В 2020-м расплачивались за спад, в 2021-м платим за расцвет

Сергей Григорьевич Шелин 10.06.2021 13:52 | Экономика 37

Уровень жизни россиян идет вниз, несмотря на успешное якобы восстановление экономики. Инфляционный налог растет. Путиномика продолжает выживать за счет народа.

Если верить начальству, наша держава очень удачно изживает последствия ковидного кризиса народного хозяйства. Скажем, в нынешнем апреле (более поздних сведений пока не сообщают) выпуск товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности был на 13,8% больше, чем год назад.

Согласимся, что на дворе экономическое чудо, и спросим: а какая от него польза рядовым гражданам? Ведь в прошлом году пришлось затянуть пояса. Даже по официальным подсчетам, которым верят не все, реальные располагаемые доходы в 2020-м упали на 3,5%.

Вроде бы сейчас и у нас на улице экономический праздник. Самое время вернуть потерянные деньги. Но в первом квартале 2021-го реальные доходы оказались на 3,6% ниже, чем в первом квартале предыдущего. В чем дело? Безработица идет на убыль, зарплаты и пенсии в номинале растут, а народ продолжает беднеть, хотя ковидный спад сменился расцветом. Вовсю работает инфляционный налог — традиционно главный механизм изъятия доходов у населения. Ставки этого налога уверенно движутся вверх. За 2019-й год индекс потребительских цен на товары и услуги увеличился на 3,0%. За 2020-й — на 4,9%. А в мае 2021-го (считая год к году) — уже на 6%. Рост индекса цен на непродовольственные товары составил 6,7%, а на продукты питания — 8,1%.

Что же до услуг (включая коммунальные), то ценовой индекс вырос якобы только на 3,3%. Каждый может посмотреть на свои счета, проверить, действительно ли он сейчас платит всего на одну тридцатую больше, чем год назад, и, может быть, убедиться, что подлинный рост цен выше официального.

Ответственным за происходящее считается, конечно, не весь наш режим, а только Центробанк. Ну, например, потому, что предсказывал торможение инфляции уже в марте и оказался плохим гадальщиком. Наоборот, ускорение инфляции «приобретает устойчивый характер», заметила на днях Эльвира Набиуллина, и уж с этим наблюдением не поспоришь. Деваться некуда, в ближайшие дни ЦБ, если ему разрешат, снова повысит ключевую ставку — и обещает, что в этом случае где-нибудь осенью «начнется устойчивое замедление годовой инфляции». Но до осени далеко. По нашим стандартам, целая политическая эпоха. А пока инфляция будет ускоряться.

Вопрос, почему она так себя поведет в России, совсем не банален. Да, по всему миру цены идут в рост, особенно на простые продукты, вроде нефти и зерна. И действительно, где-нибудь в США нынешний всплеск потребительских цен (больше 4% по годовому счету) выглядит диковиной. В богатых странах на фоне борьбы с пандемией за прошлый год раздали денег в объемах 15–25% ВВП, значительную часть из которых напрямую получили рядовые люди. Эти деньги полились на национальные и мировые рынки, вздувая ценовые пузыри. Вычисляемый ФАО всемирный индекс продовольственных цен в этом мае был, считая в долларах, почти на 40% выше, чем годом раньше.

Но ведь у России особый путь. Прошлогодние антикризисные мероприятия формально стоили казне неполные 5% ВВП (а по реальному счету даже и существенно меньше), и почти все эти щедроты достались предприятиям, а вовсе не простым гражданам. В отличие от среднего западного жителя, у рядового россиянина денег на руках никоим образом не прибавилось. Почему же он должен больше платить за свои покупки?

Причин несколько, и одну из них наше начальство заметило сразу. Поскольку мировые цены на масло, сахар и прочие продукты питания подскочили, их производители принялись продавать свои товары за рубеж, а на внутреннем рынке брать за них дороже.

«Использование выгодной конъюнктуры для наращивания собственного производства и захвата международных рынков», — сказали бы еще недавно. «Жадность или измена?» — спросило себя начальство сейчас.

И ответило попытками установить твердые цены (почти сразу провалившимися) и расширяющимися запретами на экспорт еды, прицельно бьющими по самым эффективным российским производствам.

В прежних координатах потери наших потребителей от взлета мировых цен компенсировались бы укреплением национальной валюты, раздачей нуждающимся еды бесплатно по продуктовым картам и, конечно, подъемом реальных заработков по причине роста доходов национальных производителей.

При нынешней же битве с внешним миром рубль неспособен по-настоящему укрепиться из-за санкций, расходы на прокормление бедных признаются несвоевременными тратами, а реальные доходы большинства граждан не могут вырасти в принципе, поскольку национальным производителям оставлен в пользование всего один ресурс — отечественные потребители. Но уж из них дозволяется выжать почти все. По сравнению с доковидной эпохой, российские предприятия, во-первых, сократились в числе, поскольку часть внутренних конкурентов разорилась и отпала, а во-вторых, получили еще более надежную защиту от конкурентов внешних. И то, и другое подталкивает их работать хуже, чем раньше, и при этом гораздо решительнее вздувать цены.

Поэтому в апреле 2021-го индекс цен производителей промышленных товаров был на 27,6% выше, чем в апреле 2020-го. Вот подлинный уровень годовой инфляции, которому еще только предстоит конвертироваться в удорожание покупок рядового россиянина.

Именно об этом в изысканных выражениях предупредил на днях исследовательский департамент Центробанка: «Высокие темпы роста отпускных цен в промышленности, в том числе в производстве потребительских товаров, указывают на сохранение в ближайшие месяцы повышенного инфляционного давления в экономике, включая потребительский сектор».

Именно так. Обложение россиян инфляционным налогом только еще разворачивается. В прошлом году изъятыми у подданных средствами система компенсировала спад. В нынешнем — их же деньгами оплачивает выход путиномики из этого спада.

Сергей Шелин

Источник


Автор Сергей Григорьевич Шелин — политический аналитик, журналист, обозреватель ИА «Росбалт».

Фото с сайта www.kremlin.ru

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора