ГЛУХОТА

soiz [1231402] Альтернативное мнение 126

Хищники не разговаривают с едой

Не хотел особо касаться этой темы. Я наблюдаю за событиями в Хабаровске. С интересом. Но не тороплюсь делать выводы. Ситуация в стране и в мире такая, что в любой момент могут начаться большие, может быть, катастрофические изменения, тектонические сдвиги. А может и все так вяло развиваться. Мне в этом году по ночам снятся большие волны, грозящие накрыть с головой, от которых мы убегаем… И действительно — волна пошла. И самые большие, возможно, мы еще не видим, они на нас движутся. В этих условиях трудно что-то говорить с определенностью, можно наговорить глупостей, а с этим не стоит торопиться. Остается только вглядываться в туманную, тревожную даль…
Но тут я встретил какие-то вздохи, дескать, народ в Хабаровске свихнулся и выступает за убийцу. В скольких убийствах там его обвиняют? В пятерых? Я точно не знаю, не читал подробностей. Ну так это очень мало. Это прямо лучшая рекомендация: убил только пятерых. Хе-хе! По нашим временам — это почти святость. Потому, что, как правило, современный российский чиновник «убивает» миллионы. Об этом широком размахе когда-то поведал Полеванову Чубайс: ну, вымрет 30 миллионов, подумаешь! Ничего не поделаешь — они не вписались в рынок. Что такое 5 человек на фоне 30 миллионов? А на сколько сократилась численность населения России за годы реформ? Как там в стихотворении Белого «Родина»:

Те же возгласы ветер доносит;
Те же стаи несытых смертей
Над откосами косами косят,
Над откосами косят людей.

Высокая результативность реформ. Реформа медицины сколько убила людей в стране? Не первый раз встречаю в сети примерно такой заголовок: «Если бы началась настоящая эпидемия, Россия вымерла». Как то так. Пять человек! Смешно!
Фургал преступник? Ну, это же по нынешним меркам — нормально. Стало общим местом обозначение событий времен «перестройки» как великой криминальной революции. Но, несмотря на это, не все наверное понимают смысл этого переворота. Планировалось вроде бы как, что государство пройдет через бурный и кровавый период первоначального накопления и вынырнет потом на цивилизованный уровень. А оно не вынырнуло. И дело не в том, что бывшие бандюки стали олигархами, а чиновники — бандитами. Если криминал считается тем, что противостоит государству, то приходится признать, что в России государство как таковое кончилось. Вместо него возникло преступное сообщество, с преступными смыслами, и внутри всего этого нет места национальным смыслам, государственной политике. То, что мы по привычке называемым государством, таковым по сути не является. Это нечто принципиально иное, хоть и декорированное в государственные формы (ах, какие мундиры, эполеты, награды! Как в приличных домах Парижа!). В этом ужасе можно говорить лишь о степенях кровавости и преступности, а не об ее отсутствии.
Государства бывают разные — плохие и хорошие, дикие и цивилизованные, традиционные и передовые. Но ОПГ — это нечто иное. Она по-своему, может быть, даже неплохо организована, намного лучше, чем плохое государство. Все отличие в целях. Раковая опухоль, возникшая вместо государственности, просто жрёт Россию и все. Как это можно не видеть? Это что — не у всех у нас перед глазами?

— Пардон, мадам, но вас кажется жрут. Уже съели вашего ребенка, и принялись есть вашу ногу…
— Неужели?!
А есть старое хорошее правило, помните из детства? Мама говорила за столом: «Не играйся с едой!» С едой не играют, это неправильно (если ты не кошка, кошка любит играть с мышкой, перед тем как ее употребить). И с едой, разумеется, не разговаривают. Это разрушительно для психики. Говорить с курицей «за жизнь» перед тем, как ей отрубить голову и отправить в суп — как-то не очень. И вы заметили, что у нашей, так сказать, «элиты» словно бы существует неписанное правило — не идти ни на какие переговоры с российскими аборигенами. Я подозреваю, что сам факт подобных переговоров рассматривается, как нечто развращающее: «Только заговори с ними, и они себе возомнят!» Средний россиянин, пытающийся докричаться до власти, всегда встречает глухую железобетонную стену. «Суть времени» (вполне лояльная Путину) собрала миллион подписей против пенсионной реформы. Эти подписи демонстративно опустили в мусорку: «Не обсуждается!» Утритесь, миллионы, господа не желают с вами говорить. Это универсальный рецепт — утирайтесь. Бисмарк когда-то сказал: «Мы оставим побежденным только глаза, чтобы они могли плакать». Каждый россиянин обладает единственным, несомненным правом — плакать и стирать грязным, скомканным платочком свои слезки. Вот, собственно, и все. А что вы еще хотели? Вы — нижняя ступень пищевой пирамиды. Если вытащить какого-нибудь правильного священника из его честного «Мерседеса», то он грамотно объяснит, что так все красиво устроил сам Бог и грешно роптать…
Я так понимаю, что люди в Хабаровске поднялись не столько за Фургала, сколько потому, что их не слышат, игнорят и вообще не считают за людей. И митинги — это еще достаточно мягкая форма докричаться до власти и выйти на диалог. Но чем ответила власть? Она стала еще больше игнорить: «Никаких митингов нет, в Багдаде все спокойно». А потом еще и издевательски (демонстративно издевательски) послала Дегтярева: «Получайте, олухи! Вот вам!» И то, что вывело людей на улицы — нисколько не смягчается, а еще сильнее обостряется. И все сдвигается к общему пониманию, что диалог с этими господами в принципе невозможен. А это готовит уже новый, принципиальный сдвиг в характере протестов: всплески массового негодования уже не будут направлены на то, чтобы докричаться. Они будут нацелены на снос власти – враждебной, тотально чуждой и убийственной… Либо все впадет в такую полную апатию, что нас уже без дерганья дожрут. И только белые кости в русских степях будут напоминать о том, что здесь жил славный народ, кончивший, впрочем, очень бесславно…

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора