Смертная казнь как мотиватор в системе управления России или Есть ли в стране деньги

Волк В.В. 6.11.2020 13:44 | Политика 200

Недавно поучаствовал в полемике с либералами по поводу высказываний профессора Степана Сулакшина о необходимости пересмотреть мораторий на реализацию сметной казни в России. В частности, Сулакшин считает, что в случае реализации выдвигаемой им обществу Программы нравственного государства сей мораторий будет снят в отношении особо тяжких преступлений (умышленные убийства, педофилия и т. п.) и преступлений за мегакоррупцию.

Что, в общем-то, в путинской России стало едва ли не обыденностью и нормой. Мегакоррупция. Если чиновник не ворует, значит, он какой-то ненормальный. В период путинизма сформировался образ государственного служащего как ненасытного воровайки, для которого личные интересы и аппетиты своей семьи и клана превыше интересов государства и народа. Самое печальное, что в народе именно так и принято оценивать российских чиновников.

Есть такое понятие — криминальный мир. Он создавался ради денег, ради больших денег и очень больших денег, причём заработанных незаконными (преступными) методами. В криминальном мире свои негласные законы и понятия, свой особый язык(жаргон), свои касты и ранжиры. Так вот определённая часть российского чиновничества практически ничем не отличается от криминального мира. Оно, позволю себе вывод, фактически слилось с ним, стало его составной частью.

Чем, например, вор из уголовного мира оправдывает свои деяния? Тем, что «другие воруют», да так, что нам и не снилось. Имеется в виду, что незаконно обогащаются и представители депутатского корпуса, и исполнители, и рядовые клерки и даже люди в погонах, призванные закон охранять. Высокопоставленные люди чаще всего и не скрывают своего имущественного положения, не соответствующего уровню жизни остального народа, налогоплательщика.

Они даже финансируют создание художественных фильмов, ток-шоу, документальных лент и иногда телевизионных сюжетов, где дядя в костюме при должности и на «Бентли» — хозяин мира, а всё остальное — чернь недостойная. Они выстроили систему круговой поруки, когда все в «теме», и никто никому не переходит дорогу. Они даже к бюджету подходят едва ли как к «общаку».

Типичный пример, врио губернатора Хабаровского края Михаил Дегтярёв несколько дней назад заявил, что нет у нас народных денег. Есть бюджетные деньги. И распоряжается ими не народ, а «правительство России, которое распоряжается бюджетом по поручению президента». Так Дегтярёв ответил на критику снизу о том, что на строительство в Хабаровском крае крупных инфраструктурных проектов тратятся народные деньги.

Но вот ведь в чём дело. Народ беспокоит не сам факт наличия инфраструктурных проектов, которые, надо отметить, в большей части случаев не проходят никаких общественных согласований. Народ обеспокоен колоссальным воровством, казнокрадством, взяточничеством, мошенничеством, откатами, которые сопровождают данные проекты. И не только их.

Можно беглым взглядом пройтись по целому ряду нашумевших задержаний российских чиновников в 2020 году. И только по этим вскрытым фактам понять, что экс-премьер Д.Медведев ошибался или нагло лгал, когда говорил крымским пенсионерам, что денег нет. Они в стране есть. И деньги, судя по всему, немалые, ведь подводная часть айсберга невыявленных и высоко крышуемых мегакоррупционеров остаётся вне поля зрения правоохранителей, СМИ и общественности.

Как и в криминальном мире здесь действует принцип замкнутости сообщества. То есть не только осуществления преступной деятельности, но и молчания членов сообщества, тех, кто не «при делах». В таких условиях даже молодой и перспективный госслужащий, без протеже и родственных связей попавший в систему управления, теряет все те хорошие качества, которые у него оставались. При путинизме существует некая обязательная иерархия с элементами подчинения младших старшим, откуда строится и принцип распределения материальных и прочих преференций.

Из последних сетевых новостей (только цитаты из лент):

— Арестован замминистра энергетики. Следствие считает его организатором хищения более 600 млн рублей, выделенных на создание информационной системы ТЭК.

— Челябинский областной суд направил в Московский городской суд уголовное дело в отношении депутата Госдумы Вадима Белоусова и экс-главбуха ОАО «Первый хлебокомбинат» Челябинска Маргариты Бутаковой. По версии органов следствия, именно в столице с января 2011-го по январь 2014 года члены организованной группы получили более трёх миллиардов рублей взяток.

— В Выборге арестовали главу райкомитета финансов по подозрению в хищении 700 млн руб. По документам, миллионы пошли на ремонт и реставрацию зданий. На деле работ не было. Для сравнения: годовой бюджет Выборга — 723 млн.

— Верховный суд России постановил рассмотреть в Басманном суде Москвы иск об обращении в доход государства имущества почти на 1,5 миллиарда рублей, принадлежащего экс-сенатору Рауфу Арашукову.

— Месяц назад арестовали экс-гендиректора РКК «Энергия» по подозрению в хищении 1 млрд руб. при поставках электронно-компонентной базы для модуля МКС.

— К экс-министру РФ М.Абызову у следствия претензии минимум на 4 млрд, которые предположительно были похищены у энергокомпаний в Сибири.

— Депутат заксобрания Иркутской области Андрей Левченко задержан правоохранителями по подозрению в совершении мошенничества в особо крупном размере.

— Бывший полковник МВД Дмитрий Захарченко снова этапирован в Москву из мордовской колонии для продолжения ознакомления со вторым делом — о взятках на 2 миллиарда рублей.

— На замдиректора одной из новосибирских клиник Е.Покушалова заведено дело о хищении из бюджета 1,3 млрд.

— Полиция нашла у руководителя Северо-Западного Ростехнадзора 4,7 млрд рублей, собранных саморегулируемыми организациями в Санкт-Петербурге со своих членов.

— Бывшего замначальника Генштаба ВС РФ Х.Арсланова обвиняют в хищении 6,7 млрд.

— Бывшего прокурора Грибановского района Воронежской области будут судить за взятки с полицейских.

— 23-летний сын депутата-единоросса Брыксина оказался владельцем недвижимости стоимостью более 18 млрд. рублей.

— Заместителя главы УМВД по Приморью оштрафовали на 250 тысяч рублей по делу о получении откатов с премий на 12 миллионов.

— В Троицком суде Москвы начинается рассмотрение иска Генпрокуратуры к бывшему главе «Дальспецстроя» Юрию Хризману, осужденному за коррупцию.

— Экс-глава ФСИН А.Реймер получил 8 лет за хищения 2,7 млрд при закупке электронных браслетов.

— Экс-министру финансов Подмосковья А.Кузнецову дали 14 лет за хищение из бюджета 14 млрд.

Эту ленту можно продолжать, суть не в персоналиях и не в конкретике состава преступлений, а в сложившейся системе. Об этом не знают в Кремле? Знают. Генпрокуратура РФ константирует, что число нераскрытых дел за дачу взятки в России выросло в три раза. За первые шесть месяцев 2020 года нераскрытыми остались более 780 преступлений, возбужденных по статьям о даче взятки, их количество увеличилось на 200% по сравнению с прошлым годом.

Секретарь Совета безопасности Николай Патрушев разводит руками, сообщая, что чаще всего нарушения встречались при исполнении нацпроектов по демографии, здравоохранению, образованию, культуре, жилью и городской среде, безопасным дорогам. Чиновники, в частности, завышали стоимость товаров, услуг и работ. Даже глава Счетной палаты Алексей Кудрин оценивает объемы коррупции в России в триллионы рублей, при этом снижения уровня коррупции в стране не наблюдается.

Президент Путин периодически напоминает стране о том, что он пока ещё главный и гарант борьбы с коррупцией. Он то поручает прокуратуре активнее возвращать украденные у страны деньги, то требует от ФСБ в сотрудничестве с другими структурами усилить антикоррупционный контроль, то тасует состав Совета по противодействию коррупции, то повышает вознаграждение руководителей СКР, Генпрокуратуры, Совета безопасности, чиновников и дипломатов. Приносит ли это весомые результаты по слому коррупционно-криминальной системы? Судя по всему (и с позиций 20-летнего правления Путина), нет. Уровень жизни продолжает падать. Шальные деньги, украденные у народа, продолжают «гулять» по карманам. Есть предположения, что именно криминально-коррупционный капитал активно «отмывается» в ходе избирательных кампаний. Из каких же ресурсов могут финансироваться тысячи придворных блогеров, ботов, троллей, СМИ, листовки, штабы, наблюдатели, пикетчики, поездки «лидеров» и прочие обязательные атрибуты обнулённой демократии? Что в целом превращает процесс выборов в фарс с заведомо известным результатом.

А кто задумывался над тем, сколько стоит одно депутатское место в Государственной Думе? В сети гуляют разные цифры. Но мы возьмём лучше для примера мало кому известную Коммунистическую партию социальной справедливости (КПСС), о которой пишут, что она берет с претендентов на думские мандаты по миллиону рублей. Таким образом кандидат должен доказать «мажоритарную состоятельность», чтобы оказаться в списке претендентов на мандат по мажоритарному округу. Деньги должны быть переведены на официальный счет КПСС в банке.

Будет ли при таком подходе деградировать система управления в стране? Безусловно, да. Госдума будет организовывать закупки золочёных сувениров, сделанных по технологии «златоустовской гравюры». Таможня будет мечтать о медовницах с золотистым орнаментом, изготовленных все по той же технологии. А Путин будет рассказывать о победах над половцами и печенегами, потому как депутаты не горят желанием конфликтовать с президентской вертикалью и устанавливать ему соразмерную положению дел в государстве заработную плату.

Так что деньги есть. Как бы тролли не пытались найти виноватых в дырявом бюджере — то «сакральных» крымчан, то «ленивых» чеченцев, то «буянящих» хабаровцев, то воюющих новороссов. Есть деньги и на пенсии, и на создание новых предприятий и рабочих мест. Но, как сказал Дегтярёв, деньги эти не народные. Отсюда и все проблемы госудларства, вошедшего в крутое экономико-социальное пике.

Борьба с коррупцией, расхищениями государственного имущества и финансами не должна замыкаться только на уполномоченных на данную деятельность органах. В нормальном государстве само понятие коррупция должно быть постыдным, порицаемым самым жёстким образом. Воспитывать культуру отношения к своей стране и народу необходимо начинать с детских садов. У нас же всё наоборот: дети чуть ли не пелёнок мечтают стать коррупционерами(им даже мультики подобные крутят).

Профессор Степан Сулакшин, Программа которого предусматривает последовательное искоренение коррупции и изменение отношения к ней общества на всех этапах и этажах государственной пирамиды, тем не менее, считает, что и этого недостаточно.

Да, нужен реестр коррупционеров, согласно которому нарушитель навсегда отрезает себе возможность работы на руководящих должностях и в государственных структурах. Да, необходима отмена двойных стандартов, когда «нельзя, но если поделиться, то можно». Да, нужен различный подход к мелким нарушениям и крупным преступлениям, а также к мелким клеркам и большим начальникам, степень ответственности и возможности которых совершенно разные. Нужно расстаться с понятием «чести мундира», когда коррупционные деяния скрывают чтобы не бросить тень на ведомство или даже на государство.

Но, по мнению Сулакшина, необходим серьёзный сдерживающий преступников при должностях инструмент — страх перед неминуемой расплатой по всем счетам. Ещё в 2015 году Степан Степанович согласился с главой Чеченской республики Рамзаном Кадыровым, предложившим ввести смертную казнь для террористов. При этом подчеркнул, что проблема в корне всё равно не решится.

Почему?

«Идеология запрещена по Конституции РФ. Президент говорит: нужно деидеологизировать культуру и историю страны. Если нет ценностей, то люди начинают искать их сами. А тут экстремистская, фундаменталистская вербовка по всем правилам психологической манипуляции. Так что будет эффективнее? Бить по последствиям, еще сильнее наказывая террористов путем смертной казни, или предупреждать само явление терроризма и уязвимости из-за все более утрачиваемых смыслов жизни, культурных ориентиров, ценностей населением страны?» — задаётся вопросом С.Сулакшин.

Тот же подход и к коррупции, символом которой сегодня, сожалению, стал сам глава государства, системный подход которого заключается в формуле «Все делается правильно, ничего менять не будем». С одной стороны, по Сулакшину, мотиватором ответственности государственных мужей должно быть само существование в юридическом поле России смертной казни за мегакоррупцию. С другой — иные мотиваторы, сформированные сменой подходов к идеологии и к ценностным, культурным императивам в образовании, воспитании, в пропаганде и СМИ.


Автор Владимир Викторович Волк — публицист, Союз народной журналистики, команда поддержки Программы Сулакшина

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора