ИСТОРИЯ КОСТЮМА

Лев Вершинин 26.07.2019 14:22 | Общество 84

Власти смягчат запрет на госзакупки импортных товаров. Почему чиновникам возвращают право покупать зарубежную мебель и одежду, — и дальше очень подробно, как и почему, а мне хотелось бы осветить вопрос в историческом аспекте, с точки зрения социальной психологии…

Люди во все времена и на всех широтах суть люди, и  для большинства людей очень важна внешняя символика, подчеркивающая их статус в обществе. В этом смысле и золотые цыганские челюсти, и красные пиджаки былых братков, и фирменные джинсы в позднем СССР, и тэдэ, и тэпэ явления примерно одного порядка. Однако во всех этих случаях, поскольку общество хотя бы формально

гражданское, демонстируется только экономический статус, то есть возможность  приобрести символическую тряпку-побрякушку, а вот при феодализме, в сословном обществе, где символика играла роль куда более важную, дело обстояло куда сложнее. Там, притом что покрой и фасон одежды был, в приципе, трафаретен,символом статуса была цена ткани, качество отделки и вышивки, —

но при этом существовала очень четко разработанная «табель о рангах», предписывавшая, кому что можно носить. Формальным обоснованием служили законы против роскоши, считавшейся проявлением греха гордыни, но при этом дотошно расписывалось, кому что Господом позволено, и даже  богатый виллан  не мог разрешить себе носить одежду, скажем, из бархата или купить жене

меховую муфту. Шелк, бархат, парча и меха были привилегией господ, и  цвет одежды тоже: вилланам полагался серый, темно-синий или коричневый, — зеленый уже крамола! — а городской «жирный народец» мог одеваться цветасто, но похуже, чем разрешалось дворянам. Все было четко регламентировано, и запреты поддерживались отнюдь не экономическими методами, вплоть до бича, а то и меча.

И не стоит насмешливо кривить губы: все эти для нас пустячки господами рассматривались более чем всерьез, на уровне аввакумовского «Ради Аза единого«. Знаменитый граф Суррей, например, препочел пойти на плаху, но не отказаться от права носить белый плащ с золотыми розами, а Черный Дуглас убил короля Якова III за попытку воспретить ему щеголять в алом фландрском бархате.

Так вот, в формально гражданском, но по факту стремительно феодализирующемся российском обществе статусность костюма быстро приобретает «сословные» формы. Но   уже не в плане запрета на цвета или ткани, —  кто что купил, тот то и носит, — а в, если угодно, эксклюзивности. То есть, притом, что на Руси всего в достатке, а родимые мастера, только закажи, слабают и костюм, и шузы,

и мебеля покруче любого бренда, но это фи!… посконное, кондовое, не соответствующее уровню привилегий. А потому абсолютно внеэкономический, чисто политикой продиктованный запрет на госзакупки импортных товаров, распространившись на привилегированное сословие, вызвал в коллективном подсознательном этого сословия вполне понятное недовольство,

и хотя, разумеется, господа умели запрет обходить, сам факт, что им запретили  положенное по статусу, уравняв с богатенькими вилланами, при всем достатке, тревожил их внутренний комфорт. Ну и вот: власти, тонко чувствующие такие нюансы, пошли настречу. Дабы, поскольку урезонить, как графа Суррея, невозможно, не будить в подсознании своей опоры коллективного Черного Дугласа.

Такая вот специфика этапа. И если уж о специфике этапа, — возвращаясь к не единожды озвученной мною мысли о вариантах для тех, кому гражданское общество, какое ни есть, милее сословного, — считаю не лишним сообщить, что вилланам, выбравшим вариант «г» есть смысл поторопиться: лазейка пока еще есть, но, судя по некоторым ярким приметам, начинает сужаться…

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора