до всё той же пресловутой нехватки средств. Наиболее неприятно, что до сих пор не развёрнуто систематичной подготовки большого количества технических специалистов, без которых огромное количество БТТ и арты, нагнанное в республики — металлолом. Если мы не говорим об одном дне военных действий, а хотя бы о неделях активной эксплуатации, то процент боеспособной техники напрямую связан с тем, сколько у вас есть мотивированных качественных кадров технических специалистов. Где-то людям удаётся кустарным образом создавать собственные маленькие школы кадров, но этого даже в ситуации нынешнего стояния не хватает. То же ДонВКУ, которое держится во многом на энтузиазме своих преподавателей, оно не покрывает и ещё долго не покроет все запросы строевых частей. А что будет, когда фронт двинется и люди, равно как и техника, начнут выбывать из строя по причине боевых потерь? Сейчас, когда у зампотеха вся техника стоит на одной стоянке, «на отводе», он может всё успеть, будучи единственным «человеком, который всё знает и умеет».

Укропы же в отношении кадров мало того что имели уже готовую, пусть и изрядно разложившуюся систему подготовки, которую им ускоренно модернизируют их западные союзники, так ещё и могут эти кадры проверять поочередно в боевых условиях, отсеивая негодные и продвигая тех, кто, что называется, хорошо учился. Поэтому, например, заметен огромный прогресс в работе у украинской арты.

6. Снабжение. Танкисты без шлемофонов. Снайпера без снайперских патронов и нормальной оптики. Миномёты и гранатомёты без прицелов. Бронетехника без ЗИПов. Арта с изношенными стволами. Радиостанции без аккумуляторов. Оптика и ПНВ — на свои деньги, от волонтёров или трофеи. Внештатная связь, обеспечивающая нормальную боевую работу, — на свои деньги, от волонтёров или трофеи(Потому что штатной не хватает, она неисправна или попросту бесполезна в тех условиях, в которых эта боевая работа идёт). Перечислять все несрастухи в области снабжения, которые за два года войны с опорой на Военторг никуда не делись, можно очень долго. Отношение условной обобщённой «Москвы, верящей в ХПП» к ним не так давно открыто озвучил Стешин в фейсбуке. Заметим, касаемо самого повода нашей с ним дискуссии, что в итоге заветные «Джавелины» укропы таки получили. Вот тут, в фейсбуке u_96го, отличное обсуждение, демонстрирующее наивность представлений многих о современном состоянии укроармии. Никто, естественно, эти 18 литовских «Джавелинов» сепарам не продаст. Вступление Трампа, краеугольной персоны нынешней версии ХПП, в права президента США, хозяева дискурса отметили вполне логичным и грамотных ходом. Я так понимаю, сильно бэушные, поставленные литовцам более 10 лет назад комплексы из первой волны поставок, должны стать своего рода тестом для украинских кадров. Если их просрут — не жалко. Научатся с ними работать и успешно отработают хотя бы на полигоне? Значит, укры получат ещё. И они, уверяю вас, не будут «раздавать их поштучно по батальонам», как там кто-то написал, а сформируют мобильные взводные группы на легких БТРах, которыми будут прикрывать фланги своих наступающих группировок, по которым, в теории, должны будут наносить удары боевые группы наших бригад, усиленные отдельными танковыми батальонами. Кстати, суммарно прибалтам поставлено уже вполне серьёзное количество этих ПТРК, сотни ПУ и несколько сотен ракет, так что резво усилить ресурсы укров при необходимости они смогут быстро. (Тут, в который уже раз, стоит похвалить предусмотрительность бывалых людей, которые надеждам на различные версии ХПП предпочитают свои собственные ХП, которые можно, что называется, руками пощупать. Поэтому танкисты Новороссии к массированному применению противником «Джавелинов» готовятся, в меру своих возможностей, ещё с 2015-го.)

Надо сказать, что я и раньше пассажи, аналогичные стешинскому, слышал в московских частных беседах. Мол, да зачем их чем-то таким снабжать, всё равно годны только на героическую гибель по ударами коварных ВСУ, в ответ на зверства которых во время их вероломного наступления российская армия нанесёт неотразимый всесокрушающий удар.

Вот только нанесёт ли? И будет ли удар таким неотразимым и всесокрушающим? То, что Москва будет терпеть регулярные нарушения перемирия укропами, и торговаться с Западом, понятно. А попрут укропы, тогда, мол, «Подует «Северный ветер». Китакадзе, блин, переиздание «Войны 8.08.08», «Принуждение к миру — 2». Вот только переиздание-то может и не получиться, если вспомнить о том, что даже в той короткой войне с грузинской микроармией без боевого опыта одних самолётов наши только безвозвратно потеряли с полдюжины, включая Ту-22, сбитый, говорят, как раз «Буком», проданным Мишико укропами. И даже с тем состоянием армии, которое было у укропов в 2014-м, случались всякие неожиданности и неприятности. Например, укропы захватили у «северян» Т-72Б3 и чуть было не уехали на нём из Иловайского котла. Те укропы, 2014-го года образца, у которых не было опыта двух лет войны. Которым добрые заокеанские союзники ещё не переоснастили связь на цифру и не выдали ПНВ в количестве. Думаю, такая «подготовка к прошлой войне» может нам дороговато обойтись.

Впрочем, укропы, я полагаю, не дураки и дождутся момента, когда Россия по каким-то причинам вообще вмешаться в события не сможет. Как в свое время хорваты дождались ситуации, когда Милошевич, говоривший «Краина должна продержаться 5-6 дней, за это время что-нибудь придумаем», не вмешался. Говорят, обещали санкции с Югославии снять, если не вмешается. Естественно, кинули. Трамп, с которым у наших ХППшников связано столько надежд, может неофициально предложить именно такую торговлю — невмешательство на Донбассе в обмен на признание Крыма и снятие санкций. В нашей «элитке» к этому многие готовы, не очень понимая, что после этого у российского руководства альтернатив судьбе Милошевича уже не будет. От них потребуется демонстративно не вмешаться в разгром Донбасса, дабы доказать, что и общее их вмешательство в конфликт носило исключительно политический характер.

Естественно, их кинут.

Вот такова на самом деле реальная ситуация и виды на её развитие. Раз в год, думаю, можно потратить время и всё это более-менее детально описать, чтобы широкие массы не отрывались от реальности. Как жили корпуса в атмосфере грядущего подвига, так и живут. Русский человек несгибаем. Воюют люди, не уезжают. Воюют с плохим зрением, воюют с больными детьми на руках. Воюют рядом местные и добровольцы из России, убеждённые коммунисты и постоянные читатели «Спутника и погрома», посмеивающиеся над тем, как «Русский мир» у них в тылу потихоньку готовит им уголовную статью за наемничество. Когда есть что-то, кроме «положняка», — хорошо. Нет? Заправляют «флору» в кирзачи, подпоясываются советским подсумком на 4 магазина вместо разгрузки, и идут воевать. Увидел зимой в донецком супермаркете ошалелого деда крайне бомжеватого вида во «флоре» и тапочках на босу ногу — не морщи носик. Это бойцы зарплату получили и отправили старшину в ближний тыл за человеческими продуктами.

Что со всем этим делать? В общем, очевидно, что делать. Сделать так, чтобы ко «Дню «Д» накопилось достаточно много сюрпризов для наших «уважаемых партнеров». Пробовать оснастить тех, кто сейчас воюет, тем, что невозможно или слишком дорого купить на месте. А это, прежде всего, оптика и связь.

Да, скорее всего укропы выберут момент, когда у России будет ещё более сложная обстановка и внутри, и снаружи, и попробуют атаковать. Скорее всего — летом, хотя и зимних вариантов наши тоже не исключают. Не Порошенко атакует, так тот, на кого его сменят. Не надо иллюзий, «Украина, стремящаяся в Европу» была в очередной раз воссоздана с единственной целью — для того, чтобы, выжав её досуха на предмет полезного Европе человеческого ресурса, завалить её на Россию. Как именно эта война началась бы — с «выдворения ЧФ РФ из Севастополя в 2017-м» или так, как она началась в 2014-м, уже сугубо второстепенный момент. Трамп Чудодейственный в этом вопросе никак не поможет. Белоруссия в лице Батьки, как оказалось, _внезапно_ сочувствует «Борьбе Украины за независимость». Про Прибалтику и так всё понятно.

Драка будет страшная, поэтому пожалуйста, дорогие энторнет воены, не надо анекдотов про тупых вороватых укропов и прочего шапкозакидательства. Когда большой замес пойдёт — не до анекдотов будет, я вас уверяю.

Ну и да, граждане, было дело много лет назад, рассказывал я вам страшилки про то, как будут пытаться Россию разваливать, а потом вводить на её территорию «миротворческие силы» Польши, прибалтов, Украины. А вы мне улюлюкали «Да где там армии? Кого вводить??» Ну вот, украинская армия уже есть. Можно много говорить о её недостатках, но построить в ДНР и ЛНР что-то получше у «северян» не получилось. Кстати, тогда же, более 10 лет назад уже, я вам рассказывал, что на Украине неизбежна гражданская война, когда местное чиновничество и олигархат наперегонки дожрут ту «жировую прослойку», которая хоть как-то объединяет восток и запад. Рассказывал вам о том, как местные пророссийские активисты смотрят на Россию и Путина как на иконы, и им рассказывал о том, насколько реальность отличается от их идеализированных представлений.

Да, мы оставим теплую Москву, залитую по ночам мириадами огней, оставим ради призрачного отсвета окопной буржуйки. Мы оставим у голубых экранов ТВ наше старшее поколение, сломленное гайдароцидом и распадом СССР и махнувшее на нас, непутевых, рукой. Мы оставим наших девушек, которым хочется домашнего очага и стабильности, и которые смотрят снисходительно на игры в настоящих мужчин только до тех пор, пока они остаются играми. Мы, ни с кем не советуясь, не согласуясь друг с другом, удивительно одновременно закинем за спину свои сидоры и погрузимся в плацкартные вагоны. И узнаем друг друга по нехорошему блеску в глазах.

Этим словам уже больше 11 лет.

Я ни в коем случае не претендую на звание гения и пророка. Это банальное здравомыслие, не огороженное самоуспокоением.

Ну и последнее. Есть такое расхожее утверждение, мол, правду говорить легко и просто, практически приятно. Когда я его слышу, всегда хочется спросить «Вы пробовали?».

По всей видимости всё это тоже пройдёт, как и всё то, что с завидным постоянством уже происходило на нашей земле в протяжении последних тысячи лет.

Только есть один нюанс, война всегда забирает с собой самых лучших людей и оставляет на плаву тех, кто её затеял.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора