Современость и ловушка безумия — 3

А. Леонидов-Филиппов 11.02.2019 18:17 | Общество 38

​Разрушение коллективного сознания человечества (способности людей быть сознательными) имеет роковое значение, но никак и никем не отражено в теории познания. Высокомерие мыслителей много веков заключалось в том, что они безмозглую массу обнуляли, полагая лишь балластом человечества, всегда примыкающим к победителям интеллектуального состязания. В итоге вышло состояние «сегодня», при котором жизнь сама по себе, а мыслители со всеми их теориями и гипотезами – сами по себе. Возникло состояние параллельности между жизнью и её осмыслением: они нигде не пересекаются. В эпоху угасания интереса к знанию жизнь опирается на грубую силу и не желает интеллектуальных «экспертиз», полагая: «сила есть, ума не надо». Мы блуждаем во мгле интуитивизма и всяких предпринимательских «чуек», слушая «экспертов», чей авторитет выстроен на их кражах (например, Сорос), и которые не в состоянии сколь-нибудь рационально объяснить свои вердикты…

Продолжение. Начало: https://economicsandwe.com/EEC6103BA2E8360F/,
https://economicsandwe.com/D5B83658BF4EE3AE/

+++

Рациональное сознание признаёт только два состояния мысли: верная[1] и ошибочная[2]. Промежуточное состояние гипотезы – временное. В конечном счёте все предположения[3]делятся на правильные[4] и неправильные.

И то и другое доказуемо (иначе было бы бессмысленным). Доказательства считаются убедительными до тех пор, пока кто-то убедительно их не опроверг, не доказал их ложности. То есть предположение доказуемо или опровергнуто – НО! Теория познания не включает в себя ситуации игнора! Как любили раньше говорить – «на бумаге было гладко, да забыли про овраги». Теория познания исходит из того, что сошлись два высокоразвитых человека, и никто из них не игнорирует доводы, аргументы, предположения другого. Каждый или соглашается, или аргументированно опровергает.

Это и есть «мир рацио», в котором жил бы «человек разумный», если бы всегда был разумным. Скажу банальность: у доказательства три метода, опыт, логика и авторитет[5]. Это в теории. А на практике – есть и четвёртое доказательство, точнее опровержение для любых доказательств: непонимание. Если ты с твоими мыслями человеку непонятен – это не значит, что человек с тобой согласен. Как это не значит и того, что человек с тобой не согласен. Когда человек не в состоянии воспринимать твой уровень сложности – для него не существует ни твоих тезисов, ни твоих доказательств, ни тебя самого.

Непонимание любой из теорий – не означает её неверности, ошибочности, вредности или непригодности. Например, законы аэродинамики никоим образом не исчезают в среде папуасов. Там точно такие же законы аэродинамики, как и в Сорбонне, только их среди папуасов никто не понимает. Поэтому их там нет никакой возможности применять с пользой. И вообще никак нельзя использовать. Теоретически они есть, а практически – их (в данном обществе) нет.

До эпохи нефти нефть в земле, конечно же, была. Но, поскольку её оттуда никто не извлекал, и даже не задумывался, чтобы извлечь – она была физически, материально, но её не было исторически, в понимании.

Нефть возникает в истории человечества не потому, что она вдруг взялась ниоткуда, а потому, что её начали извлекать, доросли до возможности её выкачки и до осознания её полезности.

Непонимание является самым разящим аргументом из всех аргументов отрицания. Притом, что в теории познания оно вообще не рассматривается. На то она и теория, удел оторванных от жизни теоретиков! Там человек, соглашающийся или возражающей тебе – принимается как данность, исходное условие. В реальной же жизни такой оппонент – подарок судьбы и редкая находка.

+++

Качество аргументов, даже самых неопровержимых и убедительных, может оценить лишь тот, кто в состоянии их принять. Если же мы имеем дело с социальным дегенератом[6] — то всякий раз для него простота, незатейливость и понятность на его низком уровне будут важнее качества и истинности аргументации.

Социальный дегенерат требователен к форме мысли (она должна быть максимально простой) и очень нетребователен к её содержанию. Если опрощение вредит истинности мысли – тем хуже для истины, дегенерат выбирает простоту.

Ему нужна не доказуемость, а лёгкость усвоения. Истинность заменяется простотой.

В дегенеративном варианте познавательная деятельность уже не является познавательной. Познание – это поиск истины, а не её выдумывание по собственному произволу.

Яркая черта социального дегенерата – он принимает мир не таким, какой мир есть, а таким, каким его хочется видеть. Свои желания дегенерат объявляет законами естества, а свои галлюцинации – данными лабораторного опыта. Никакой верификации (необходимой по теории познания) его предположения не проходят. Стадии гипотезы нет, сразу же рождается «истина в последней инстанции».

+++

К требованиям рациональности, к правилам ведения рассудочной деятельности дегенерат равнодушен, если к нему с ними не пристают. И агрессивен, если его начинают ими «доставать». Он рационального аргумента либо вообще не принимает, либо воспринимает, как бык тряпку.

Поэтому, если в теории познания главным является доказать своё предположение, то в практике познания главное – найти для себя соответствующую по способностям аудиторию. Любые открытия, как бы верны и гениальны они ни были – бессмысленны и исторически отсутствуют, пока их некому воспринимать.

Христос говорит в Евангелии от Иоанна: «Еще многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить»[7]. Истина Христу, конечно же, известна в полном объёме, но передать он может только те её части, которые способны понять современные ему люди на их уровне умственного и духовного развития.

Истина существует сама по себе (как достояние узкого круга учёных), но не действует сама по себе (т.е. пока не овладеет сознанием масс).

Она диалектически неразрывно связана с вместилищем, как жидкость с сосудом.

Если вино вылить на землю, то, теоретически, на уровне атомов, оно, конечно, не исчезнет (закон сохранения вещества и энергии) – но как экономическое благо, как товар прекратит существовать.

То же самое связано и с истиной, чего никогда не понимала теория познания, для которой качество аргументов – всё, а воспринимающая аудитория – ничто.

+++

Опять же, теоретики рассматривают историю науки как линейное восхождение от низшего к высшему уровню. Они считают арифметически: если каждый учитель будет всю жизнь добывать знания, а потом передаст всё добытое ученику, то ученик станет умнее учителя. Ибо к его опыту добавит собственный, и т.п. И так, от ступени к ступени мы, якобы, восходим от полного незнания к полноте знания.

Но это, естественно, не так. По лестнице можно не только подниматься – с неё можно и упасть. А даже если не падать, то можно пойти в другую сторону: не снизу вверх, а сверху вниз. Иначе говоря, никакое поколение людей не застраховано от деградации как науки, так и общего уровня мышления.

Поэтому человек бывает непонятным в двух совершенно разных случаях:

-Когда проблема в нём и связана с тем, что он не компетентен.
-Когда проблема в собеседниках, и никакого отношения к уровню его подготовки не имеет.

+++

На практике наиболее продуктивным является не самое верное (с точки зрения чистой истины), а самое адекватное восприятию окружающих. Вопреки Гегелю скажу: не всё действительное разумно.

Но – можно утверждать, что всё действенное разумно. Оно разумно не само по себе, а лишь потому что, в данной среде действенно.

Например, шаманские пляски в высокоразвитом обществе – верх безумия, но на дикарей они действуют так, что именно шамана они считают своим духовным лидером (а академика – съели бы, не поняв).

Для меня лично это ответ на очень мучительный вопрос юности: почему примитивный и топорный нынешний гибридный режим побеждает либеральную вакханалию смерти, а гораздо более прогрессивный и совершенный советский строй (и его современные носители) – проигрывают?

Для меня, как исследователя, и опыт и логика показывают, что советский строй на шкале цивилизованности на порядок выше современного.

Он более прогрессивен как с точки зрения научно-теоретической (изучения мира, открытий и достижений науки), так и с точки зрения практически-бытовой (гарантии снабжения всем необходимым каждого человека, уровень его личной защищённости, благоустроенности и т.п.).

Что касается современного строя в РФ, то он хорош лишь своим охранительством – функциями торможения окончательного распада. Но ведь понятно всем, кто сохранил рассудок (а таковых в нашем обществе немного) – что на тормозе далеко не уедешь.

Тормоз кое-как пока предотвращает падение в пропасть, за что ему спасибо, но он лишён двигательных функций, перспектив развития. Временно сохранив страну от распада – тормозная функция не знает, что с ней дальше делать.

Она черпает свои инициативы у либералов, которые, по сути своего мышления – безумцы и приматы[8].

Однако современный гибридный режим, несравненно более грубый, чем советский строй, имеет преимущество простоты восприятия в дегенеративной среде. Если человек не в состоянии постичь тайну электричества, то ручной мясорубкой он воспользоваться может, а электрической – нет.

И дело не в том, что электрическая хуже ручной (наоборот). Примитивный инструмент может функционировать в дегенеративной среде, а сложный – нет. Для сложного инструмента нужны сложные люди – без достаточного количества таковых он оказывается «вещью в себе», непостижимым для среды пребывания артефактом. Он может вызывать изумление, преклонение – или насмешки, презрение приматов, но он не имеет понимания.

+++

Нельзя исправить плохое худшим. Нельзя исправить Януковича Порошенкой, а Путина – Навальным. Цивилизованные отношения не получают даром – их необходимо заслужить собственным развитием. Жить по-человечески может только тот, кто сам человек и окружён людьми. И сложность не в том, чтобы построить человеческую жизнь, достойную и изобильную, тут как раз всё понятно. Сложность в том – из кого её построить, где найти человеческий материал под благие законопроекты и общественные институты цивилизованного бытия.

Будут люди – будет и цивилизация.

Мозаика складывается из тех элементов, которые слагают мозаику, и ничего с этим не поделаешь…


[1] Строение термина «верное» означает верность мыслителя неким базовым сверхценностям, доктрине базовой истины, не подвергаемой сомнениям первичной сакральности. Если человек не верен никакой идее (догме, аксиоме) – то само разделение на ошибочное и верное станет невозможным.

[2] Ошибка по-гречески «грех», откуда и пришёл математический термин «погрешность». Представление о возможности ошибки в познании очевидным образом родилось из религиозных представлений о грехе и грехопадении.

[3] Интересно отметить, что термин «пред – положение» означает планирование. Мы предугадываем в уме заранее реалии окружающего мира (пред положением знаем – каким будет положение).

[4] Если термин теории познания «верное» логически отсылает нас к тому, чему нужно быть верным (служить), то термин «правильное» отсылает нас к понятию «правило» — т.е. норма, догма.

[5] Почему, к примеру, я знаю о существовании какого-нибудь химического элемента? Или я сам лично его извлёк в ходе эксперимента (опыт), или я доказал его с помощью прогностической системы, заложенной в таблице периодических элементов Менделеева (логика), или я ссылаюсь на уважаемого всеми химика (авторитет). Планету можно лично увидеть в телескоп (опыт), можно рассчитать её необходимость по законам небесной механики (логика вычислений), можно поверить известному астроному с хорошей репутацией (авторитет).

[6] Социальный дегенерат – тот, кто не в состоянии поддерживать уровень сложности, доступный его предкам. Речь идёт как о технических, инфраструктурных системах, так и об уровне умственной деятельности, культуры.

[7] 16:12.

[8] Они умеют только растаскивать готовое, утилизировать имеющееся, распродавать доставшееся по наследству – как мартышки в покинутом людьми городе. Устройства сложных систем, выстроенных из несвободы, как из необходимого материала, либералы не понимают, воспроизводить и поддерживать такие системы органически неспособны – как паразит не может ничем помочь выживать собственному донору.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора