Глава фонда «Настенька»: руководство онкоцентра имени Блохина скомпрометировало себя

eugen1962 14.10.2019 11:38 | Здравоохранение 91

Здание ​Онкологического центра им. Н.Н.Блохина (Фото: Михаил Почуев / ТАСС)

Главе фонда «Настенька» Джамиле Алиевой плюнули в душу, клеветнически ославив на многомиллионную аудиторию телеканала Россия-1 и читателей «Комсомольской Правды». И  даже не извинились, а сообщили, что претензий к фонду нет на малопопулярной страничке онкоцентра в Фейсбуке. И что-то суперзоркие в таких делах гг Рошаль с Румянцевым да Минздрав РФ  молчат про нарушение медицинской этики, деонтологии и Клятвы Гиппократа Иваном Стилиди и Светланой Варфоломеевой. Как же так?

А Джамиля Алиева, между прочим, потеряла ребёнка в этом онкоцентре и посвятила жизнь помощи маленьким пациентам с онкологией. Такие дела.

Глава фонда «Настенька»: руководство онкоцентра имени Блохина скомпрометировало себя. 13.10.2019, «Такие Дела», Проект Благотворительного фонда «Нужна Помощь»

НИИ детской онкологии и гематологии Российского онкоцентра имени Н. Н. Блохина разместило в фейсбуке заявление, что у них нет претензий к деятельности благотворительного фонда «Настенька». В посте отмечается, что были выявлены нарушения использования средств фонда сотрудниками медучреждения, а не нарушения в деятельности фонда.

До этого директор онкоцентра Иван Стилиди заявил, что трансплантации костного мозга, которые оплачивали благотворительные фонды, могли бы проходить за государственный счет, если бы центр «просто вовремя подавал заявки на квоты».

«Такие дела» спросили у главы благотворительной организации Джамили Алиевой, как она расценивает заявления руководства онкоцентра.

Джамиля Алиева, Глава благотворительного фонда «Настенька»:

В последние дни в СМИ появились высказывания директора Онкоцентра Стилиди И. С. и директора НИИ детской онкологии и гематологии Варфоломеевой С.Р., порочащие репутацию благотворительного фонда «Настенька». Видя возмущение общества, понимая, к каким последствиям может привести клевета, руководство онкоцентра поспешило опубликовать заявление, где говорится о «неправильной интерпретации» высказанного в адрес фонда.

Меня возмутили клеветнические нападки на фонд в газете «Комсомольская правда» и в программе «Вести».

Не меньше меня возмутило лицемерное заявление руководства Онкоцентра о том, что оно считает «Настеньку» «честным фондом», после всей лжи, сказанной в адрес старейшего фонда с безупречной репутацией. Никто не сможет «интерпретировать» высказывания Стилиди и Варфоломеевой иначе, как клеветнические.

Хочу отметить, что попытка опорочить доброе имя фонда была сделана на канале «Россия-1» (более трех миллионов зрителей) и в читаемой миллионами людей газете.

Но слова о честности фонда руководство Онкоцентра публикует на своей странице в фейсбуке, где ее увидели три десятка человек.

Было бы логично отправить опровержение в те же СМИ, принести извинения, но руководство Онкоцентра не посчитало нужным это сделать.

Считаю, что руководство Онкоцентра в этой ситуации полностью скомпрометировало себя.

***

С конца лета в НИИ детской онкологии при НМИЦ имени Блохина, крупнейшем онкоцентре страны, идет трудовой конфликт между новым руководством и врачами. В сентябре начались массовые увольнения врачей из отделения трансплантации костного мозга — они жаловались на снижение зарплат и ухудшение условий труда. Конфликт получил широкий резонанс, в Кремле заявили, что разбираться в ситуации будет Министерство здравоохранения.

Комиссия Минздрава рассказала, что нашла нарушения в работе учреждения, а родителей пациентов заставляли покупать бесплатные лекарства.

ТД просили бывшего замдиректора НИИ детской онкологии и гематологии, профессора Георгия Менткевича прокомментировать обвинения нового руководства и итоги проверки:

«Мы закрывали дыры»: профессор Георгий Менткевич о том, почему фонды платили за операции в онкоцентре имени Блохина. 13.10.2019, «Такие Дела», Проект Благотворительного фонда «Нужна Помощь»

Директор онкологического центра имени Блохина Иван Стилиди в интервью «Комсомольской правде» заявил, что трансплантации костного мозга, которые оплачивали благотворительные фонды, могли бы проходить за государственный счет, если бы центр «просто вовремя подавал заявки на квоты». За такие операции врачи, как утверждает начальник отдела организации оплаты труда, получали повышенную зарплату.
10 октября комиссия Минздрава, созданная после сообщений о массовых увольнениях врачей из онкоцентра, рассказала, что нашла нарушения в работе учреждения, а родителей пациентов заставляли покупать бесплатные лекарства.
«Такие дела» попросили бывшего замдиректора НИИ детской онкологии и гематологии, профессора Георгия Менткевича прокомментировать обвинения нового руководства и итоги проверки комиссии.

Георгий Менткевич, бывший заместитель директора НИИ детской онкологии и гематологии, и.о. завотделением онкоцентра имени Блохина, соучредитель благотворительного фонда «Настенька»:

О квотах и платных операциях от фондов

Количество квот, которое выделялось на трансплантацию, определялось дирекцией онкоцентра и выдавалось Минздравом. Ни больше ни меньше. В последние несколько лет их количество было примерно одинаковым — 28. Сейчас все квоты в онкоцентре закончились, а дополнительных Минздрав не дает.
Когда заканчиваются квоты, пациентам все равно нужно лечиться, даже если у Минздрава нет на это денег

Поэтому мы просим фонды — не самих пациентов! — оплачивать [лечение]. Основной фонд, который оплачивает трансплантации, это фонд Хабенского, потому что он курирует программу опухолей центральной нервной системы.

То, что фонд «Настенька» оплачивает трансплантацию, — это вранье. Значительно больше он оплачивает [процедуры] в отделении онкологии — там, где сложные операции по эндопротезированию. Деньги, которые мы приносим фондом «Настенька» и платными больными в онкологический центр, — это на самом деле большая сумма, примерно 100 миллионов рублей в год. Но никакого закона мы не нарушаем и никакого приоритета у фонда «Настенька» оплачивать трансплантации нет.

Всего в этом году было семь платных операций: четыре трансплантации сирийским больным оплатил «Согаз», а три — фонд Хабенского. Самое главное, что мы делаем трансплантации, которые не обеспечивает Минздрав, — онкоцентр и родители за это ничего не платят.

Дополнительные выплаты врачам с платных операций

Моя зарплата фиксированная, ее утверждает дирекция онкоцентра. Она не зависит от того, сколько коммерческих больных прошло через отделение.

Фонды не оплачивают услуги ни врачей, ни медсестер. Все лекарства передаются через аптеку, все счета оплачиваются через онкоцентр. В моем отделении родители лекарства не покупали.

Все, что мы делали с тремя крупными фондами, — Хабенского, «Настенька» и «Подари жизнь» — это закрывали те дыры, которые создались благодаря Минздраву и недофинансированию по программе «детская онкология».

Нарушения, выявленные комиссией Минздрава

Что имели в виду в Минздраве [под нарушениями], я не знаю, но это все абсолютная неправда. У нас в институте лучшие результаты по лечению больных с лимфобластным лейкозом — они с 2002 года лечатся так же, как в Германии.

Во главе комиссии стоит президент института имени Рогачева [Александр Румянцев]. Человек, который поставил [Светлану] Варфоломееву в наш институт, и его поддерживает [директор департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Минздрава России Елена] Байбарина. Поэтому мы считаем, что комиссия абсолютно нелегитимна. Это называется рейдерским захватом одного учреждения другим при попустительстве администрации онкоцентра.

Но самое главное, что уходят люди, на которых я повлиять не могу, — доктора медицинских наук. Уходят лучшие врачи, и дело не в деньгах.

Сегодня мне звонят и жалуются родители, что их не принимают на то, чтобы прокапать какие-то лекарства, а отправляют по месту жительства. Мы никогда не позволяли пациентам уезжать и лечиться по месту жительства — нет по месту жительства отделений детской онкологии в подавляющем большинстве регионов России.

Спор о протоколах

В России нет утвержденных законодательно протоколов для лечения детей с онкологическими заболеваниями. Протоколов у Варфоломеевой нет никаких, у Минздрава тоже. Мы в своей работе использовали лучшее, что есть на сегодняшний момент в мире. Они дороже, мы утверждали их на ученых советах, они проходили через этический комитет. По каждой теме мы можем ответить.

***

Благотворительные фонды, которые работали с окноцентром имени Блохина, собираются выпустить совместное заявление. «Такие дела» следят за ситуацией.

В развитие предыдущих текстов (Метастазы оптимизации. Онкологический «бизнес-центр» Ивана Стилиди и «корпорация Здравоохранение» // Метастазы оптимизации. Онкологический «бизнес-центр» Ивана Стилиди. Несогласные — на выход // Метастазы оптимизации. Онкологический «бизнес-центр» Ивана Стилиди. Некукловод дал пару интервью // Метастазы оптимизации. Онкологический «бизнес-центр» Ивана Стилиди. Pro et contra // В Минздраве заявили о неэффективных протоколах лечения в онкоцентре им.Блохина. Онкологи возмущены)

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора