От Глазунова до безглазых

Александр Берберов 15.02.2019 14:46 | Общество 6

​Недавно в рамках каких-то юбилейных очередных славословий вспомнили забытую историю забытой картины забытого художника. Вспомнили, что написанная в 1978 году Ильёй Глазуновым первая версия картины «Мистерия XX века» должна была стать главным экспонатом, готовящейся выставки в зале Союза художников на Кузнецком мосту в Москве. Вспомнили, что ТОГДА полотно (более напоминающее плакат) это вызвало эффект взрыва атомной бомбы. Вспомнили про «идеологическую цензуру, которая свирепствовала в то время в СССР, настоятельно требовала от автора снять «крамольную» картину с экспозиции.

Вспомнили, что по Глазунову специально собирали ЦК КПСС. И «художника спасла от выдворения из страны, всего лишь одна лишняя поднятая рука, перевесившая в голосовании на заседании ЦК партии».

А потом он, оказывается, вывез полотно — фото которого очень быстро распространились по всему Союзу. Вывез тайно и продал в Германии. «Живописец боялся, что его «мистерию» постигнет участь картин неугодных властям художников — полотна бывало сжигали прямо в мастерских».

«Мистерию XX века» сразу начали выставлять в разных галереях Германии. Иностранные журналы запестрели заголовками: «Картина, которую никогда не увидят русские». Прошло 10 лет, и в 1988 году первый вариант картины был выставлен в московском Доме молодежи. «Выставка имела ошеломительный успех: люди выстраивались в многотысячные очереди, чтобы увидеть легендарное полотно».

Апологеты посетовали, что «в 60-70-80-е годы Глазунова дружно ненавидели коллеги-профессионалы, и художники, и искусствоведы. Массовая публика — боготворила.

Кто-то вспомнил очередь, вьющуюся кольцами вокруг Манежа на его выставку. Действительно, тогда в Москве и в Ленинграде собирались многотысячные очереди на выставки художников.

Как пишут восхвалители – «Художник выплеснул историю своей жизни на полотно, наполненное трагическим звучанием, и отразившее основные этапы жизни страны».

+++

Понимаете, в чём подвох? Я тоже не сразу понял… Советская идеология вызывает у большого художника отторжение. И правильно! Она и должна была вызывать отторжение своими кричащими противоречиями, выстроенными в ряд, словно в насмешку над думающими людьми. Но ведь в своём конфликте с советской идеологией Глазунов не отрицает Великих Смыслов. Он не отрицает Истины, как таковой. Он настаивает, что КПСС неправильно излагает, отражает Великие Смыслы и Истину. А КПСС, которой совсем не наплевать на Великие Смыслы и Истину – очень обижается. Это задевает её за живое. Она мучится, обсуждает, голосует – и по Глазунову, и по Пастернаку, и по Солженицыну…

Она сжигает полотна художников, которые её обидели. Сжигает прямо в их мастерских. Если бы ей было наплевать – она бы, конечно, не опускалась бы до этого, не занималась бы такими нелепыми, с современной точки зрения, делами. И тут бездна.

Бездна, пропасть между теми, кто оспаривает друг у друга Великие Смыслы и Истину, и теми, кому на них наплевать. Современные власти РФ никогда никаких полотен сжигать не будут, как не будут и романов запрещать.

«Когнитивный диссонанс» (как говорят учёные) всякий раз охватывает меня, когда я пытаюсь «экстраполировать» (как говорят учёные) ситуацию с Пастернаком, Солженицыным или Глазуновым на нашу эпоху. Ну, вот представьте, что в наши дни кто-то тайно вывозит за рубеж здоровенную рукопись романа… Или трёхметровое полотно самодельной живописи… Какой-либо ажиотаж вокруг этого события представляется мне в нынешних реалиях просто немыслимым! Я в упор не вижу тех, кто будет запрещать это здесь. И я в упор не вижу тех, кто будет встречать и продвигать это там. И вообще непонятно, кому и зачем это нужно…

Мы находимся в совершенно иной ситуации, при которой ни власть, ни художник не видят в обществе арбитра, как раньше. Художник не пытается прорваться к обществу (его никто не держит – но никто и не ждёт). Власть не опасается, что общество встанет в конфликте на сторону художника, не опасается живой реакции масс на чьё-то творчество.

Истории, подобные драмам ХХ века в современной РФ вообразить невозможно – как и на современном Западе. Жалкие пародии на них пытаются раздуть (дело Серебренникова, чисто уголовное, о хищении средств, вопли К. Райкина) — но… Как говорил классик, «страшно далеки они от народа».

Некроз Коллективного Сознательного у массы привёл к тому, что она уже неспособна на сильные чувства сопереживания или осуждения. Современный политический строй нельзя подорвать Солженицыным – как нельзя поджечь озеро спичкой. Любой огонь, погружённый в эту жвачную среду – зашипит и погаснет без последствий.

Для того, чтобы опасаться Солженицына, Пастернака, Глазунова – власть должна была сперва выстроить цивилизационную среду, настолько развитую, что вопросы творчества приобретали в ней характер общенационального обсуждения. Советская власть ужасно ревниво реагировала на все попытки назвать её «преступной» — нынешняя сама себя так называет, и не без гордости. Советская власть панически боялась быть заподозренной во лжи – этой, новой, вообще безразлично, как воспринимает «пипл» её заявления.

Для того, чтобы Глазунов с его полотнами стал проблемой власти – нужно было сперва создать и выпестовать Глазунова, влить в него ту силу, которую он потом и использовал для «духовной борьбы». А если не создавать и не вливать – то и силы никакой не будет.

Проблема «власть и художник», столь волновавшая умы в царской и советской России – сегодня исчезла, растаяла. О ней и говорить странно: не поймут, о чём ты. Власть больше не кокетничает с художественными и эстетическими символами – и они от неё отлетают, как от стенки горох.

Полная и равнодушная свобода творчества уничтожила не проблемы художника, а… самого художника. Без игрищ с цензурой, во всеобщем доступе, в условиях некроза высшей психической деятельности у населения – он оказался никому не интересен и не нужен. Власть больше не нуждается в его поддержке, и не боится его упрёков. Она ему не препятствует и не помогает, а просто в упор его не видит, и общество полностью с ней в этом солидарно.

+++

Вся честь и лавры открытия принадлежат первооткрывателю. Но выясняется, что это не совсем справедливо. Любая находка – в науке, в социальном устройстве или в искусстве, как бы великолепна сама по себе не была – намертво зависима от «проводниковой среды». Находка зависима от тиражирования, которое, в свою очередь, столь же намертво зависимо от массового интереса к находкам.

Массовый интерес получателей делает рентабельным тиражирование находки руками проводников, и это создаёт огромную пирамиду под крошечной точкой на вершине пирамиды – собственно первооткрывателем. Он велик не сам по себе, а интересом к себе. Нет интереса – пропадает и его величие. Он со всем своим творчеством оказывается «вещью в себе», рукописью, потерянной на чердаке, и так и не найденной там никем.

Как учёный, так и писатель, художник, музыкант, скульптор – в равной мере продукт высокоразвитой социальности, выражающейся в «проводящей среде». Они не могут не только действовать, но даже и появиться в среде, составленной из «изоляционных материалов», разгороженной непроницаемыми переборками эгоизма, животной узости обывательской мысли, звериной нелюбознательности, животной зацикленности только на своей норе и своих припасах.

+++

Для того, чтобы Пастернаки и Глазуновы стали представлять опасность – нужно было сперва создать общество, в котором их слово или образ находят отклик. Сегодня же весь пафос противостояния власти упал ниже плинтуса, до уровня ничтожного Навального, упоённо пересчитывающего чужие деньги, и приглашающего всех таких же, как он, тоже заняться этим увлекательным делом. Обывателя цепляет только одно: что кто-то жрёт больше него.

И возникновение такого, «нового» общества – лучше всяких слов и тезисов перечёркивает дело Солженицына, Пастернака и Глазунова. В мире, который они чаяли – они же и стали не нужны. Склизкую и отсыревшую от звериной жадности массу не воспламенить никакой спичкой. Где вы, наивные члены ЦК КПСС, собиравшиеся обсуждать картину(!) на какой-то там выставке(!), ау! Смешно даже представить, как современное правительство обсуждает роман, сборник стихов или живописное полотно…

Общество же, в котором власти этим всерьёз занимались – выглядит сегодня загадочным и непостижимым, как цивилизация майя…

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора