Самая большая угроза государственности Украины

Вазген Авагян 14.09.2017 3:40 | Общество 15
 

Маятник качнётся — сердце замирает…

В мире всё развивается по законам маятника: прилив — отлив, подъём — спад. Зима — лето. День — ночь. Убеждённость — отрицание прежних убеждений. После прохождения пика начинается упадок и остановить распад невозможно. Идея государственности Украины, выйдя из бандеровских схронов и униатских церквей, приобрела романтический характер у новообращённых в украинскую веру бывших нейтральных советских граждан, ищущих новой идентичности, но по законам развития всякая изначальная идея должна пройти пик формы и начать превращаться в абсурд и перейти в фазу отторжения. Стремительно переоценивается прежний идеологический базис, вчера ценное подвергается ироничному перетолкованию, новое поколение сочиняет анекдоты там, где предыдущее поколение вставало, склоняя головы и роняя скупую слезу, которую утирали пробитым в боях рукавом. Всё это неминуемо ждёт и идею украинства и могу с уверенностью сказать, что это уже началось: если экономические и политические конфликты украинского общества не могли поколебать русофобскую убеждённость украинских патриотов, то сейчас Киев встал на тот путь, который непременно приведёт к девальвации украинской идеи, её кризису с последующим откатом в маргинализацию, сопровождающимися кризисом нынешней украинской государственности.

Я имею в виду последнее решение Киева о тотальном запрете русского языка. Русский язык запрещено преподавать, на нём больше не издают учебников, закрывают русские школы, уничтожают сферу его использования. Льва Толстого и Достоевского могут изучать только в переводе на мову — нетрудно представить, что это будет. 

Легче убедить людей ненавидеть Россию, чем заставить отказаться от языка. Половина свидомых русофобов говорят на русском и считают это более удобным. На Украине треть населения говорит на русском, треть на украинском и треть двуязычна. Украинский имеет монополию на западных пределах, которые имеют статус в основном архаизированной и польско ориентированной сельской провинции. Центр Украины двуязычный, научно-технологически развитые юг и восток — сфера доминирования русского. Так сложилось исторически и так удобнее. Более того — язык формирует психотип личности и качества этого психотипа уходят глубоко в подсознание. Это тот тип нервных реакций, изменить который уже невозможно, можно только рядом вырастить параллельный тип, другую личность, которая включается при переходе на другой язык. Но ваш изначальный тип никуда не уходит, он отступает в тень, но живёт. Именно из него мы смотрим на мир и воспринимаем его. Начните это менять — и вы получите кризис личности, вплоть до нервно-психических заболеваний и кризиса самоидентичности. Начните это менять под силовым принуждением — и вы получите сопротивление. Врагов там, где вчера были друзья. Так как эти процессы скрыты подсознанием, они никогда не осмысливаются и не обсуждаются. И потому политикам кажется, что этого нет в природе. Но оно есть. 

Язык прорастает как трава и циркулирует как воздух

Сменить язык без полного стирания прежней личности невозможно. Эмигранты знают, что когда ты переходишь на другой язык, у тебя в голове включается тумблер и возникает совершено другой человек. Которого ты долгие годы выращиваешь рядом в прежним. Своя личность живёт в своём языке и формируется в первые месяцы и годы жизни. Не случайно немцы родной язык называют «Муттершпрахе» — язык матери. Язык усваивается от матери, в период раннего детства. Сменить его невозможно, сколько бы языков потом ты ни выучил до совершенства. В эмигрантских семьях дети уже выросли в иноязычной среде и в семьях возникает раскол по культурно-языковому признаку. Но для этого нужна неразбавленная другим языком языковая среда. Чтобы понять, какой язык для тебя свой, надо просто вспомнить, на каком языке тебе удобнее считать и на каком языке тебе снятся сны. Вот и всё. А днём можно говорить на языке страны пребывания сколько угодно. Можно бегло и свободно говорить и читать, но когда тебе надо срочно быстро посчитать, ты про себя перейдёшь на язык матери. Штирлиц говорил не даром, что во время родов женщины кричат «мама» на родном языке. Это правда. Язык — это наше «Я» и отнять его невозможно. 

Отнимая у людей их личное «Я», Киев отталкивает от украинской идеи тех, кто был к ней привлечён на русском языке, относился нейтрально или положительно. Тех, кто поддерживал её на русском языке. Отнимите у них язык — и вы их изнасилуете. Они невольно начнут переоценивать идею ценности украинства. Действие породит противодействие. Украинский не станет им языком матери. Больше того, превосходящая по объёму культурного багажа русскоговорящая культурная среда не даст украинцам выпасть полностью из русского языка. На украинском языке невозможно обучение фундаментальным наукам, в частности, геометрии. Просто в силу отсутствия нужных языковых средств, которых не изобрести и не ввести силой при жизни одного поколения. А многих поколений не хватит, ибо у них украинский язык уже сам занял своё место и с него не сдвинется. Каждый, кто захочет выйти за пределы украинского мирка, вынуждено перейдёт на русский, ибо английским украинцы пользоваться не будут. Просто неудобно и трудно. Без русского невозможно общаться с соседями других национальностей типа армян, грузин, тех же прибалтов, азербайджанцев, среднеазиатов, белорусов — не говоря уже о соседней России. Русский входит в жизнь украинцев сам, а английский надо туда вталкивать и искусственно поддерживать, как искусственное дыхание у реанимационного больного. 

Поражения от победы ты сам не должен отличать 

Нынешние власти Киева уже не отличают поражений от побед. Внедрять идеи можно, но нельзя отнимать язык у тех, кому на нём внедряешь эти идеи. Люди могут изменить мнение об Отечестве, но они не могут начать думать об этом на другом языке.

В этом смысле власть языка над нами абсолютно тотальна и авторитарна. Прежде всего потому, что мы не замечаем её. Как не замечаем воздуха, которым дышим. И не считаем его властвующим над нами. Но попробуйте начать отнимать воздух и вы поймёте, что нет ничего более властного. Так же и язык. Из языка соткана культура, из культуры — глубинный психотип личности, которым человек мыслит и живёт, осознаёт и создаёт себя, воспринимает мир по огромному количеству каналов восприятия и толкования. На языке мы не просто мыслим — мы на нём существуем. Наш язык — это мы сами. Отнять язык — это отнять нас у нас самих. Язык прорастает сам и его не изменить декретом властей. Сфера влияния и господства языка и культуры не определяется погранвойсками и службами безопасности. Как не ограничивается ими циркулирующий воздух. Сфера господства языка формируется стихийно и не может быть регулируема, в отличие от сферы вещания телевидения или газет. 

Встав на путь перетолкования истории, украинская власть имела возможность достичь победы над сознанием подмандатного населения. Встав на путь форсированной смены языка их мышления и общения, украинская власть встала на путь катастрофы своей идеи и основанного на ней государства. Украинский язык оставит от Украины только середину и немного запада, ибо сердцевина запада уйдёт Польше и Венгрии в качестве их провинций. Юго-восток же неминуемо уйдёт в сферу русского языка и российского государства. Протесты родителей детей Херсона — только начало. 

«Едем в Крым, терпеть уже невозможно»: украинцы готовы переехать в Россию из-за запрета русского языка в школах. Учителям угрожают увольнением, а возмущенные украинцы хотят переехать в Крым. https://rueconomics.ru/vse-novosti 

Протесты уже начинаются на Украине. Языковой геноцид обречён запустить процессы раскола прежде консолидированного на русофобии социума. Можно ненавидеть русских, но нельзя заставить половину русскоязычных русофобов делать это не на русском языке. Это смертельная ошибка.

То, что украинские власти утратили чувство понимания этой тонкой материи, говорит о том, что украинская идея, следуя закону маятника, прошла пик эйфории и встала на путь самокастрации. Кто-то уедет, кто-то останется, но возненавидит украинский язык, а вместе с ним и украинское государство. Никакая оккупация не может заставить людей отказаться от языка. История многих других народов это доказала много раз. Если в Киеве думают, что время лечит и все постепенно привыкнут, то это ошибка. Языки не разорвать. Украинский и русский — две ветви одного языка и их не разъединить, как русский и польский. Сама структура украинского языка будет порождать постоянное соединение с русским и изолировать языки не получится, как бы сейчас ни засоряли украинский язык польскими словами — именно в целях изолировать языки. Но это неестественное насилие над языком потерпит неминуемое поражение тех, кто это затеял. Язык мстит жестоко. Это не армия — язык победить невозможно. Невозможно убрать русскую культурно-языковую среду вокруг Украины. А это делает попытку запрета русского языка глупостью, чреватой огромной отдачей. Можно только физически уничтожить его носителей, но это тоже невозможно. Украинский язык невозможно стереть, но его так же невозможно и насильно расширить за пределы его исторически сложившегося ареала обитания. Русский язык уйдёт в подполье, но останется. Запретный плод всегда сладок. Сопротивление будет непременным. 

Следовательно, Украина встала на путь дальнейшего углубления раскола своей нынешней социальной базы. Кризис украинской идеи продолжает усиливаться. Вместе с ним усилится кризис украинского государства на его нынешней основе. Через 10-15 лет нарастание конфликтов приведёт к их взаимоналожению. К социально-экономическому и национальному компонентам добавятся языковые. Тенденции распада приведут к этому распаду в реальности.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Видеорепортаж
loading videos
Loading Videos...

Популярное за неделю

Партия нового типа
Центр сулашкина