МВФ запретил России тратить накопленные ею резервы на развитие

Алексей Сахнин Валентин Катасонов Сергей  Аксёнов 29.05.2019 14:03 | Экономика и политика 171

Правительство Медведева пытается угодить Западу, но боится народа

 

Степень контроля российской власти со стороны западных политических институтов превзошла все мыслимые границы. Абсолютно чужие дяди и тети нам теперь пытаются запретить тратить наши собственные деньги на развитие нашей собственной страны. Об этом пишут «Ведомости» со ссылкой на заявление руководителя миссии МВФ в России Джеймса Роафа.

По словам Роафа, инвестировать деньги Фонда национального благосостояния (ФНБ) во внутреннюю экономику России не стоит, чтобы «сберечь ресурсы для будущих поколений». Куда же тогда их вкладывать? В «качественные иностранные активы», считает Роаф.

Причина появления очередной рекомендации МВФ в том, что приближается момент, когда средства, накопленные в ФНБ, превысят сумму в 7,9 трлн рублей (7% ВВП России). А значит, согласно Бюджетному кодексу, их можно будет начать инвестировать.

Этот рубеж будет достигнут, по прогнозам, уже к концу 2019 года. Пока же в ФНБ лишь примерно половина названной суммы — 3,8 трлн рублей. Это доходы от высоких цен на нефть, которые разрешено хранить в зарубежных финансовых инструментах, но запрещено тратить на развитие России.

Автором такой модели финансовой стабильности является тот же МВФ. В России у нее есть свои адепты: Кудрин, Силуанов, Орешкин. И, судя по всему, — Дмитрий Медведев. Который не только оставил Силуанова во главе Минфина в новом правительстве, но и повысил его до должности вице-премьера.

Предчувствуя момент, когда, возможно, придется выделять средства на развитие страны, Силуанов поторопился подстелить соломки. «У нас есть закон, который говорит о том, что после достижения уровня 7% ВВП мы можем инвестировать эти ресурсы. И мы будем это делать, поскольку нам нужны новые проекты, нам нужна новая инфраструктура, нам нужен новый спрос для наших предприятий, — пообещал министр.

А вот что Силуанов говорил о предстоящих тратах совсем недавно — в апреле: «Мы можем и не тратить, нет такого обязательства… Если увидим, что цена опять будет там $ 30 или $ 40 за баррель, конечно, не до каких инвестиционных проектов, будем держать эти деньги для финансирования наших расходов». Кажется, Силуанов предпочел бы вообще никогда не давать денег российской экономике.

Чтобы понять, к чему могут привести рекомендации МВФ, достаточно вспомнить, что именно эта структура посоветовала повысить в России возраст выхода на пенсию.

По мнению профессора кафедры международных финансов МГИМО Валентина Катасонова, речь идет в первую очередь о политическом вопросе.

— Меня интересуют не столько детали этой конкретной ситуации, сколько почему МВФ вообще заявился в Россию и на каком основании он дает тут какие-то рекомендации и указания?

«СП»: — Еще при Ельцине МВФ к нам заявился. С тех пор его, видимо, некому вывести за дверь.

— Дело в том, что МВФ на сегодняшний день управляется Соединенными Штатами, которые объявили нам войну. Поэтому людей из МВФ нельзя пускать даже на порог. А мы начинаем обсуждать: что они нам такое посоветуют?

Это наше внутреннее дело, наш суверенный вопрос и нечего им туда совать нос.

«СП»: — А если содержательно оценить совет главы российской миссии МВФ Джеймса Роафа?

— Это опять подыгрывание нашим геополитическим «партнерам». Потому что происходит накопление валюты. Хотя доля доллара в активах России уменьшилась, но зато увеличилась доля евро.

Да, у нас происходит диверсификация валютного портфеля. Но и британский фунт, и японская йена и даже китайский юань находятся под прямым или косвенным контролем хозяев мировых денег. Поэтому накопление валютных резервов нам надо категорически прекратить.

А уж заявление о том, что мы должны излишки вкладывать в западные резервные валюты… Это все равно, что покупать веревку, на которой они нас собираются повесить.

«СП»: — То есть — это больше политический, чем экономический вопрос?

— Конечно политический! Это как в 1941 году Гитлер нас бы учил, как расчищать дорогу напавшим на нас немецким войскам, чтобы они поскорее вошли бы в Москву.

«СП»: — Но внешняя политика у нас определяется президентом.

— С моей точки зрения, президент в России сегодня стал абсолютно номинальной фигурой. Мы питаем какие-то надежды, но видно, что сегодня президент не в полной мере управляет даже внешнеполитическими вопросами. А экономикой он не управлял никогда.

Судя по всему, есть какая-то тайная конвенция, по которой президент не должен вмешиваться в вопросы российской экономики.

«СП»: — А Медведев?

— По своему статусу он должен заниматься экономикой. Но, на мой взгляд, то, что он делает — это либо вопрос для правоохранительных органов, либо для врачей-психиаторов.

Доцент кафедры экономики труда СПбГЭУ Андрей Песоцкий обращает внимание на то, что рекомендации МВФ устарели.

— Пожалуй, сложно найти в мире организацию, чью советы, обращенные к России, были бы столь же неизменны, как рекомендации МВФ. Годы идут, меняется геополитическая обстановка, сменяются президенты и кабинеты министров, а Международный валютный фонд талдычит одно и то же. Тезисы — точь в точь, как те, что предлагались «молодой российской демократии» на заре 1990-х.

«СП»: — Очевидно, эти тезисы вытекают из некой неизменной политической позиции МВФ.

— Советы МВФ — это указания по закреплению за Россией статуса сырьевой колонии. Мол, пока не созрели некие условия, и не думайте думать об инвестировании в свою экономику. А храните деньги в зарубежных банках.

Промышленность, по мнению такого рода советчиков, должна каким-то образом возникуть (ну, или восстановиться!) сама, когда государство полностью устранится от управляющих воздействий.

Такие рекомендации не соответствуют не только советскому опыту плановой экономики, но и «историям успеха» новых капиталистических «тигров» второй половины XX века — Южной Кореи, Японии. Где не обошлось без активной роли государства.

Ветер истории дует не в сторону МВФ, поэтому их советы сегодня видятся вдвойне неактуальными. Мир вступает в противостояние новых протекционистских блоков. Достаточно посмотреть на разгорающуюся торговую войну между США и Китаем.

«СП»: — Что же будет?

— Нас ждет холодная «война империй». И России лишь остается вести себя так же, как государства-лидеры. Становиться самостоятельным геополитическим (а значит — и экономическим!) полюсом.

Даже осторожный Силуанов, системный либерал, уже опасается однозначно принимать сторону МВФ, как сделал бы это лет десять назад. Понимает, что перед ним, как минимум, советы позавчерашнего дня.

В свою очередь координатор «Левого фронта» Алексей Сахнин уверен, что попытка российского правительства потрафить МВФ входит в противоречие с интересами народного большинства.

— В эпоху кризиса мировой центр накопления капитала начинает собирать «урожай», выводя деньги с мировой периферии. Отсюда требование и к России: не тратить деньги «непонятно на что». На железные дороги и зарплаты, например. А дисциплинировано их вывозить за рубеж, финансируя перестройку экономики в богатых странах.

По мнению МВФ, деньги сейчас больше нужны американской или западноевропейской экономикам, чтобы профинансировать их реструктуризацию, смягчить кризис, осуществить четвертую промышленную революцию и т. д. Нам как бы говорят: «Ребята, не тратьте деньги на себя, они не ваши!».

«СП»: — Логика МВФ понятна. А логика нашего Минфина?

— Она половинчатая. В условиях кризиса недостаток финансирования повлечет за собой социальные, а, следовательно, — и политические последствия: падение рейтингов, активизацию общественной жизни. Поэтому правительство пытается сбалансировать эти опасные для себя тенденции, вкладывая деньги в инфраструктурные проекты. Создавая рабочие места и хоть как-то стимулируя экономику.

Но при этом правительство полностью отказывается от структурных реформ. От того, чтобы изменить саму логику экономического развития страны.

Например, запуская завод, используют иностранные комплектующие. Таким образом, эти инфраструктурные проекты получаются паллиативными полумерами, которые задачу «деколонизации» экономики не решают.

Это приводит к тому, что в центре накопления падает коэффициент полезного действия их модели. На Запад уходит уже не сто процентов всех денег, а меньше. Это создает объективные противоречия между центром и периферией, которые проявляется в геополитическом напряжении, бряцании оружием и локальных конфликтах.

«СП»: — Но может лучше, когда правительство делает хоть что-то, чем ничего?

— Все эти инфраструктурные проекты не изменяют систему распределения средств внутри общества. Прибыли все равно концентрируются в руках привилегированного меньшинства, а не перераспределяются в обществе. А значит — не возникает устойчивого спроса, который мог бы «вытягивать» экономику.

К сожалению, мы тут наблюдаем «бег по кругу». Проблемы уже нельзя игнорировать, но принять какое-то стратегически смелое, альтернативное решение Москва не в состоянии.

«СП»: — Хотя в стране есть альтернативно мыслящие люди.

— Одна из проблем правительства в том, что нарастает внутренняя фронда. Появляется часть правящего класса, которая настаивает на том, чтобы деньги вкладывались здесь. Типа Глазьева.

Такого рода люди требуют кейнсианских реформ: масштабных инвестиционных проектов, удешевления кредита за счет печатного станка, частичной автаркии — выхода из транснациональных структур типа ВТО, протекционистской защиты внутреннего рынка и стимулирования спроса увеличением социальных выплат за счет повышенного налогообложения сырьевых отраслей.

Это все, конечно, в пределах капитализма. Но это некая структурная перестройка, которая уже вошла в повестку дня. Но на нее правительство не идет. И вряд ли пойдет, так как члены нашего правительства — прямые представители той сырьевой, финансовой олигархии, за счет которой эту перестройку можно было бы осуществить.

 

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора