Мистификация продукта

Вазген Авагян 23.03.2020 13:02 | Общество 218

Мало что можно представить менее мистическое, чем вещественный потребительский продукт!

Казалось бы, даже ребёнку должно быть понятно, что он откуда-то берётся путём одного или нескольких переделов исходного сырья! Освоить эти переделы, технологию производства – может не только любой человек, но и вообще автомат, механизм.

Если запустить правильные алгоритмы обработки сырья, то робот вполне в состоянии выдать готовый продукт путём хорошо и с математической точностью известных манипуляций.

Сейчас уже вообще очевидно, что мы в шаге от полной автоматизации производства потребительских продуктов. Но если их будут делать автоматы, роботы – какое это имеет отношение к мистификациям рынка и свободы предпринимательства?!

«Свободный» робот отличается от несвободного только тем, что он сломан, и делает не то, что нужно. Разболтался у него механизм, и он стал закладывать по 2 мм вместо ГОСТА в 1 мм, вот и вся его «свобода». А какая ещё свобода может быть у автомата?!

Зачем вообще сводить вопросы потребления к каким-то мистическим непостижимостям и колдовским волхованиям, как будто мы не знаем, как делается потребительский продукт, как будто это тайна за семью печатями – сколько нужно для дома кирпича, а для колбасы мяса?

Если вы знаете, как делать, то делайте.

Если не знаете, как делать – то откройте справочник и посмотрите.

Нет – говорят нам, так нельзя! Так слишком просто и скучно! В первые годы – ещё туда-сюда, механизм не отлажен, каких-то продуктов будет не хватать, а как наладится машина?!

Вот устраним недоделки, разберёмся с неточностями – и тогда что? Нажми на кнопку – и тебе продукт выпадает, без слёз, без истерик, без крови, без жертв?!

То, что у человека есть вполне известный предел потребления колбасы или квадратных метров – факт. То, что предоставление этого максимума (больше которого психически здоровому человеку просто не нужно) можно автоматизировать, отработать до полной бесперебойности – тоже не гипотеза, а железный факт.

Мы уже пользуемся таким образом электричеством, водопроводом – у нас их просто по потребностям, сколько нужно, и одним мановением кнопки. Заходя в тёплую квартиру мы и думать забываем про котельные и топливо, про какую-то возню с обогревом. В нормальной современной городской квартире мы получаем тепло автоматически, по потребности. Дома мы или не дома – батареи греют, не требуя нашего участия, сколько нужно – есть, а больше и не нужно.

У разумного человека по каждой из потребностей есть разумные ограничения. Есть предел, и он, кстати сказать, невелик – сверх которого разумному человеку просто больше не нужно этого блага, будь оно колбасой или теплом, жилплощадью или штанами. Безумец, конечно, может принимать ванны из шампанского, наливать себе бассейн кефира – и посему его потребности в кефире запредельны… Но мы же говорим о нормальном, психически здоровом человеке, которому такие странные идеи просто не придут в голову.

Следовательно, у потребности в кефире есть определённый потолок, после которого эта потребность самоликвидируется, переходя в полную и окончательную удовлетворённость.

+++

Вместо того, чтобы один раз, чуть-чуть напрягая мозги, отладить машину снабжения, сопроводив водопровод таким же беспроблемным и автоматизированным продуктопроводом, вместо того, чтобы раз и навсегда решить вопрос потребностей, удовлетворив их в автоматизированном режиме – наши чокнутые люди предпочли приключения на все места своего избитого историей тела.

Надо, видите ли, шагать в никуда бесконечной чередой бесконечных нехваток, чередующихся со столь же бесконечными перепроизводствами, когда всякого продукта то слишком мало, то наоборот – сделано так много, что он разоряет своего производителя отсутствием сбыта.

Причём это ведь не какие-то трудности переходного периода! Это – навсегда. Это сумасшедшая система, которая вечно страдает от разрегулирования, но никак не может отрегулироваться.

Я, например, утром пью одну чашку кофе. Это не так уж дорого и затратно, чтобы она у меня каждое утро была. Это нужно просто вбить в алгоритм и дальше автоматически проставлять.

Нет, мне предлагают жить в рыночном идиотизме с его постоянными кризисами и перекосами, когда сегодня мне не будет кофе, зато завтра – на волне рыночного бума – выставят сразу четыре чашки.

А я не хочу ноль сегодня и четыре завтра, мне нужно одну каждый день. Ну, неужели не могут разумные существа отрегулировать так, чтобы из тех-четырёх завтра (или вчера) вычесть одну на сегодня?

Неужели это так трудно, и непостижимо уму – чтобы закрепить за человеком его потребности, хотя бы базовые (я не говорю об экзотике) – на уровне пресловутых «прав человека»?

Я не хочу рыночного успеха не только потому, что он чреват риском банкротства, выпадения в никуда и в ничто. Я не хочу рыночного успеха даже и без сопутствующего (и неотделимого) риска его неопределённости. Я не буду пить четыре чашки кофе – даже если они мне безусловно доступны. И уж тем более не вылакаю 40 чашек кофе за одно утро – хотя, по замыслу рыночных идеологов, такая возможность должна меня восхищать и вводить в сладкий трепет.

Даже если я такой успешный, что у меня сорок чашек кофе за одним завтраком (а у другого ни одной) – что мне делать с этим? Культ ТАКОГО успеха – это же бред.

«Ты настолько успешен, что можешь позволить себе неограниченное количество…»

А зачем мне, разумному человеку – «неограниченное количество». У меня есть норма, и если она не восполнена – я страдаю, но когда она восполнена – мне больше-то не надо! И хуже того: если больше нормы, то это для меня даже вредно. От обжорства я только буду чаще болеть и раньше умру.

Но рыночное потребительское обжорство – это оборотная сторона рыночного страха. Это постоянная, доводящая до психопатии (недаром вокруг столько психов, маньяков и самоубийц!) попытка «наесться впрок». Неуверенный в своём будущем, до смерти запуганный «конъюнктурой рынка» человек пытается втиснуть всё своё потребление на годы вперёд в текущий момент времени.

По принципу: сейчас я могу себе это позволить, а завтра? Страх убивает всякое разумное самоограничение и приводит к психическому расстройству «омниофагии» — «всепожиранию». Человек глотает и глотает, всё, что может заглотить – уже даже и самого себя не спрашивая – зачем мне всё это? И ответа нет: это инстинкт, а инстинкт простейших существ не ограничен разумом. Хватательный инстинкт даёт спазм хапка, сколько бы уже ни схватил, и только смерть (если не разум) способна остановить его хватательные движения.

+++

Всякая потребность имеет пределы и технологические средства оптимального удовлетворения. Нужно просто поставить в автомате нужное число копий и нажать на кнопку алгоритмов производства.

Так мы поступаем с принтером – нашим роботом-машинисткой. Мы указываем, сколько и чего печатать – а принтер печатает сам. Иногда в принтере заедает бумага или кончается краска. Тогда мы принтер чиним, заправляем – но мы же не впадаем в рыночное безумие, устраивая вокруг принтера «мотивирующие» шаманские танцы с бубнами свободного предпринимательства!

Техника, когда она исправна – работает по алгоритму. Когда неисправна – нуждается в починке. Эти простые истины у нас заменены либерально-рыночным бредом, анимизмом и фетишизмом, симпатической магией, карго-культами, первобытными камланиями и заклинательством.

Это когда принтер заглох не потому, что бумагу зажевал, а потому что у вас в офисе мало свободы. Или креатива. Или креаклов. Или вы не то печатали – как будто принтеру есть дело до того, что вы печатаете, а птицефабрике – кто ест омлеты из её яиц.

Нормальный, технологический подход к экономике (которая, по сути своей, агрегат) заменяется колдовством, жертвоприношениями, сложной и бессмысленной ритуалистикой.

Казалось бы – если вам нужно, то вы и делайте! Зачем вам какие-то инвесторы и свободные предприниматели? Оказывается, они способны на чудотворчество, на которое вы по определению неспособны. Они могут что-то такое сделать, что понять и повторить за ними никак нельзя, но от чего сразу же появляются колбасы и рулоны туалетной бумаги…

А почему нельзя понять и повторить? Ну, если можно было бы понять и повторить их магию, то подсмотрели бы разок, как и что они делают, а потом у себя запустили – вот уже они и не нужны бы стали! А так, поскольку их колдовские тайны непостижимы – они нужны всегда. И без них экономике оставаться никак невозможно.

Если человек болен, и не может без посторонней помощи включить телевизор – тогда, конечно, он, как телезритель, будет постоянно зависим от того, кто ему включает. И более того скажу: тот, который включает – будет постоянно шантажировать больного, разные условия ему навязывать – а то, мол, кина не включу!

О таком написано детское стихотворение, и пока я вам его напоминаю – поставьте вместо слова «читать» слово «производить»:

Как хорошо уметь читать!

Не надо к маме приставать,

Не надо бабушку трясти:

«Прочти, пожалуйста, прочти!»

Не надо умолять сестрицу:

«Ну, прочитай еще страницу».

Не надо звать,

Не надо ждать,

А можно взять

И почитать!

Уметь самим производить – это очень хорошо. Потому что инвестор и свободный предприниматель – это ведь не мама, не бабушка и не сестрица, которых герою стишка — и то приходится упрашивать! Инвестор и свободный предприниматель, все хищники и волки свободного рынка – такого перцу зададут за свои услуги неумехам, что небо с овчинку покажется…

И если человек настолько не соображает, что своё будущее потребление доверяет непредсказуемым стихиям «свободного рынка», полагаясь на тысячу «авось» да «небось», то ему не позавидуешь.

Может, конечно, и пронесёт. А может, и нет – никто заранее не знает. Взять оттуда, куда сам клал – легко. А вот идти по улице и найти что-то тебе нужное – куда как сложнее и маловероятнее!

+++

Природа рыночной экономики такова, что в ней ничто, с виду привычное, не является на самом деле стабильным. Это не та система, в которой вы отработали до автоматизма оптимум потребления хлеба или конфет, а дальше навсегда его зафиксировали.

То, что здесь сегодня – никто не обещает на завтра. И ничего. Оно сегодня, может быть, и есть – а насколько его хватит, никто не скажет.

Как низко может упасть рыночное общество в кризис по части потребления?

Надо понимать, что никаких низших фиксаторов просто… не существует! Как процветал Детройт в США (не в Зимбабве, заметим) – а сейчас это страшные руины. В «Великую Депрессию» за три года эта система в самой богатой стране мира довела до голодной смерти 7 млн человек, не считая десятков миллионов покалеченных судеб. А кто сказал, что этого не повторится?! Ведь в этой экономике ничего, по сути, не изменилось: там полномасштабная гуманитарная катастрофа может начаться хоть завтра, причём от причин, никак от жертвы её не зависящих…

Жить в такой экономике – это жить под дамокловым мечом.

Вместо того, чтобы стать хозяином своей судьбы, силой разума взять собственное снабжение в свои руки, оградить себя от стихийных бедствий – человек зачем-то смирился с ролью заложника и бродяги, игрушки слепых стихий. Дома себе строить научился, а в деле снабжения остался первобытным, как примитивные охотники и собиратели.

Мол, завтра пойдём в саванну и накопаем каких-нибудь корешков…

А запланировать их выращивание и вырастить не пробовали?

Чтобы навсегда покончить с этой позорящей разумное существо зависимостью от слепой случайности!

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора

Популярное за неделю