Как разваливали Россию приватизацией

Автор: Владимир Полеванов.

Приватизация в России стала оружием для развала страны. Владимир Полеванов, проработав 70 дней в ­Госкомимуществе вице-премьером России во время дикой приватизации, раскрывает подробности того, как Запад руками Чубайса и его компании через приватизацию разваливал Россию…

Из первых уст – Как разваливали Россию через приватизацию. Отрывки из интервью бывшего вице-премьера России В.П. Полеванов

Распродажа!

– Что вы увидели на новом месте работы?

– Формальные показатели впечатляли. Около 60 процентов предприятий к концу 1994 года стали негосударственными, 40 миллионов россиян – акционеры.

По массовости Россия заметно обогнала страны бывшего соцлагеря.

В Польше, где «рыночный менталитет» куда выше нашего, за три года приватизировали лишь 30 процентов госпредприятий, в Венгрии – не более 20.

Но что стояло за высокими темпами и невиданными масштабами российской приватизации? Госимущество продавалось фактически за бесценок. Лихорадочно. Своим. В нарушение даже тех убогих законов, которые тогда были.

– Это все эмоции. Факты где?

– Факты? Пятьсот крупнейших предприятий России с реальной стоимостью не менее 200 миллиардов долларов к концу 94-го ушли в частные руки всего за 7,2 миллиарда. Лихорадочная приватизация била и по национальной безопасности России. Запад прибирал к рукам оборонные предприятия. Это подтвердили материалы силовых ведомств, которые я запросил через две недели после назначения.

Например, подставная российская фирма на средства гражданина США Д. Хэя, связанного с ЦРУ, приобрела около 30% акций Московского электродного завода с НИИ «Графит», производящего стратегический графит для военного ракетостроения. И научно-исследовательский институт под давлением американцев отказался принять заказ Военно-космических сил России.

Один секретный институт создал уникальную, стопроцентно эффективную технологию противоракетной обороны на основе плазменных зарядов. Но какая-то «светлая» голова решила приватизировать его помещения и отдать под склады для импортных напитков и сигарет. Подобная участь постигла и ряд других оборонных институтов, предприятий.

– Так вы же вице-премьер, Владимир Павлович. Вам и карты в руки! Исправляйте перегибы.

– В том-то и дело, что руки были связаны. Надо мной – первый вице-премьер Чубайс, куратор приватизации. Подо мной – замы Кох, Мостовой, Васильев… Люди того же Чубайса. Я их уволить не мог, чтобы свою команду сформировать. Анатолий Борисович давал понять, что моя роль в правительстве чисто исполнительская. Дескать, механизм приватизации уже отлажен и мне остается лишь подписывать подготовленные решения.

Выбор был невелик: либо подписывай не глядя, и тогда я член команды, до сих пор бы болтался где-нибудь во властных структурах. Либо пытайся изменить ситуацию в интересах страны. Я выбрал второй путь. Стал менять правила игры. С мест пошли звонки, что замы мои продолжают прежнюю политику. Лишил их права подписи, все замкнул на себя. Чубайс устроил выволочку. Я прикинулся шлангом, как говорят в армии. Мол, должен войти в курс дела.

– Вы с ним отношения не обостряли?

– Тогда еще нет.

Изгнание советников

– В Госкомимуществе сидели 35 советников, сотрудники иностранных фирм. В основном американцы. Свободно пользовались базой данных. Могли заранее знать, где, когда и на каких условиях пройдут аукционы по продаже госимущества, даже когда это составляло не просто коммерческую, а государственную тайну. С такой информацией победить на аукционе – дело техники.

В любой западной стране доступ иностранных специалистов в подобные учреждения строго ограничен. Я приказал забрать у них пропуска и не пускать в здание. Но охрана – военизированное подразделение «Демократического выбора России» – не выполнила приказ. Американцы на сутки забаррикадировались в компьютерном центре. Видно, заметали следы.

Я не стал вызывать ОМОН, чтоб не привлекать излишнее внимание. На следующий день заменил демократическую охрану простой милицией, что оказалось в три раза дешевле.

Восстановил российскую юрисдикцию над Государственным комитетом РФ. Боже мой, что тут началось! Чубайсу это не понравилось. Наша, западная пресса подняла крик, что я враг реформ, подрываю российско-американские отношения, ввел казарменный режим и одним махом разрушил безупречный механизм приватизации. Но я держался.

Следующий шаг – приостановил приватизацию алюминиевых заводов. Вспомните «Прощание с Матерой» Валентина Распутина. Мы затопили гигантские площади в Сибири под ГЭС, чтобы вырабатывать дешевое электричество для производства стратегического алюминия.

А теперь заводы начали задешево скупать иностранцы. Те же печально известные братья Черные. Опять скандалы с Чубайсом. Обстановка накалялась с каждым днем. Посол в США Воронцов слал панические телеграммы из-за океана, что госдеп недоволен Полевановым, надо его снимать.

– А что ваш с Чубайсом прямой начальник – премьер Виктор Степанович Черномырдин?

– Я пытался объяснить ему ситуацию. Но он отвечал: «Не мешайте Чубайсу проводить реформы!» Тогда я пошел ва-банк. Подготовил подробный «Анализ первого этапа приватизации и предложения по его совершенствованию». С цифрами, фактами, приложив записки из силовых органов.

«По сути, произошло крупнейшее в истории России разбазаривание государственной собственности, что само по себе явилось одним из источников кризиса и заложило основы многочисленных будущих конфликтов, направленных на передел собственности, – писал я Черномырдину. – Цели приватизации искажались некомпетентными и умышленными действиями и в Центре, и на местах, что резко криминализировало ситуацию.

В результате обвальной приватизации Российское государство серьезно ослаблено. Наблюдается скрытая интервенция иностранного капитала с целью подрыва обороноспособности и экономики страны для обеспечения принятой Западом стратегии «гарантированного технологического отставания России».

Я предлагал премьеру ряд мер по исправлению допущенных просчетов. Просил воздержаться от форсированного проведения второго этапа. «Связьинвест», «Норникель» и прочие серьезные объекты еще не стали тогда легкой добычей олигархов.

Отдельный пункт: «Поскольку большая часть ответственности за упущения I этапа лежит на первом заместителе Председателя Правительства А. Б. Чубайсе, он объективно не заинтересован в искоренении недостатков и будет пытаться проводить прежнюю, во многом дискредитировавшую себя линию в области приватизации». Поэтому я просил поручить курирование Госкомимущества другому первому вице-премьеру. (Полностью документ см. на нашем сайте.)

– И какой была реакция?

– Записку отправил Черномырдину 18 января 1995 года. 24 января меня уволили. В ­Госкомимуществе я пробыл 70 дней.

– А как же Ельцин, ваша надежда и опора?

– Я давно пытался встретиться с ним. Почему-то верил, что Борис Николаевич все поймет и поправит зарвавшихся приватизаторов. Но его заблокировали напрочь! Краткую аудиенцию у президента удалось получить с огромным трудом. Уже назначили день встречи, я основательно подготовился к разговору.

В последний момент кто-то вычеркнул мою фамилию из рабочего графика президента. Прорвался к нему слишком поздно, когда МВФ поставил ультиматум: или увольняете Полеванова, или Россия не получит транш в шесть миллиардов долларов. Разговор был коротким: «Ничего не могу сделать. России нужен транш. Я вас в Контрольное управление отправлю. Пересидите, а там видно будет». Но по тону Ельцина понял – ничего мне в Кремле не видать. И действительно, вскоре убрали и из Контрольного управления президента.

И я вновь стал заниматься поиском золота.

Председателю Правительства РФ В.С. Черномырдину

Анализ первого этапа приватизации и предложения по его совершенствованию

1. Оценка первого этапа приватизации 1992 – 1994 гг. неправительственными структурами.

Первого июля 1994 г. завершился период чековой приватизации в Российской Федерации, итоги которого оказались далеко не однозначными.

Государственная Дума в своем постановлении No.378-1 от 9 декабря 1994 г. признала итоги первого (чековую) этапа приватизации неудовлетворительными. Во втором пункте постановления в качестве первоочередной задачи отмечено: „Считать необходимым проведение существенной корректировки политики приватизации, поскольку итоги первого ее этапа не соответствуют основным целям социально-экономических реформ”.

В этом же постановлении Дума обратилась к Президенту РФ с просьбой приостановить действие Указа о послечековой приватизации до принятия федерального закона (приложение 1).

Московская областная Дума решением No.10/35 от 02.11.94 отметила, что в „программу приватизации заложена ошибочная концепция” и что „продолжение приватизации в таких условиях может привести общество к социальному взрыву”, так как „большинство населения отстраняется от приватизации, доступ к ней получает только небольшая часть общества, сумевшая накопить достаточно крупные капиталы”. Московская Дума также обратилась к Президенту РФ с предложением приостановить действие Указа

No.1535 от 22 июля 1994 г. до принятия закона (приложение 2).

Аналогичные решения приняли представительные органы Республики Мордовия, Алтайского края и целою ряда других регионов.

Наиболее резким по форме и содержанию было „Заявление фракции ЛДПР „Итоги приватизации в 1992-1994 гг. в Российской Федерации” (приложение 3). В частности, было отмечено что „Ни одна из основных экономических целей приватизации, сформулированных в Указах Президента No.34-1 от 29 декабря 1991 г. и No.66 от 29 января 1992 г., не достигнута”.

И.о. Генерального прокурора Российской Федерации А.Н. Ильюшенко 29.11.94 исх. No.19-15-94 направил на имя Председателя Правительства РФ В.С. Черномырдина информационную записку „О фактах разбазаривания федеральной собственности на предприятиях военно-промышленного комплекса”. А.Н. Ильюшенко констатировал, что „идет искусственное смешивание государственной и частной форм собственности ради извлечения предприятиями сиюминутной сомнительной выгоды происходит перекачка федерального имущества в руки частного бизнеса” (приложение 4).

В справке начальника отдела по надзору за исполнением законов в сфере экономики С.И. Верязова от 30.12.94 но итогам проверки Госкомимущества России в Москве и в 15 субъектах Федерации утверждается, „что практически во всех регионах, где проводились проверки в связи с указанным заданием, имели место нарушения законодательства о приватизации” (приложение 5).

Многочисленные официальные документы руководителей ФСК, Госкомоборонпрома, глав исполнительной власти субъектов Федерации, а также другие легли в основу дальнейшего анализа чекового этапа приватизации.

***

Отрицательные последствия первого этапа приватизации и их причины

1. Рост преступности, связанной с приватизацией

По данным Министра внутренних дел В.Ф. Ерина и его заместителя В.П. Страшко, за 11 месяцев 1994 г. в сфере приватизации выявлено 1684 преступления, 127 из которых совершены в крупных и в особо крупных размерах (приложение 7). Наиболее типичными преступлениями были: взятки, криминализация на рынке жилья, скупка акций наиболее рентабельных отраслей народного хозяйства различными иностранными компаниями и фирмами с нарушениями законодательства.

Как правило, не декларировался источник доходов при скупке крупных и гигантских пакетов акций физическими лицами. Например, Василий Юрьевич Тимофеев (Тюменская область) купил 210 млн акций „Газпром”, заплатив 2 млрд 100 млн руб. 51% акций завода „Уралмаш” скуплено одним физическим лицом.

Необходимо срочно принять проект Постановления Правительства РФ „О порядке декларирования источников доходов юридическими и физическими лицами, участвующими в приватизации государственной и муниципальной собственности”.

2. Подрыв национальной безопасности

На наш взгляд, национальная безопасность России существенно ослабла в экономической, социально-политической и оборонной сферах (приложение 8).

2.1. Экономические последствия

Прежде всего, это выражается в недополучении Россией значительной части доходов из-за просчетов в стратегии и тактике приватизации.

Общая номинальная величина ваучерного фонда (около 1,5 трлн руб.) примерно соответствовала балансовой стоимости основных фондов России на конец 1991 г. (без жилых зданий – 1650 млрд руб. по ценам того времени). Но к октябрю 1992 г., когда началась выдача ваучеров населению, цены в процессе либерализации повысились в 20 раз.

Соответствующая 20-кратная переоценка основных фондов была осуществлена лишь год спустя – к середине 1993 г. Таким образом, общая номинальная величина ваучерного фонда изначально была в 20 раз меньше стоимости основных фондов. Рыночная стоимость ваучеров в период с октября 1992 г. по октябрь 1994 г. составила в среднем, 12,5 тыс. руб.

Скупая и перепродавая крупные партии ваучеров, чековые инвестиционные фонды фактически обеспечили передачу государственной собственности новым реальным владельцам за бесценок.

Доходы в бюджеты всех уровней за два года составили по России лишь 1 трлн руб. В то время как только по Москве, где мэр города Ю.М. Лужков для примерно 20% предприятий доказал необходимость приватизации по рыночным ценам, составили 1,8 трлн руб.

В одном из последних бюллетеней английского консультационного агентства „Независимая стратегия” („Инденпендент стрейтеджи”) говорится: „Большая часть основных производственных фондов России была продана в процессе приватизации за какие-то 5 млрд долл. Даже если считать, что в России стоимость основных производственных фондов равна валовому внутреннему продукту – а в ведущих странах Запада фонды превышают ВВП в 2,4-2,8 раза – то для экономики с ВВП порядка 300-400 млрд долл. сумма, вырученная при приватизации, просто ничтожна” (12 сентября 1994 г., стр. 8). В связи с этим агентство рекомендует английским инвесторам не упустить шанс и принять участие в покупке акций российских предприятий, что „обещает немалую выгоду”.

500 крупнейших приватизированных предприятий России стоимостью не менее 200 млрд долл. были фактически проданы за бесценок -– около 7,2 млрд долл. США.

Так, одно из крупнейших предприятий страны – завод имени Лихачева (г. Москва) со стоимостью основных фондов не менее 1 млрд долл. был продан за 4 млн долл. Здания и сооружения Московского института повышения квалификации руководящих работников и специалистов химической промышленности, ориентировочной стоимостью в 100 млн долл., проданы всего за 8 млн руб. Подобные факты многочисленны.

По сути произошло крупнейшее в истории России разбазаривание государственной собственности, что само по себе явилось одним из источников кризиса и заложило основы многочисленных будущих конфликтов, направленных на передел собственности. Начальник Отдела писем и приема граждан Администрации Президента России М.А. Миронов (исх. А4-8353 от 22.11.94) указал на основе анализа 4200 писем, что во многих письмах, касающихся темы приватизации, звучат выражения типа „очередной обман”.

Финансовые потери первого этапа приватизации резко усугубились рядом непродуманных действий. Так в силу непонятного стремления к разукрупнению разрушены многие целостные технологические комплексы, что уже поставило под угрозу само сохранение наиболее современной части промышленного потенциала.

Председатель Комитета по вопросам экономической реформы собственности и имущественных отношений Совета Федерации В.А. Зеленкин сообщает в письме на мое имя (исх. 12-18/318 от 27.12.1994): „В ходе акционирования этих субъектов хозяйствования (авиационная промышленность) связи между ними нарушились. Произошла остановка производства на предприятии „Пермские моторы”, являющимся одним из основных производителей авиационных двигателей в России, над которым нависла угроза потери уникальных отечественных специалистов”.

Наибольший ущерб насильственным разукрупнением предприятий, входящих в единую технологическую цепочку, нанесен в авиационной, машиностроительной, лесной, оборонной и агропромышленных отраслях народного хозяйства.

Поскольку процессы приватизации из-за их обвального характера не были сопряжены с остальными элементами экономических преобразований (прежде всего – со структурной политикой), подавляющая часть возникшего на базе государственных предприятий частного и смешанного секторов с самого начала оказалась на грани банкротства.

2.2. Социальные последствия

„Лотерейная” специфика избранного в России варианта „ваучерной” приватизации (состоявшая в том, что с самого ее начала отсутствовала ясность в отношении того, какие государственные активы выделены для реализации за чеки), не приведя к формированию рациональной корпоративной структуры, сформировала у большинства населения устойчивое (и небезосновательное) убеждение в том, что его не столько наделили собственностью, сколько как раз экспроприировали.

Чековая приватизация создала многочисленную массу „неимущих собственников”, требующих защиты со стороны государства. Пребывание в их руках мелких и даже крупных пакетов акций низкоэффективных предприятий делает эти слои населения „неэффективным инвестором”.

Ранее, в условиях административной экономики государство как главный и по сути единственный собственник в бывшем СССР являлось гарантом для малоимущих социально незащищенных слоев населения (пенсионеры, инвалиды), составляющих около 30% от общей численности населения.

В период перехода к рыночной экономике форсированная приватизация госсобственности происходила без создания соответствующих механизмов защиты малоимущих слоев населения. Создание системы социальной защиты малоимущих слоев населения на втором этапе приватизации является первоочередной общенациональной задачей.

2.3. Оборонные последствия

Поступающие в Федеральную службу контрразведки Российской Федерации материалы свидетельствуют о критической ситуации, складывающейся на предприятиях оборонного комплекса России, которая, по мнению специалистов, усугубляются тем, что приватизация и акционирование проводятся без учета их специфики и роли в обеспечении выполнения государственного оборонного заказа.

Одним из существенных аспектов приватизации предприятий оборонных отраслей промышленности является стремление иностранных компаний и фирм использовать происходящие процессы в оборонном комплексе для проникновения в его управленческие структуры путем скупки акций приватизируемых предприятий на чековых аукционах.

Причем иностранные фирмы, чтобы избежать их проверки со стороны ФСК России, предусмотренной п. 10.1 „Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации”, утвержденной Указом Президента России от 24 декабря 1993 г. No.2284, при приобретении акций российских предприятий оборонного комплекса в большинстве случаев прибегают к услугам посреднических фирм, зарегистрированных в России.

В тех случаях, когда предприятия российского ВПК включены в перечень объектов, не подлежащих приватизации, зарубежные предприниматели добиваются выделения из их состава структурных подразделений, которые получают статус совместных предприятий и производств.

По мнению южнокорейских экспертов, создание при российских оборонных фирмах даже небольших СП представит широкие возможности по оказанию влияния на администрацию и последующему получению доступа к имеющимся и разрабатываемым технологиям.

Например, голландская фирма „Асм-Фико” проводит подобную линию но отношению к ПО „Элмаш”, а болгарская фирма „Пластхим” и немецкая „ЕОС2” – к ПО „Тантал”.

Отмечен повышенный интерес иностранных инвесторов к таким отраслям, как электроника, авиация, ракетостроение, атомная энергетика, выпускающая конкурентноспособную гражданскую продукцию. Действуя через посредников, они пытаются взять под контроль не только отдельные предприятия, но и целые отрасли промышленности.

Анализ ситуации, складывающейся на рынке ценных бумаг оборонных отраслей промышленности, показывает, что форма приобретения иностранными фирмами российской собственности через посредников носит скрытый характер интервенции иностранного капитала с целью подрыва обороноспособности и экономики страны.

Кроме того, представителями инофирм выдвигаются требования, что условиями для вложения в российскую экономику иностранных инвестиций должны быть не только стабилизация социально-политической обстановки в стране и приведение внутреннего российского экономического законодательства в соответствие с международными нормами, но и предоставление иностранным инвесторам достоверной и полной информации о складывающейся общественно-политической ситуации в России, а также о сведениях, раскрывающих экономическое, технологическое, финансовое состояние предполагаемого объекта инвестирования.

При этом передача иностранцам такой информации не предполагает получения каких-либо гарантий с их стороны по безусловному открытию кредитных линий.

В процессе приватизации предприятий Госкомоборонпрома серьезной проблемой является сохранение сведений, составляющих государственную тайну. На ряде объектов, подвергшихся акционированию, в целях экономии средств администрация сокращает режимно-секретные органы, военизированную охрану, службу противодействия иностранным техническим разведкам, закрывает узлы спецсвязи, что значительно снижает эффективность защитных мер, создаст реальные предпосылки к утечке не только технологических, но и государственных секретов.

Сложившееся положение диктует необходимость в срочном порядке принять комплексную государственную программу по разработке и выпуску вооружений и военной техники, исходя из принятой военной доктрины государства.

Кроме того, нуждается в доработке „Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации” с точки зрения принятия дополнительных мер по сохранению национального контроля над всеми звеньями технологического процесса разработки и производства вооружений и военной техники, прежде всего ракетно-космической и авиационной промышленности, а также обеспечения целостности предприятий и учреждений ВПК при их приватизации.

В частных руках иностранных компаний и криминальных структур оказались такие основополагающие для экономики России отрасли, как машиностроение, нефтегазодобыча и переработка, производство электроэнергии, водный, речной и авиационный транспорт, объекты связи. Фактически потеряно государственное влияние в цветной металлургии, более 90% акций предприятий которой при-надлежат западным компаниям. Доля участия государства в приватизированных предприятиях рыбной промышленности Дальнего Востока составляет 5-7%.

2.4. Причины негативных последствий приватизации

Негативные последствия приватизации подразделяются на два класса: объективные и субъективные.

К объективным – можно отнести такие несомненно существующие проблемы, как деформированная структура экономики с преобладанием монополий и гипертрофированным развитием военно-промышленного комплекса, разрыв хозяйственных связей вследствие распада СССР, борьба ветвей власти, неготовность населения к реформам.

Субъективные причины внесли существенный вклад в общую картину негативных последствий приватизации. В первую очередь это форсированные темпы приватизации и ее излишняя политизированность.

Экономическая эффективность приватизации, по сути, не планировалась на первом этапе. Доминировала политическая цель: форсированно создать широкий класс собственников для того, чтобы сделать реформы необратимыми.

Как было показано выше, эта цель не достигнута.

Цели приватизации искажались некомпетентными и умышленными действиями и в Центре, и на местах, что резко криминализировало ситуацию.

Приватизация шла без учета менталитета российских граждан, которые одной из основных ценностей считают сильное государство. В результате обвальной приватизации российское государство серьезно ослаблено.

ВЫВОДЫ

1.  Приватизация, как процесс, состоялась, созданы основы рыночных структур.

2. Многочисленные перекосы в процессе ее форсированного проведения, не обусловленного Законом о приватизации, существенно подорвали основы российской государственности, ослабили национальную безопасность.

3. Наблюдается скрытая интервенция иностранного капитала с целью подрыва обороноспособности и экономики страны для обеспечения принятой Западом стратегии „гарантированного технологического отставания России”.

Владимир Полеванов: Госимущество раздавали за бесценок

 Чубайс о целях приватизации