Конституционный Суд против Европейского Суда

Алобан 23.01.2017 20:50 | Закон 1

  

Автор Гаганов Александр Андреевич — эксперт Центра Сулакшина, к.ю.н.

19 января в СМИ появилась новость о том, что Конституционный Суд РФ разрешил Минюсту не исполнять решение Европейского Суда по правам человека и не выплачивать компенсации по делу ЮКОСа.

Предпосылки для отказа от исполнения решения ЕСПЧ по делу ЮКОСа, а также по другим делам, складывались с 2013 года. Причем это делалось последовательно и целенаправленно: государство заранее обдумало, как защититься и от финансовых потерь, связанных с выплатами компенсаций, и от необходимости признавать свою неправоту по решению иностранного суда.

В 2014 году на основе правовых позиций Конституционного Суда 2013 года был разработан законопроект, реформировавший работу Конституционного Суда  и подтвердивший верховенство Конституции РФ над международным правом и решениями ЕСПЧ. В 2015 году был принят закон от 14.12.2015 № 7-ФКЗ, который ввел новую категорию дел Конституционного Суда — дела о возможности исполнения решений межгосударственного органа по защите прав и свобод человека. Конституционный Суд наделен правом по запросу Минюста РФ разрешать вопрос о возможности исполнения решения межгосударственного органа по защите прав и свобод человека. Рассматривать эти дела Суд может по упрощенной процедуре — без проведения слушания, если придет к выводу, что вопрос может быть разрешен на основании своих же правовых позиций и проведение слушания не является необходимым для обеспечения прав стороны. При рассмотрении вопроса о возможности исполнения решения ЕСПЧ Конституционный Суд проверяет возможность исполнения в соответствии с Конституцией РФ решения ЕСПЧ с точки зрения основ конституционного строя РФ и установленного Конституцией РФ правового регулирования прав и свобод человека и гражданина. Названными законами государство заранее подстраховалось от выплат компенсаций по решениям ЕСПЧ. При желании любое решение ЕСПЧ теперь можно не исполнять, ссылаясь на противоречие Конституции РФ, основам конституционного строя.

Как известно, 31 июля 2014 года в рамках дела «ЮКОС» против России» (жалоба № 14902/04) ЕСПЧ обязал Россию выплатить компенсацию в размере 1,8 млрд евро акционерам компании, а также их преемникам и наследникам. ЕСПЧ на основании своего постановления от 20 сентября 2011 года пришел к выводу, что была нарушена статья 1 Протокола №1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Эта статья посвящена защите собственности: «Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права». Однако статья имеет и вторую часть: «Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».

Тем не менее ЕСПЧ решил, что статья была нарушена вследствие ретроспективного взыскания штрафов за налоговые правонарушения за 2000 и 2001 годы (1,3 млрд евро), 7% исполнительского сбора на эти штрафы (0,5 млрд евро), непропорционального характера исполнительных производств. В результате такого взыскания ЮКОС понес материальный ущерб, который должен быть компенсирован согласно статье 41 Конвенции.

Министерство юстиции РФ как государственный орган, на который возложена обязанность по исполнению постановления ЕСПЧ от 31 июля 2014 года, пришло к выводу о невозможности его реализации, поскольку оно основано на положениях Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней в истолковании ЕСПЧ, приводящем к их расхождению с Конституцией РФ. 

По мнению Министерства юстиции РФ, постановление ЕСПЧ от 31 июля 2014 года в части выплаты компенсации акционерам ЮКОСа приводит к нарушению положений целого ряда статей Конституции РФ в свете правовых позиций Конституционного Суда РФ (Постановления КС РФ от 14 июля 2005 года № 9-П, от 30 июля 2001 года № 13-П и др.), конституционного принципа справедливости и равенства, в том числе при обращении в межгосударственный орган по защите прав человека. Минюст считает, что вопреки правилам приемлемости жалоб и нормам о присуждении компенсации лишь потерпевшей стороне (статьи 34, 35, 41 Конвенции) компенсация в данном постановлении присуждена неопределенному кругу лиц, в отношении которых не было установлено каких-либо нарушений Конвенции и которые не являлись стороной судебного процесса в ЕСПЧ. 

Позиция Конституционного Суда изложена на сайте Суда, текста постановления еще нет (а СМИ уже предрекают особые мнения судей). В целом Суд поддержал аргументы Минюста, что неудивительно.

Конституция РФ обладает высшей юридической силой в правовой системе России и возлагает на каждого обязанность платить законно установленные налоги. Приоритет норм Конституции РФ не может быть отменен постановлением ЕСПЧ, что еще раз подчеркнул Конституционный Суд. Суд также считает, что толкование правил международного договора, данное в решении ЕСПЧ, неправомерно затрагивает основополагающие принципы и нормы Конституции, поэтому «Россия в порядке исключения вправе отступить от выполнения этого решения».

Конечно, чтобы с чистой совестью говорить о том, что Россия «в порядке исключения» отступает от выполнения решения ЕСПЧ, нужно отступать не каждый раз и хотя бы 9 из 10 решений ЕСПЧ исполнять. Тогда это неисполнение хоть как-то будет похоже на исключение. Очевидно, данное «исключение» связано также с тем, что на этот раз ЕСПЧ присудил большие суммы компенсации, суммы поменьше Россия могла бы и выплатить, но по другим делам. Дело ЮКОСа, видимо, принципиально для руководства страны: в нем нельзя признавать малейшую неправоту России.

Правовая оценка решения ЕСПЧ, данная Конституционным Судом, основана в первую очередь на правовых позициях самого Суда. На сайте КС РФ суть его правовой позиции в ее соотношении с решением ЕСПЧ изложена следующим образом: «ЕСПЧ пришел к выводу о неправильном взыскании с компании ЮКОС штрафов и сумм компенсаций, поскольку имело место применение обратной силы закона — статьи 113 Налогового кодекса РФ о трехлетнем сроке давности привлечения к ответственности, в истолковании, данном Конституционным Судом в Постановлении от 14 июля 2005 года. В этом решении КС РФ разрешил судам взыскивать долги с налогоплательщиков, если они использовали положение о сроках давности вопреки его предназначению, в ущерб правам других налогоплательщиков и правомерным публичным интересам и препятствовали налоговому контролю. Не отменяя правила о сроках применения санкций в связи с уклонением от уплаты налогов, КС выявил единственно возможный с точки зрения Конституции РФ их смысл для применения к недобросовестным налогоплательщикам. В таком толковании нет коллизии с конституционным запретом на действие обратной силы закона».

КС РФ увидел в компании ЮКОС злостного неплательщика налогов, чья деятельность «с учетом занимаемого ею места в экономике страны, имела праворазрушающий эффект». Задолженность компании составила 227 млрд рублей. Причем ЕСПЧ не отрицал наличие изощренных схем ухода от налогов в деятельности ЮКОСа, но это преступление, видимо, не впечатлило европейских судей. Однако Конституционный Суд считает, что «в этом контексте выплата акционерам компании беспрецедентной суммы из бюджетной системы, которая не получала от нее огромные налоговые платежи, необходимые для выполнения публичных обязательств перед гражданами России, противоречит конституционным принципам равенства и справедливости». «Уклонение ЮКОСа от уплаты налогов в таком беспрецедентном масштабе непосредственно угрожало принципам правового демократического социального государства, что обязывало власти действовать в исполнительном производстве как можно более эффективно, с тем чтобы противодействие недобросовестных налогоплательщиков могло быть преодолено. Этим предопределено то, что суды не усмотрели оснований для определения суммы исполнительского сбора, имеющего в российской правовой системе штрафную природу, в размере менее 7% от общей суммы налоговых обязательств», — так Конституционный Суд полностью оправдал действия российских властей.

На этих основаниях Конституционный Суд признал невозможным исполнение решения ЕСПЧ по делу ЮКОСа как противоречащего Конституции РФ. При этом Суд сказал, что Россия вправе добровольно произвести какие-то выплаты бывшим акционерам ЮКОСа. То есть Россия не обязана, она просто могла бы, если бы хотела поделиться деньгами с бедными акционерами.

При этом в части второй статьи 104.4 закона о Конституционном Суде сказано, что если Суд принимает решение о невозможности исполнения решения ЕСПЧ, «какие-либо действия (акты), направленные на исполнение соответствующего решения межгосударственного органа по защите прав и свобод человека, в Российской Федерации не могут осуществляться (приниматься)».

То есть оговорка о добровольных выплатах подразумевает, что эти выплаты могут производиться все равно не в рамках исполнения решения ЕСПЧ. Однако помимо вопроса о выплатах акционерам ЮКОСа компенсаций по решению ЕСПЧ есть еще вопрос о выплатах по решению Международного арбитражного суда в Гааге (50 млрд долларов ущерба и 65 млн долларов судебных издержек). По сообщениям СМИ, окружной суд Гааги отменил решение арбитражного суда в 2016 году. На данный момент победа на стороне России. Но если истцы будут пытать счастья, подавая иски в других странах, то эта победа может быть лишь выигранным боем, но не выигранной войной. Примечательна во всей этой истории не только судьба ЮКОСа и судебные тяжбы, но и роль Конституционного Суда РФ. Изначально Конституционный Суд РФ занял позицию, согласно которой можно преодолеть решение ЕСПЧ на национальном уровне (Постановление Конституционного Суда РФ от 06.12.2013 № 27-П). 

Согласно этой позиции при противоречии подлежащего исполнению решения ЕСПЧ позициям Конституционного Суда РФ суд общей юрисдикции обязан обратиться в Конституционный Суд РФ. Подлежащее исполнению решение ЕСПЧ должно соответствовать Конституции РФ и правовым позициям Конституционного Суда. Инициированные депутатами законы 2014–2015 годов усилили и расширили эту позицию. Теперь Президент РФ вносит в Госдуму законопроект, который придает правовым позициям Конституционного Суда РФ обязательную силу даже для законодателя.

Таким образом, Конституционный Суд РФ становится серьезным орудием борьбы, как на внутриполитическом поле, так и на международной арене. В то же время ясно, что Конституционный Суд действует не сам по себе (в пользу этого тезиса говорит, например, то, что законопроекты о внесении изменений в закон о Конституционном Суде вносит не сам суд, а депутаты или Президент РФ). Конституционный Суд РФ также становится своеобразной последней инстанцией, где можно искать справедливости. В условиях, когда можно не исполнять любое решение ЕСПЧ, обращение в этот суд теряет смысл, ЕСПЧ перестает быть инструментом политической борьбы с российским государством. С одной стороны, всё это может быть оправдано с точки зрения защиты России от западных нападок. С другой стороны, такая ситуация может навредить рядовым гражданам и стабильности государства.


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Прецедентное право или Конституционный Суд в роли законодателя?

Реформа Конституционного Суда

ЕСПЧ: решение по делу «Мозер против Молдавии и России»

Как российским судам применять международное право?

Чем грозит России Европейский суд в 2015 году?

1
Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора
Партия нового типа
Центр сулашкина