Элита журналистики: памяти погибших военкоров ДНР

Наталья Залевская 19.12.2020 8:20 | Общество 70

Фото: Наталья Залевская

На днях в ДНР поминали погибших военкоров, доносивших до всего мира правду о донбасской войне.

В конференц-зале Донецкого университета, где проходило мероприятие, кроме официальных лиц республики и представителей СМИ, я заметила много совсем молодых журналистов, только осваивавших путь в профессию. С нескрываемым интересом они следили за тематическими сюжетами республиканского Министерства информации о наполненных энергетикой каждодневного риска буднях военкоров в Донбассе, где надпись «Пресса» на каске или бронежилете не только не защищает от вражеского огня, а, наоборот, делает её носителя первоочередной мишенью для ВСУ. Но для юной смены, пока ещё воспринимающей профессию военного корреспондента с налётом лёгкого романтизма, осознание жёсткой реальности, в которой по большей части живёт и работает каждый военкор, придёт позднее, по мере углубления в профессию, точнее призвание.

Тест на «профпригодность» военкора

В любой точке планеты, где разгорается военный конфликт и пахнет порохом, актуальность именно этой профессии очень высока, как, впрочем, и уровень смертности, взлетевший в последнее время на невиданную высоту. Не зря военных корреспондентов называют элитой журналистики. Фактически в профессии остаются единицы, несмотря на то, что приходят многие.

Вернее, военная журналистика сама «отбирает» соответствующие кадры. Остаются лишь те, в ком первоначальное подсознательное стремление к риску, к «острию жизни» с опытом и практикой замещается осознанным желанием доносить правду о войне, такую, какая она есть: с обстрелами мирных городов, смертями гражданских жителей, женщин, детей и стариков. Поэтому каждый военкор — летописец войны.

Именно из-за этой горькой военной правды опытные, прошедшие не одну горячую точку военкоры продолжают упорно делать своё журналистское дело, подчас не замечая свиста пуль и разрыва снарядов поблизости.

Однажды знакомый ополченец рассказал, как поразило его поведение донецкого военкора, который продолжал писать, несмотря на свист пуль. Пару раз перебегал от них в другое, более безопасное место, при этом продолжая писать свои наброски об обстреле. «Подобная безбашенность встречается редко даже среди видавших виды бойцов… А тут обычный гражданский, даже оружие в руках толком не державший», — заметил ополченец.

Фото: Наталья Залевская

Правда о войне равна жизни военкора

Когда началась военная агрессия Украины по отношению к народным республикам, возникла острейшая потребность знать, что происходит в Донбассе. Это коснулось не только донбассовцев, непосредственно оказавшихся в эпицентре кровавых военных столкновений лета — осени 2014 года. В объективной картине происходящего в Донбассе стали нуждаться люди многих стран, провластные элиты которых упорно делали вид, что ничего не происходит. Но Интернет и соцсети были переполнены репортажами с донбасского театра военных действий, по большей части любительскими. Так, всему миру стала известна фотография «Горловской Мадонны» — погибшей молодой матери, прижимающей к себе дитя, изрешеченное пулями.

Для освещения военных преступлений ВСУ и боевиков в Донбасс приехали первые российские журналисты. Многие из них погибли на своём боевом посту, и мы должны помнить их имена. Это корреспондент информагентства «Россия сегодня» Андрей Стенин. (погиб в августе 2014 года под Донецком), оператор Первого канала Анатолий Клян. Он был одним из пассажиров автобуса с солдатскими матерями, которые требовали роспуска одной из воинских частей, и погиб 30 июля 2014 года. 17 июня под Луганском под обстрел попала съёмочная группа «Вестей» — в тот момент, когда журналисты готовили репортаж о гуманитарном коридоре для мирных граждан. Звукоинженер Антон Волошин погиб на месте, корреспондент Игорь Корнелюк скончался в больнице.

Именно эти военкоры первыми освещали события донбасской войны, и правда, звучащая в их репортажах, разоблачала неприкрытый цинизм украинских СМИ о том, что якобы донецкие «сепаратисты» обстреливают себя сами.

Помним донбасских военкоров

Рядом с российскими коллегами работали и одновременно учились у них делать свои репортажи первые донбасские военкоры. Они пришли в военную журналистику по призванию, не имея специальной подготовки. Но у них было одно огромное желание — доносить людям правду о донбасской войне. Понимая весь риск и сложности этой профессии, они были готовы к лишениям, трудностям, столкновениям с военной реальностью, болью, слезами и кровью.

Сергей Коренченков прибыл в Славянск (оккупирован ВСУ) в середине мая из Симферополя с одной целью: увидеть всё своими глазами и показать всему миру, что на самом деле происходит в Донбассе. Он стал военкором агентства ICORPUS и, рискуя жизнью, неоднократно попадая под артиллерийский обстрел, бесстрашно освещал ситуацию из самой гущи событий.

Позднее к Коренченкову в Славянске присоединился уроженец Донбасса Андрей Вячало, молодой корреспондент добровольческого агентства «Информационный корпус». Андрей Вячало был одним из тех, кто стоял у истоков народно-освободительного движения в Донецке, был координатором этого движения, искал единомышленников, не боялся выходить на демонстрации со знаменем Победы… Знающие Андрея вспоминают, что он всегда жил по принципу «кто, если не я?»

Оба корреспондента погибли в начале августа 2014 года вместе с военкором Андреем Стениным, когда сопровождали колонну беженцев в Россию. Машину, в которой они ехали, по воспоминаниям их коллеги в интервью «Московскому комсомольцу», расстреляли пьяные нацгвардейцы. «Они в тот день устроили засаду на дороге. Когда увидели, что в машине журналисты, они её оттащили подальше и подожгли», — рассказал он.

Долгое время в агентстве ICORPUS, деятельность которого оказалась практически парализована с потерей двух основных сотрудников, Коренченкова и Вячало, надеялись, что военкоры в плену, и просили помочь в их розыске и освобождении. «Сергей и Андрей показывали истинную картину происходящего в Донбассе, которая неудобна ни киевским властям, ни их американским хозяевам. Их целью всегда было показывать только правду и ничего кроме правды!» — говорилось в вывешенном на сайте агентства обращении.

Прах Сергея Коренченкова был доставлен в родной Симферополь, где и захоронен с должными почестями. «Он был несколько раз под обстрелами «Градов», более десяти раз под обстрелами миномётов. Он не имел к тому же ни специального военного образования, ни подготовки, не проходил школу военных корреспондентов. Поехал на свой страх и риск, — вспоминал о Сергее его близкий друг. — Неоднократно были случаи, когда с ним общались по скайпу, в этот момент были слышны разрывы, летели стёкла, а он, как ни в чём не бывало, продолжал выполнять свою работу».

Погибшим при исполнении своих профессиональных обязанностей военкорам Андрею Стенину, Сергею Коренченкову и Андрею Вячало установили памятник в Донбассе. Монумент, который открыли 22 декабря, в день рождения Андрея Стенина, размещён рядом с посёлком Горняк. Конструкция состоит из трёх гранитных плит, на которых высечено изображение фотокорреспондента и двух его коллег. Инициаторами создания памятника были журналисты различных СМИ, которые сами занимались и сбором средств.

Петровский Всеволод
Петровский Всеволод

Многие донбасские корреспонденты не только правдиво описывали происходящие события, но и с оружием в руках защищали родную землю. Таким был Всеволод Петровский — историк, корреспондент информационного агентства «Новороссия». Военкор родился в городе Артёмовск Донецкой области в семье врачей. Весной 2014 года участвовал в многочисленных митингах «Антимайдана» в Донецке, а в августе пришёл в ополчение Донбасса и стал служить в политотделе бригады «Призрак» Алексея Мозгового. В декабре попросился на передовую. Как вспоминают знавшие Петровского, «он хотел защищать Родину от бандеровских нацистов с оружием в руках». В ночь на 8 февраля 2015 года при эвакуации с поля боя раненого разведчика близ посёлка Комиссаровка военкор был смертельно ранен.

Это выдержки из статей Всеволода Петровского:

«Знаете, в чём главное свойство всех переломных исторических моментов? В том, что ты никогда не будешь готов к их наступлению. Каким бы «продвинутым политическим аналитиком» ты ни считал себя в глубине души, ещё за день до начала событий, которые навсегда изменят твою страну, ты и представить себе не сможешь, что всё обернётся именно так»

(«Реактивный психоз», апрель 2014 года).

«Донбасс, вы рабы, вы быдло. Вы не способны пойти против власти. У вас никогда не будет своего «майдана». Вы можете только послать к нам проплаченных пьяных титушек. Но мы загоним вас назад в ваши копанки, рабы…» Подобную уничижительную риторику с удовольствием воспроизводили не только радикальные националисты, но и записные либеральные патриоты. Кстати, основываясь на множестве личных примеров, могу сказать, что самые ярые «донбассофобы» получаются из бывших жителей региона, которые, переехав в Киев и покрутившись немного в «прогрессивных» столичных тусовках, проникаются презрением к своим «быдляцким» землякам. Синдром неофита — жуткая вещь.

Но, пресытившись разговорами о собственной неполноценности, восточный регион восстал. Неповоротливый, тяжёлый на подъём дракон донбасского протеста вышел из своей пещеры и начал расправлять крылья».

Коссе Афанасий
Коссе Афанасий

Военкор Афанасий Коссе (позывной Эллин), уроженец греческого села Раздольное Старобешевского района. До весны 2014 года Афанасий жил в Греции и был успешным журналистом и фотокорреспондентом. Но, приехав в Донбасс и увидев ужасы войны, развязанной киевским режимом в его родном Приазовье, Коссе написал другу в одном из писем:

«Нас здесь сотни греков. Это наше дело. Это наша родина. Мы не хотим, чтобы на этом месте Украина устанавливала памятники Бандере и Шухевичу… Это не поймут наши деды, которые отдали жизни, пролили кровь за свободу нашей Родины, родной земли от фашизма… Если мы струсим и покоримся «Галичине», они с небес предадут нас анафеме». Делом жизни для военкора стал сбор свидетельств для «Белой Книги» о преступлениях боевиков ВСУ в Донбассе. И он сделал всё для того, чтобы эта информация обошла весь мир и люди узнали, что творят военные преступники в Сартане и Зеленополье, Иловайске и Горловке, Никитовке и Степановке. Во всех тех местах, где побывал со своей кинокамерой неутомимый военкор «Новороссии».

Говорят, что сам он оружия никогда не носил, но шёл в самое пекло, чтобы увиденное стало достоянием всего человечества.

Смерть застигла военкора в Донецком аэропорту, когда его поразили осколки разорвавшегося снаряда.

Эфендиев Вагид
Эфендиев Вагид

Вахид Эфендиев — доброволец из Дагестана, бывший морпех. Он приехал в Донбасс летом 2014 года: увидел в интернете материалы о зверствах украинских боевиков и не выдержал. Обманул родню и поехал в Донбасс.

Боевые товарищи Вахида вспоминают:

«Он приехал к нам летом. Доброволец. В руках — видеокамера. Захотел быть военкором. Улыбчивый, лёгкий в общении человек. Философ. Начитанный, способный поддержать всякий разговор, полный юмора, оптимист. Приехавший с единственной целью — поддержать население Донбасса, показать миру то, что творит на нашей земле украинская хунта. Увидеть всё своими глазами».

В ноябре 2014-го Вахид погиб в Донецком аэропорту.

Мы должны помнить о самоотверженном подвиге первых донбасских военкоров. Именно эти люди, такие разные, хотели рассказать всему миру правду о том, что происходит в Донбассе, о военных преступлениях украинских боевиков и всех ужасах донбасской войны.

Фото: Наталья Залевская

Они хорошо отдавали себе отчёт в том, что значит правда в условиях войны, насколько её обнародование бывает опасно, и прежде всего для самого военного корреспондента. Но тем не менее, зная об этом, они заплатили за неё самую высокую цену.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора

Популярное за неделю