Делягин рассказал, в чем либералы превзошли гитлеровцев

Михаил Делягин: С юридической точки зрения Конституция не исполняется. Вы знаете, главным документом в России формально считается Конституция, а в реальности является Уголовный кодекс. В тех местах, где судьи профессиональные — уголовно-процессуальный кодекс. Я напомню, что по Конституции Российская Федерация является, только не надо смеяться, не надо кидаться предметами в телевизор, — социальным государством. А мы с вами, помимо безумного количества разных прав, типа собираться мирно и без оружия для выражения своего мнения, без каких бы то ни было предварительных заявлений, имеем кучу прав. Например, право на жизнь. Но 10% населения Российской Федерации, по официальной статистике, этого права лишены. Потому что имеют доходы ниже прожиточного минимума.

Понимаете, если у вас доход ниже прожиточного минимума, то вы жить не можете, юридически, вы можете только медленно умирать. То есть Конституция Российской Федерации не действует. Простите, пожалуйста, а что может изменить замена того или иного положения недействующего документа? Другое дело, что под национализацией имеется в виду, что Банк России должен служить России. И это требование абсолютно правильное. Национализация элиты. Это же не означает, что вся элита должна стать крепостной, стать собственностью государства. Оно означает, что элита должна служить Российской Федерации, а не тем местам, где сложены сокровища ее представителей и куда вывезены семьи многих из них.

Банк России должен служить государству. Да, формально юридически ЦБ не относится к исполнительной власти. И он даже формально является негосударственным органом, у него отдельный статус. Но когда это придумывали, то был способ, чтобы сохранить специалистов, потому что люди на госслужбе получали долларов 30-50. Я, например, получал 50 долларов как высокооплачиваемый госслужащий. А Банку России при этом нужно было сохранять специалистов.

Я могу сказать, что сегодня председатели правительства — на протяжении последних 20 лет — выполняют прямые указания президента, которому они обязаны подчиняться, который их может уволить в любой момент, значительно менее дисциплинированно. Председатель Банка России выполняет просьбы президента, которому он не подчинен и юридически имеет право не подчиняться. Причем от личностей это не зависит вообще. Президентов было два, премьер-министров, руководителей Банка России было много, но это было всегда. Потому что на самом деле Банк России у нас встроен в систему государственной власти. Проблема не в статье Конституции, а проблема в том, что социально-экономической политикой занимается либеральный клан, который действует против России, против нас с вами.

Майя Бекбулатова, вкладчик Татфондбанка: Как известно, наши вклады были переведены в доверительное управление «ТФБ-Финанс», сейчас у нас идут судебные тяжбы по возвращению наших средств во вклады. Какие реальные шаги предпринимает регулятор на сегодняшний день для предотвращения возникновения таких ситуаций?

Михаил Делягин: К сожалению, регулятор, на мой взгляд, не исполняет свои обязанности, потому что после Татфондбанка был банк «Югра». И я думаю, что это только начало нового витка разрушения банковской системы. Понимаете, вседозволенность и безнаказанность рождает произвол. Я руками и ногами за санацию банковской системы. У нас дикое количество банков, помойка остается и сейчас. Но, простите, Татфондбанк не был банком-помойкой.

Банк России имеет много инструментов, которые позволяют обезопасить банковскую систему от таких людей, не разрушая банки. То, что он творит — это разрушение банковской системы.

Агентство по страхованию вкладов со своей стороны затягивает суды по очень простой причине. Во-первых, суд требует денег и времени. Потому ждут, что у кого-то просто не хватит сил. Кто-то пенсионер, у него не хватит сил бесконечно ходить в суд на бесконечно переносимые заседания. У него просто здоровья не хватит. У кого-то не хватит денег на адвоката. У нас же не советский суд, где вы могли сами излагать свою позицию, и судья сам переводил вас на юридический язык. Где прокуратура занималась надзором за процессом. У нас сейчас обвинительный уклон хуже 1937 года. И у кого-то нет денег на адвокатов, поэтому он лишится доступа к правосудию. А с другой стороны, что бы нам ни говорили про низкую инфляцию, рубль в апреле месяце и рубль в августе месяце имеет разную покупательную способность, поэтому в реальности платить меньше. Вот и все. Это предельно циничная позиция. Но нужно понимать, что АВС орган несамостоятельный, он контролируется правительством и контролируется Банком России.

Может быть, было прямое указание. В любом случае, было создание атмосферы, когда руководитель АСВ понимает, что если он будет тянуть время и выжимать из людей соки, то его погладят по головке. А если он будет исполнять свои обязанности по-честному и пытаться помочь людям, — вот тут ему по этой головке могут настучать.

Ирина Вострикова: Валютная ипотека в России очень похожа на раскулачивание, которое происходило в нашей стране 90 лет тому назад. Люди платили десять лет банкам, отдав миллионы за квартиры, упавшие в цене. Банки у нас сейчас забирают и квартиру, а разницу в качестве долга вешают на семью, подчас на несколько поколений. Потому что стоимость нашего долга увеличилась в 3-4 раза. И смею заметить, что это происходит на фоне сумасшедших доходов, которыми хвалятся банки в период кризиса.

Михаил Делягин: В 90-е годы либеральные реформаторы и их обслуживающий персонал грабили страну, захватывая предприятия. Потом стали захватывать землю, потому что предприятия, в общем, поделили. Сейчас материальные активы разделены, остались люди. И идет выжимание соков из людей. Потому что больше грабить нечего. Производственные мощности «распилили». Да, там идет передел собственности, он продолжается. Но уже нельзя хапнуть много. Потом захватили землю. Что такое реформа образования и здравоохранения, и в целом бюджетной сферы? Это сокращение расходов на людей. Это изъятие практически у людей тех денег, которые необходимы для нормальной человеческой жизни.

Так, господин Греф, верный соратник господина Кудрина, прямо сказал: «Вы что, хотите учить людей, можете допустить себе мысль, что они будут понимать, что мы с ними делаем?» Ну я близко к тексту цитирую. В 2012-м году человек искренне этому изумился, и до сих пор на свободе. Руководит крупнейшим банком Российской Федерации. Чему вы удивляетесь, что из вас соки выжимают? Вас грабят. В чем трагедия валютных ипотечников? Они поверили государству. Они поверили либеральным реформаторам, которые их обманывали и обманывают с 1987 года. Но человеку хочется во что-то верить. Люди поверили государству и всем этим сказкам про финансовую грамотность.

У нас кризис начался в январе 2014 года. После того как в декабре 2013 года госпожа Юдаева, до сих пор первая зампред Банка России, официально заявила, что Банк России снимает с себя конституционную обязанность по обеспечению стабильности национальной валюты.

Константин Монахов, вкладчик Внешпромбанка: Как Вы относитесь к тому, чтобы государство возмещало вред, причиненный людям за правонарушения, совершенные как руководством банков-банкротов, так и чиновникам Центробанка Российской Федерации, а также уже дальше само требовало денег с виновников правонарушений?

Михаил Делягин: Это абсолютно правильный подход. Я напоминаю, что практически все банки на момент отзыва лицензии имели лицензию на работу с вкладами населения. То есть государство, органы управления в лице Банка России сказали всем, что этот банк хороший, он имеет право привлекать деньги населения. Если я поставил знак качества на то, что разваливается, значит, я за это должен нести ответственность. А не те, кто пострадали в результате того, что они мне поверили. Поэтому Банк России, выдавая лицензию на привлечение средств населения, обязан нести ответственность за всю полноту последствий.

Но поскольку государство возникло для ограбления людей, в начале 90-х годов трудно от него ждать чего-то другого в социально-экономической сфере. В любой ситуации, когда вы с чем-то сталкиваетесь, вам говорят: так, значит, мне нужно от вас справочку, пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. По любому вопросу: оформление документов, оформление наследства… Вся информация — она у государства. Но государство не хочет само эту информацию у себя взять и собрать. Оно нас гоняет. Для того, чтобы мы меньше думали, были больше заняты, и меньше думали о том, что с нами творят. И это везде. Потому что это государство создалось для разграбления советского наследства. Во внешней политике, в оборонке оно трансформировалось в нормальное государство, которое себя хотя бы пытается защищать и пытается служить обществу, а как у него получается — уже другой вопрос.

А в социально-экономической сфере — здравствуйте, начало 90-х. Ничего не изменилось. Мы мясо, которое подлежит разделке. Из нас нужно вырезать самые лакомые кусочки, продать их на мировом рынке или построить из них дворцы. Понимаете, гитлеровцы людей перерабатывали в мыло, во всякие кожаные изделия. Это было варварство, это было несовершенно. Сегодняшние либералы перерабатывают нас с вами в личное богатство, на мой взгляд, со значительно более высокой эффективностью.