Победить капитализм

Русранд 26.11.2018 19:57 | Политика 61

Можно ли побороть капитализм в отдельно взятой стране, как это предлагают некоторые товарищи с левого фланга? Искоренить полностью, до основания и даже глубже. Как показала история, это, в принципе, возможно, хоть и чревато. Возможными войнами, жертвами, репрессиями, экономическими неурядицами и, в конце концов, рисками в определённый период развития снова скатиться в исходную точку ещё более дикого и необузданного капитализма.

Впрочем, грабли — это любимый рабочий инструмент русского пролетария. Верно сказал Михаил Задорнов: » Только наш народ, дважды наступая на грабли, радуется, что их еще не украли». Русский считает себя мессией даже в том случае, когда общество в нём не нуждается. Русский обожает спасать безнадёжно испорченные отношения и проекты. Русский готов ради светлого будущего десятилетиями ходить на ненавидимую им работу, не следить за своим здоровьем, вечно страдать, терпеть, унижаться, идти окольными путями, терять и разбазаривать, не рисковать и не пить шампанское. Русский не в этническом смысле, конечно, а в ментальном и территориально-политическом.

Русский снова хочет победить капитализм. Желательно во всем мире, но пока хотя бы в РФ. Мысль прекрасная, хоть в исполнении современников уже и не оригинальная. Как я понял из общения в социальных сетях с десятками левых, — это сегодня не просто идея фикс, это новомодное веяние, которое позволяет, не персонифицируя проекцию ни на одной политической фигуре российской элиты и олигархии, демонстрировать свою приверженность борьбе за идеалы справедливого общества. Очень удобная позиция, между прочим.

«Нужно противопоставить капитализму социализм» — пламенно кричат в зале заседаний. Серьёзно? А каким образом? Где этот самый социализм, в смысле силы новой политической энергии, который мы выдвинем в качестве стенобитного орудия на передовые позиции и поведём в наступление на власть капитала? Молчание. В лучшем случае ответ: «Надо вернуть Конституцию СССР 1977 года!». Да? А как? Уже есть согласие Украины, Грузии и Латвии с Узбекистаном? Есть согласие т.н. элит и народов? Нет? Тогда проехали.

Есть ответ адекватнее: «Надо поднимать классовое сознание народа!». Ведь, по мнению ортодоксов, есть только два класса — пролетариат и буржуазия, и когда один класс организует диктатуру над другим, то наступит равенство, братство и счастье. И даже в обозримом будущем — коммунизм, уже как бесклассовое общество совершенно новых людей.

Сколько уже было сказано и написано о том, что даже в годы самой первой на планете Великой Октябрьской социалистической революции классовым сознанием в России не обладал, пожалуй, и один процент населения. Численность революционного рабочего класса, занятого в фабрично-заводской промышленности и на транспорте России, к 1914 году составляла (без учёта лакеев, прислуги и сезонников) около 4 миллионов человек. Это на 160 миллионов населения Империи с учётом Польши и Финляндии. 80% населения составляли крестьяне, которых К. Маркс, как известно, не считал революционным классом. Да, собственно, половина рабочих городов тоже были выходцами из деревень и, как правило, имели огородики и родню с коровками на селе. Где оно было, это самое классовое сознание масс, приведшее в конечном итоге к свержению самодержавия, а затем к октябрьским событиям 1917 года?

В Гражданскую войну красные победили не благодаря высокому классовому сознанию (хотя у незначительной части пролетариев оно действительно имелось), а потому, что опытных, прошедших бои Первой мировой войны царских офицеров на их стороне оказалось никак не меньше, чем у противоборствующей стороны. А офицеров Генерального штаба было значительно больше.

Эксплуатируемые классы, надо отметить, в царской России были зачастую безграмотные, аполитичные, не обладающие силами и временем изучать и понимать марксизм. Просто так, взять и победить в гражданской войне и свергнуть власть капитала они не могли. В свою очередь так называемый классический эксплуататорский класс тоже не смог бы одолеть противника без массовой поддержки снизу. Это фундамент любой революции — сплав пролетариата и буржуазии и чёткая идеология, которая бы пришлась по душе большинству населения. Кстати, Ленин сии данности прекрасно понимал, потому и выдвигаемые им идеи поддерживались антагонистическими (по Марксу) сословиями и оказались сильнее тех, которыми апеллировали белогвардейцы и интервенты.

Где сегодня в России этот самый революционный класс? Кто-то может не просто дать ему догматическое описание, процитировав какую-нибудь статью Маркса, а указать конкретно: «Вот она, эта самая объединённая пролетарская масса, вооружённая соответствующим сознанием, и она уже готова уничтожать капитализм, обобществлять собственность и строить социалистическое общество»? Нынешние классы это нечто эфемерное, неосязаемое, невидимое, для кого-то, вероятно, желаемое, но не достижимое.

Люди могут отличить мужчин от женщин. Или студентов от пенсионеров. Богатых от нищих. Спортсменов от алкоголиков. Чиновников от безработных. Полицейских от уголовников. Врачей от больных. Но это условная биологическая или социальная классификация. По теории социолога и экономиста Максимилиана Вебера, экономически человечество делится на три класса — имущий класс, неимущий и средний. Но суть в том, что между, к примеру, средним и неимущим классом нет обязательного для революционного противостояния антагонизма. Весьма cпорно и то, что антагонизм присутствует в отношении имущего и среднего класса.

В Древнем Риме, где власть переходила от большинства к собственникам, тоже вспыхивали конфликты на классовой почве. Только выделялись целых шесть типов такой борьбы (плебеев с патрициями, перегринов с квиритами, рабов с рабовладельцами, провинций с метрополиями и т. д.), суть которых, надо отметить, за 2,5 тысячи лет почти не изменилась.

Сегодня в России нет ничего, что принципиально, не на жизнь, а на смерть разделяло бы людей на две стороны. И любое искусственное, догматическое разделение — это не вопрос революции, как качественного радикального изменения в развитии общества и государства. Это вопрос политических технологий. Точка. Говорить о необходимости повышения классового сознания — это выполнять предписанную политтехнологами функцию. Можно сказать, что в левом дискурсе мы наблюдаем некую «ролевую игру», и классы существуют только в прописанных для неё правилах, а не на самом деле.

А на деле всё куда прозаичней и сложней одновременно. Все классы, которые были выведены западными и отечественными теоретиками в настоящей, а не вымышленной России, не противостоят друг другу, не имеют ни разных целей, ни толстых социально- идейных границ. Посмотрим на донбасское восстание 2014 года, которое стало катализатором взрыва коммунистических и националистических настроений в Большой России. Где в ДЛНР просматривалось классовое сознание? Где борьба пролетариата против буржуа?

Теоретически к описанию донбасских событий можно притянуть за уши любые политические, экономические и социальные изыскания, но вряд ли кто опровергнет мысль, что рабочий вчера на баррикадах и сегодня в окопе без каких-либо классовых противоречий уживается с предпринимателем. Причём в гражданской жизни наблюдается та же картина, ведь только благодаря предпринимательству рабочий не умер с голоду на своём остановившемся заводе. Был хлеб. Привозилась вода. Продавались лекарства. И наоборот — предприниматель выжил благодаря такой же самоотверженности рабочего, всё это производившего, ещё и привозившего заработанные на стороне деньги, вливая их в экономику республики.

А где же враг? Враг только один, он на протяжении всей человеческой истории порождал классовый антагонизм — это класс олигархии. Тот, что организовал войну. Класс корпоратократов. Интересы олигархии всегда противоречат интересам общества, поэтому антагонизм между олигархией и самым разнородным по политическим и экономическим сегментам обществом неизбежен. Этот класс воспроизводит себя во всех цивилизациях вне зависимости от эпохи, уровня технического развития, национальности и общественного устроения.

Олигархия не подпадает ни под биологическую, ни под социальную классификацию. Этот как раз и есть тот самый класс, который по факту приватизировал российское государство, назначает элиты, управляет силовым блоком, удерживает через подконтрольные СМИ сознание масс в состоянии покорности, страха и повиновения.

Да, здесь нужно сделать пояснение, что олигархия — это не новое понятие, появившееся в 90-е годы, оно было введено ещё Платоном и Аристотелем в Древней Греции. И означает политический режим, при котором власть сосредоточена в руках абсолютного меньшинства, представляющего крупный монополизированный капитал. Такой режим использует власть для обслуживания своих личных или корпоративных интересов, а граждан подконтрольного государства — исключительно для эксплуатации. Причём эксплуатируются как дворник в управляющей компании, так и владелец торговой лавки.

Олигархия управляет всеми процессами в государстве. Она может разорить любого предпринимателя, распродать или растранжирить природные ресурсы, может организовать искусственный голод и дефицит товаров, локальный этнический или социальный конфликт, иммиграцию и эмиграцию, может выжать из граждан всё до копейки, организовать и профинансировать майдан, устроить гетто и довести до массовых суицидов.

Вы думаете, что вы покупаете нужные, важные и модные вещи. На самом деле это олигархия через тысячи невидимых закулисных мероприятий организовала процесс выкачивания капитала из ваших карманов так, что вы на своём «нижнем» уровне принимаете это как данность. И не задумываетесь, почему, например, именно зелёный цвет в этом году популярен, а не синий? И покупаете всё зелёное. А уже через полгода все телеканалы трещат, что в моду вошло синее, и вы продаёте свой зелёный автомобиль, берёте кредит, чтобы не отставать от тренда и чувствовать себя комфортно.

Транснациональные корпорации постоянно манипулируют сознанием простодушного потребителя, выпуская новую (чаще всего никому не нужную) продукцию, а реализуя её, вкладывают средства не в создание рабочих мест, развитие отечественной экономики и социалку, а тратят на рекламу, причём миллиарды. Для того, чтобы решить проблемы голода на Земле в год необходимо потратить всего $50 млрд. На рекламу и пиар тратится в десятки раз больше.

Это олигархия трансформирует в бизнес такие важнейшие для устойчивости общества отрасли, как медицина, фармацевтика, образование, культура, наука, дорожное строительство, спорт, коммунальное хозяйство. Это олигархия превратила жизнь миллионов семей в некие крысиные бега в поисках средств для пропитания, вместо устроения государства таким образом, чтобы человек мог быть полезен обществу и своему роду там, где он родился, выучился и получил профессию. Люди становятся несчастными. Их жизнь обессмысливается, превращается в ад.

При этом олигархия, через подконтрольную систему ретрансляции, всю вину за бесправное, нищенское, положение граждан возлагает на них же самих. Ты не вписался в рынок. Ты сам хозяин своей судьбы. Посмотри на тех, кто рискнул, кто сумел, кто добился успеха. Причём успех всегда и при любых условиях ассоциируется с быстрыми и лёгкими деньгами. То есть с паразитизмом. То есть олигархические паразиты пропагандируют как движущую силу, как общечеловеческую и страновую ценность такой же паразитизм, только помельче.

В «Катехизисе Партии нового типа» класс олигархии обозначен как мировой бенефициариат. «Его цель состоит в том, чтобы паразитировать бесконечно долго, в установлении абсолютной, неограниченной власти. Большинство человечества обрекается им на полное порабощение. Речь уже идет не только о физическом рабстве по образцам Древнего мира, но о порабощении в интеллектуальном и духовном смысле. Финалом этого проекта станет установление системы тотального неравенства, когда „сверхчеловеки“ будут господствовать над остальными людьми, как низшими биологическими видами. Разве не движение к этому мы видим в путинской России?» — задаются вопросом идеологи ПНТ, при этом не отрицающие сущностную правоту марксизма.

Система классовой идентичности за два столетия после Маркса значительно изменилась. Феномен акционерного капитала создал ситуацию, когда человек относится одновременно к условному разряду и «капиталистов», и «наемных работников». Такая множественность социальных ролей указывает на необходимость выдвижения вместо установки классовой борьбы пути агрегации общих интересов социума! И этот интерес, как мы понимаем, лежит в плоскости ликвидации класса олигархии. «Но как? — тихо спрашивают в заднем ряду зала заседаний. — Может быть, лучше будем просто бороться с абстрактным капитализмом?» Нельзя победить капитализм, не изменив правила игры для класса олигархии. В противном случае социум всегда будет играть по его правилам. Лишь на относительно небольшой промежуток времени олигархия была выдавлена за пределы исторической России — СССР. Но её давление страна испытывала всегда.

В гражданскую войну, финансируемую транснациональным капиталом, в войну финскую, японскую, Великую Отечественную, за развязыванием которых также стоял клуб мировых бенефициаров.

С 1953 СССР свернул с намеченного курса и, ведомый Н.С.Хрущёвым, а затем Л.И.Брежневым, фактически пошёл по пути построения сначала государственного капитализма, а затем в период «перестройки» и вовсе вышел на иную политическую орбиту. Уже переродившемуся и сформировавшемуся в период «холодной войны» классу высшей советской номенклатуры оставалось только законодательно легализовать себя в качестве полноправного хозяина разваливающейся Страны Советов. Что в период М.С.Горбачёва и Б.Н.Ельцина и было благополучно сделано, а затем закреплено конституциями республик. И олигархия снова расцвела.

Древние мыслители Платон и Аристотель считали, что государственное устройство может быть либо демократическим либо олигархическим (кому режет глаз — читайте социалистическим либо капиталистическим). В противостоянии демократических сил корпоративным силам капитала и состоит суть классовой борьбы. Победить олигархию (или порочный круг капитализма) можно тем же путём, каким она и легализовалась, то есть законодательным. Другие пути, как показала история, имеют много изъянов и в конечном итоге, мало гарантий.

В программе С.С.Сулакшина этот путь проложен через всенародное принятие новой Конституции, которая ликвидировала бы заложенные под Россию «мины» либерализма, дерусификации, деидентификации страны, деидеологизации, программирующие деградацию и гибель России.

Конституционное законодательство является не целью, а средством, инструментом реализации соответствующих ценностных установок и регуляторов. Национализация монопольных отраслей, природных ресурсов, народовластие, ограничение ренты, прогрессивное налогообложение, но главное — подчинение всех государственных систем не какому-то классу, а идее, идеологии — единому собранию конституционно реализуемых и защищаемых ценностей. Эти ценности не имеют никакого соприкосновения с установленными олигархическим режимом России ценностями либерализма, потому как их основа — социалистическая.

«Так пишут, что Сулакшин за буржуазию», — пищит где-то там, на галёрке совсем растерявшийся левачок. А кто пишет, не задавались вопросом? Да такие же демагоги, которые битву за Россию, её свободу и народовластие подменили борьбой за чистоту марксистско-ленинской догматики. Нам нужна иная страна, здоровая, сильная и успешная или чтобы личные ожидания удивительным образом совпали с некогда прочитанным в книгах классиков? Да, история повторяется, но всегда на новой более высокой ступени спирали. Это нужно не забывать.

Кто ещё пишет? Те же боты на зарплате у российской олигархии, которая замечательно оседлала левый фланг российской политической тусовки. И тот, кто собирается побеждать капитализм в уздечке подконтрольных олигархии системных левых партий, рискует не дожить до вожделённого светлого будущего. Чтобы не разносить по ветру бред о программе Сулакшина, её всё же надо прочесть — это раз. Вникнуть — это два. Осмыслить — это три. Оценить — это четыре. И присоединиться — это пять. А ответы на все вопросы искать не на «заборах» Интернета, а в первоисточниках.


Автор Владимир Викторович Волк — канд. в члены Федерального политсовета Партии нового типа.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора